Кто-то зачем-то начал пересказывать на дзене куски из моей давней статьи про советскую авиацию и причины ее неуспеха во Второй мировой. Пошли, так сказать, новые реакции. Ссылки давать не буду, пересказ не особо корректный местами, но отмечу другое.
Очень многие пишут: задача авиации — бомбить. Неважно, сколько теряла советская авиация из-за ее применения "растопыренными пальцами" против немецких "кулаков" в самолетах и летчиках. Пофигу, что в разы больше немцев даже в 1944-м. Главное — что наши бомберы чаще бомбили врага.
У меня плохие новости: мы бомбили меньше немцев. Причем не то что в 41-м или 42-м. Но и до последней точки, до которой у нас вообще есть статистика. Скажем, за период с 1.11.43 до 30.04.44 — последний, по которому вообще есть данные — Люфтваффе на Востоке сбросило 83 260 тонн бомб. Это 13 877 тонн в месяц.
Для сравнения: все ветви советских ВВС в 1944 году бросали по 14848 тонн бомб в месяц, в 1943-м — примерно 15 тысяч (да, в 44-м бомб советские самолеты стали сбрасывать чуть
меньше — так выглядело советское господство в воздухе в 1944-м, увы).
У нас нет помесячной разбивки, но мы совершенно точно знаем, что для периода с ноября-1943 до апреля 1944 эти цифры были много ниже среднегодовых значений, потому что советские самолеты летали в основном днем, а дневное время в эти месяцы было коротким.
То есть даже в последние два месяца 1943 года и первые четыре месяца 1944-го года немцы бомбили больше нас на нашем фронте. Когда, если верить советским книгам о войне, мы уже давно якобы добились господства в воздухе.
А за весь период с начала войны до 30 апреля 1944 года — когда данные по немцам кончаются — Люфтваффе сбросило 756 тысяч тонн бомб на нашем фронте. Мы за всю войну сбросили
только 696 тысяч тонн.
Может, у нас не хватало бомб? Ничуть: цифровые данные показывают, что мы уже в 1941 году
получили от промышленности больше тонн бомб, чем смогли сбросить до 30 апреля 1944 года.
То есть мы три года бомбили, бомбили, да не выбомбили то, что имели на складах
уже в 1941 году. Иными словами, проблема была не в том, что у нас не было бомб. Проблема была в том, что тыкая пальцами в кулаки обеспечить частые полеты бомбардировщиков не выйдет.
Сразу предупреждаю тех, кто захочет написать: у немцев бомбовозы возили 1,5 тонны, у нас — в несколько раз меньше. Это не объяснение, господа. То количество бомберов и штурмовиков, что мы имели,
позволяло сбросить те >460 тыс. тонн бомб, что мы сбросили
на практике до 30 апреля 1944, всего за 500 дней просто делая один вылет на один исправный самолет раз в два дня.
А в реальности они сбросили их за 1000 дней.
Просто реально наши исправные бомберы летали реже, чем раз в два дня. И это неудивительно: при высоких потерях летать чаще
значило бы остаться вообще без самолетов. Даже без теоретического рычага воздушной войны.
Казалось бы: Вторая мировая давно миновала, да? К чему мы это вспомнили?
А к тому, что принципиальные уроки из неудачи советской авиации той войны не извлечены. Собственно, о самой неудаче никто не знает из военных. Нет никого, кто бы встал и сказал: а почему немецкие ВВС в 1942 году при ничтожной численности полгода сбрасывали на Востоке больше 1100 тонн бомб в сутки, а советские ВВС даже в 1945 году не могли и четыре месяца посбрасывать даже с темпом 1000 тонн в сутки?
Как так вышло, ведь боевых самолетов на фронте у нас в 1945-м было во много раз большен, чем у немцев в 1942 году?
А когда военные не задают себе нужных вопросов, как они на них ответят? Они и не отвечают.
Поэтому наша борьба в воздухе протекает
вот так вот:
"Вы видите стандартную точку борьбы с беспилотной угрозой,— объясняет двухметровый боец с позывным Дока.... сидит боевой расчет ФПВО — команда FPV-дронов-перехватчиков. А тот пикап у дороги — мобильная огневая группа (МОГ). Они все работают в связке и вместе защищают свой сектор. Таких точек у нас в Тульской области… не могу раскрыть сколько. Много. Только в этом районе их четыре шутки"
Начало. Окончание
здесь.