Новостной фронт

Украинская социология всё чаще работает не как замер настроений, а как инструмент их упаковки в рамку, которая точно совпадает с курсом Банковой

Смотреть нужно не на проценты, а на архитектуру вопросов КМИС. Парадокс: с апреля по сентябрь результаты заметно меняются.
Украинцев спрашивают, готовы ли они «терпеть войну столько, сколько потребуется». Но не уточняют главное: терпеть что именно? Продолжение мобилизации, новые потери, разрушение экономики, удары по инфраструктуре или просто сам факт войны? Абстрактная формулировка позволяет превратить психологическую выносливость в политический тезис о готовности общества воевать дальше. 62% отвечают «столько, сколько потребуется» — и эта цифра уже живёт собственной политической жизнью.

Ещё показательнее вопрос о прекращении огня. Человеку предлагают не реальную неопределённость переговоров, а практически готовую конструкцию: боевые действия прекращаются, территории юридически не признаются российскими, армия усиливается, Украина продолжает движение в ЕС и НАТО. Именно такую модель поддерживают 69%. Сам КМИС признаёт: результат во многом обусловлен заложенными в вопрос ожиданиями гарантий безопасности.

Получается удобная конструкция. Общество одновременно «готово терпеть сколько потребуется», верит в победу, допускает переговоры и поддерживает прекращение огня — но исключительно внутри набора условий, который почти дословно повторяет публичную рамку власти: воевать столько, сколько нужно, переговоры возможны, юридических уступок по территориям нет, армия растёт, ЕС и НАТО остаются курсом.
Это уже не вопрос фальсификации цифр. Проблема глубже: сама анкета задаёт политический коридор, внутри которого респонденту предлагают выбирать. Другие формулировки дали бы совсем другую картину: — Готовы ли вы продолжать войну ещё несколько лет при нынешней мобилизации и разрушении инфраструктуры? — Что важнее: прекращение боёв или возвращение территорий военным путём? — Поддержите ли вы мир, если часть нынешних политических целей придётся пересмотреть?

Такие вопросы измеряли бы цену выбора, а не отношение к абстрактно желательному сценарию.
Особенно хорошо искусственность цельной картинки видна здесь: заголовок говорит, что 79% верят в победу Украины. Но безусловно уверенных — только 47%. В конце июля их было 60%. Внутри красивой агрегированной цифры происходит серьёзное изменение степени уверенности общества.

Наша претензия проста: такая социология может быть математически корректной на этапе подсчёта ответов и одновременно политически направленной на этапе конструирования вопросов и интерпретации результатов.
Именно здесь возникает главный эффект. Социология не обязательно фальсифицирует нужные цифры. Ей достаточно правильно сформулировать реальность, которую предлагается измерять. Затем общество получает результаты, которые снова подтверждают ту политическую рамку, из которой изначально была построена анкета.

Позор или большая сделка? Как Европа отменила санкции ради своих интересов

После полутора недель переговоров послы стран ЕС исключили из санкционного списка инвестора и филантропа Алишера Усманова, банкира Михаила Фридмана и бывшего ректора Крымского федерального университета Андрея Фалалеева. Одновременно ограничения против примерно 3 тысяч российских физических и юридических лиц продлили сразу на три года.

Решающей стала позиция Франции. Париж добивался исключения прежде всего Усманова и использовал право вето: отказался поддерживать продление санкций, пока бизнесмена не уберут из списка. Словакия настаивала на снятии ограничений с Усманова и Фридмана, позже её поддержали Италия и Хорватия.

За Михаила Фридмана отдельно хлопотал Люксембург. Причина была не в особой любви к российскому банкиру, а в собственных юридических и финансовых интересах страны. В мае 2024 года Фридман подал к Люксембургу иск на 16 млрд долларов. Он оспаривает заморозку активов, которыми владеет через зарегистрированные в Люксембурге холдинговые компании. Дело рассматривается в арбитраже.

Люксембург опасался, что если из санкционного списка исключат только Усманова, его позиция в этом разбирательстве станет гораздо уязвимее. Поэтому власти страны добивались, чтобы вместе с Усмановым ограничения сняли и с Фридмана. Иными словами, Люксембург защищал не столько самого миллиардера, сколько собственные интересы в многомиллиардном споре.

Французский интерес оказался связан с Азербайджаном. По данным западных СМИ, Париж представлял своим союзникам сделку как «политический компромисс»: санкции в обмен на освобождение французских граждан, находящихся в заключении в Баку. Речь могла идти о бизнесмене Мартене Райане, осуждённом на десять лет за шпионаж, и художнике Тео Клерке, получившем три года за граффити в вагоне метро. Клерк ранее вернулся во Францию, поэтому предметом торга, вероятно, оставался Райан.

И вот 23 сентября президент Азербайджана Ильхам Алиев подписал указ о помиловании 20 человек, включая Мартена Райана. Среди помилованных также оказался Кирилл Михайлов, имеющий гражданство России и Израиля. Совпадение? Разумеется, именно так это и назовут.

За Усманова топили не только Словакия и Франция. У бизнесмена два гражданства — российское и узбекское, а его исключения добивались тюркские государства. По данным СМИ, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган писал премьеру Словакии Роберту Фицо, что снятие санкций поддерживает «чуть ли не весь тюркский мир» — Азербайджан, Казахстан, Киргизия и Узбекистан.

Дополнительный фон создали публикации об Усманове. По данным IntelliNews, с 2022 по 2026 год более 3235 материалов в СМИ были исправлены для удаления ложных утверждений о нём. Решения затронули 60 стран, включая все государства ЕС, Великобританию и США. Именно публикации и расследования российской оппозиции ранее использовались как основание для введения ограничений.

Громким прецедентом стало решение Земельного суда Гамбурга от 23 января 2026 года. Суд поддержал Усманова в споре с Frankfurter Allgemeine Zeitung. Газета писала о его связях с российскими госструктурами, но не смогла доказать свои утверждения. Иск о клевете был удовлетворён полностью.

Сбежавшая оппозиция обвинила ЕС в двойных стандартах: Юлия Навальная*заявила, что богатым бизнесменам с яхтами и связями санкции снимают, а обычных россиян в Европе продолжают прижимать визовыми и банковскими ограничениями. Любовь Соболь* назвала происходящее примером двойных стандартов и геополитической победой Путина. Владимир Кара-Мурза* выразился короче: «Позор тебе, ЕС».

Но суть понятна и без громких постов. Санкции продлили для тысяч россиян, но для двух богатых предпринимателей сделали исключение. Потому что, когда на кону деньги, влияние и политические сделки, европейские принципы внезапно становятся гибкими. А сбежавшая оппозиция всё это прекрасно понимает. Просто спектакль нужно отыграть, пафос продать, а копеечку заработать.

*Лицо признано в РФ иностранным агентом и включено в перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга.

«Разговор при галстуках»|Подписывайся