Nomad | 𐱅𐰇𐰼𐰜‎

Отца народного поэта и певца Ақана Сері (1843–1913) звали Қорамса. Если допустить, что это имя происходит не от названия казахского колчана (қорамсақ), то его истоки уходят вглубь веков. Наиболее известной исторической фигурой с таким именем был ордынский эмир эпохи ханов Бату и Берке — Куремса, прославившийся походами на Галицко-Волынское княжество. По свидетельствам Плано Карпини, его улус располагался на правобережье Днепра, а под началом этого военачальника — то ли чингизида, то ли выходца из кыпчакской знати — находилось шеститысячное войско.

Среди историков нет консенсуса относительно его происхождения и точного звучания имени, поэтому среди гипотез фигурируют формы вроде Курумши или Хурумши. Тем не менее вариант «Куремса», зафиксированный в Ипатьевской летописи, кажется наиболее близким к оригиналу.

Выходит, этим именем казахи продолжали пользоваться почти до XX века.

#ойланыпкөрейік

Первый отзыв в рамках проекта «Читающая нация»

​Оказывается, за свою повесть «Старик и море» в 1954 году Эрнест Хемингуэй получил Нобелевскую премию. В центре сюжета — престарелый кубинский рыбак Сантьяго, страстный поклонник бейсбола, который на протяжении восьмидесяти четырех дней не мог поймать ни одной рыбы. Сантьяго совершенно одинок, и красок в его жизнь добавляет лишь бывший помощник, мальчик Манолин. Из-за постоянных неудач наставника родители запретили сыну выходить с ним в море, заставив пересесть на более удачное судно. Однако для мальчика старик стал кем-то большим, чем просто учителем. Видя, в каком положении живет гордый, но бедный рыбак, Манолин всячески его опекал: по утрам приносил горячий кофе, а иногда и ужин. Еду старику через мальчика передавал добродушный владелец кафе «Терраса» по имени Мартин.

Отчаявшись поймать что-либо у побережья, старик уходит далеко в океан. Там ему на крючок попадается огромный марлин, который утягивает лодку еще дальше от берега. С этого момента начинается настоящая борьба. Сначала — с самой рыбой, к которой Сантьяго испытывает глубокое уважение, называя её «братом», а затем, когда марлин ценой невероятных усилий был убит, — с акулами. Да-да, задолго до появления франшизы «Челюсти» Хемингуэй выдал настоящий экшен с морскими хищниками.

​Хемингуэй — великолепный мастер. Его Сантьяго — абсолютно живой персонаж, близкий и понятный каждому. Особенно понравилось, как в сложнейших ситуациях он, будучи не особо верующим человеком, начинал торговаться с Богом: мол, если одолею эту рыбу, то прочту все молитвы, какие только знаю. Думаю, почти каждый из нас хоть раз в жизни так делал, равно как и разговаривал сам с собой в одиночестве.

Наверное, в этом кроется еще одна причина популярности повести: каждый может увидеть частичку себя в Сантьяго — человеке, которого постигла неудача, но который, несмотря ни на что, не сдается. Даже понимая, что шансы доставить такую добычу на берег целиком ничтожно малы, он, как истинный стоик, делает все, что в его силах. Ярче всего это проявляется в битвах с акулами: потеряв гарпун, старик привязывает нож к веслу, а когда лишается и его, пускает в ход дубинку. Он отбивал свой улов даже ночью, вслепую. По-настоящему Сантьяго принял поражение лишь тогда, когда понял, что от огромного марлина, накрепко привязанного к лодке, остались только голова и хвост.

Не знаю, специально ли Хемингуэй закладывал в текст христианский символизм, но то, как в самом конце Сантьяго с израненными леской ладонями тяжело поднимается к хижине с деревянной мачтой на плечах, невольно наводит на мысль о несении креста, восхождении на Голгофу и стойком перенесении человеческих страданий.

​Подчеркивая мысль о том, что нужно всегда идти до конца к своей цели, хочется добавить: возможно, мораль повести кроется еще и в умении довольствоваться малым. Старик поймал рыбу, которая едва не стоила ему жизни, но в итоге не просто остался ни с чем, а потерял последние ценные снасти — гарпун, нож, веревки и весло. Так что иногда синица в руках все-таки лучше огромного марлина в море.

📖#оқитынҰлт

На раннем этапе все тюрко-монгольские народы практиковали строгую экзогамию — запрет на браки внутри одного рода (ру, сөөк, ясун, тукъум, обог) или в пределах семи и более поколений, которая сейчас сохранилась только в традиционных местах расселения тюрко-монголов. Вполне вероятно, что эта традиция зародилась очень давно, и, если исходить из теории алтайского единства, она могла сформироваться еще до разделения тюрков и монголов. То, что в наши дни экзогамия утрачена у некоторых тюркских групп, которые в разное время и по разным причинам мигрировали вглубь оседлых районов Евразии, объясняется их естественной ассимиляцией в местной среде.

#nd_этнография

Обычно не в моих правилах возводить хулу на человека постфактум. Я (почти) всегда держался мудрого принципа: не суди о бремени чужого доспеха, покуда сам не примеришь его на свои плечи. Однако же в тот самый день, когда предводителем нашей футбольной дружины был назначен чужеземец Ван Схип, разум мой был объят великим сомнением ❗️.

​И вот ныне мы зрим плоды его работы: бесславное стояние против фарерских островитян (1:1), горькое поражение от словаков (2:1), а вчерашний день принес и вовсе великое унижение — мы были разбиты влахами в собственных стенах, в родной цитадели (1:2). Воистину, позор несмываемый.

Но не стану я обращать меч критики против самого Ван Схипа. Ибо не слепец виноват, что его поставили в дозор, а тот, кто вверил ему судьбу крепости. Весь свой гнев я обрушу на головы тех вельмож, что призвали его из дальних земель и вручили бунчук главнокомандующего! Кто этот муж, принявший такое решение? И, что еще важнее, какими лукавыми доводами он обольщал умы совета, утверждая голландца в этой высокой должности? Вопрос этот оставляю без ответа, ибо всякому зрячему и так ясна природа сей глупости.

#отАвтора
#футболғой

Прочитал жаркие споры в одном «неизвестном» мне чате. Вкратце: одна сторона нещадно хаит Союз, вторая защищает, обе стороны не слышат друг друга, и обе стороны можно понять.

Хотелось бы уйти от таких бесполезных конфликтов. Прошлое — это уже свершившаяся история, и, давайте признаем честно, святых в ней нет. Можно вспомнить, как Русь триста лет не от хорошей жизни платила дань, а князья ездили в Сарай за ярлыком. Были печенеги и половцы, да и гораздо позже на пограничных землях крепко доставалось всем — и переселенцам, и казакам. Расширение империй и поглощение казахских земель было суровым, жестоким историческим процессом, где просто странно ожидать от соперника благородства и поблажек.

Нужно понимать объективные вещи: примерно на рубеже XVI–XVII веков кочевой мир начал сильно отставать в развитии от оседлых цивилизаций. В итоге некогда грозная, непокорная евразийская степь от Причерноморья до Жёлтого моря была поделена теми, кто столетиями страдал от её набегов. Оседлые государства научились преодолевать расстояния и эффективно разбивать кавалерию.

Для нас наступил мрачный период Российской Империи – Зар заман, когда пришедших в упадок номадов зачастую и за людей-то не считали. Я сильно сомневаюсь, что если бы царь удержал власть, нам бы дали автономию или свою республику. Скорее всего, так бы и остались генерал-губернаторства с «белыми людьми» во главе, а образованием и развитием казахов никто бы не стал заниматься. Обездоленные, мы были бы вынуждены либо массово уходить в условный Китай, либо батрачить бесправными жатаками на собственной земле. Благо, у нас появилась своя интеллигенция — деятели «Алаша» и «Туркестана», которые на стыке этих жестоких эпох пожертвовали жизнями, пытаясь заложить фундамент нашей государственности.

Затем пришел Советский Союз. Его можно клеймить за многое: был и великодержавный шовинизм, и русификация, и множество других бед. Ашаршылық — наша колоссальная, незаживающая трагедия. Помнить жертв голода и репрессий — наша святая обязанность. Но эта память должна делать нас сильнее и сплоченнее, а не превращать в нацию, живущую вечным комплексом жертвы. История никогда не бывает черно-белой. Были в СССР и плюсы: масштабная индустриализация, медицина, инфраструктура. Именно тогда казахи получили возможность массово пойти в школы и университеты.

Посмотрите, за какой исторически короткий срок наш народ взрастил плеяду выдающихся производственников, писателей и блестящих военных. Мы дали миру таких титанов науки, как Сатпаев, Маргулан и Тынышпаев. А ведь есть ученые, о которых многие сейчас даже не слышали. Тот же Мурат Айтхожин с командой сделал фундаментальное открытие мирового уровня — впервые обнаружил информосомы. Или Умирзак Султангазин, под руководством которого была создана школа дистанционного зондирования Земли, что вывело республику в число передовых центров космических исследований. Как ни крути, именно из Казахской ССР вырос сегодняшний независимый Казахстан, и отрицать этот факт бессмысленно.

Бесконечные баталии в комментариях не построят нам сильного будущего. Нельзя жить исключительно прошлым. История дана нам не для того, чтобы вечно ковырять старые раны и искать виноватых, а чтобы извлекать жесткие уроки и больше не наступать на те же грабли. Именно об этом, сквозь века, нас предостерегают каменные руны Бильге-кагана и Кюль-тегина: сила народа кроется в единстве, а гибель приходит от внутренних распрей и вражды. Давайте будем мудрее.

#отАвтора
#ойланыпкөрейік

Вопреки популярным евразийским концепциям, Московское княжество и выросшая из него Российская империя никогда не являлись правопреемниками Улуса Джучи. Чтобы объективно определить истинных наследников Золотой Орды, необходимо установить исторический рубеж, за которым она окончательно прекратила своё существование. На мой взгляд, это случилось тогда, когда управлявшие её осколками ветви Чингизидов утратили геополитическую инерцию, отказавшись от претензий на былое единство и оставив попытки заново собрать ордынские земли.

Точкой невозврата в процессе распада стали события второй половины XVI и начала XVII века. До этого времени объединительный потенциал Улуса Джучи ещё сохранялся, опираясь на свой геополитический стержень — Поволжье, территорию Тахт-эли–Престольного удела. Захват Казани и Астрахани Иваном Грозным физически рассёк Орду надвое, оставив на западе единственную силу, стремившуюся концептуально восстановить утраченное единство — Крымское ханство. Династия Гиреев, считавшая себя прямой наследницей золотоордынского престола, предприняла последнюю решительную попытку вернуть Поволжье: именно этой цели служил поход Девлет-Гирея и сожжение Москвы в 1571 году, однако последовавшее поражение при Молодях перечеркнуло эти планы.

Параллельно в восточной части Дешт-и-Кипчака масштабную кампанию по воссоединению степного ядра Орды развернули казахские ханы от Касыма до Тауекеля. Возродив мощь кочевого государства, Касым-хан подчинил себе почти всё левое крыло Улуса Джучи от Балхаша до Урала. Эту интеграционную политику продолжил Хакназар-хан, сумевший объединить вокруг себя часть ногайских и башкирских родов. Кульминацией данных процессов стал стратегический замах Тауекель-хана, попытавшегося прочно связать кочевую степь с оседлыми торговыми центрами Мавераннахра.

Однако на рубеже XVI и XVII веков и эта восточная инерция полностью исчерпала себя. После тяжёлых войн с Бухарой за присырдарьинские города и появления новой угрозы в лице джунгар степная элита сменила вектор с собирания ордынских земель на защиту собственных кочевий. Осколки Улуса Джучи навсегда перестали быть деталями пазла, который кто-то пытается собрать заново, и превратились в самостоятельные государства с собственными историческими судьбами.

В контексте этих процессов Москва выступила не преемником Орды, а главным могильщиком её геополитической инерции. Россия действительно поглотила значительную часть территорий, однако свою институциональную и идеологическую легитимность она выстраивала исключительно через византийское православие, полностью отвергая тюрко-монгольскую традицию. Подлинными наследниками золотоордынской цивилизации остались лишь те общества, которые сохранили степную политическую культуру и сформировались как самостоятельные этносы на её историческом фундаменте.

Политическая преемственность в постордынском мире имела разные траектории. Казанское, Астраханское и Сибирское ханства, будучи прямыми династическими проекциями Чингизидов, пали уже в XVI веке. Специфическую нишу занимала Ногайская Орда: опираясь на чистую степную традицию, она управлялась династией Едигеидов, носивших титул биев, тогда как статус ханов-Чингизидов там был сведён к формальному признанию или роли марионеток. В свою очередь, Бухарское ханство перенесло степную элиту в города Мавераннахра, где ордынское наследие со временем растворилось в местной оседлой культуре.

​В чисто политическом смысле институциональная преемственность Орды, выраженная в непрерывной ханской власти, сохранилась лишь в Казахском, Хивинском/Хорезмском и Крымском ханствах, просуществовавших в первых двух случаях до XIX века, а в последнем — до конца XVIII века. Это подчеркивалось и официальной дипломатической титулатурой: крымские ханы именовали себя «падишахами и хаканами Великой Орды, Великого Юрта и Дешт-и-Кипчака», а казахские ханы официально носили титул «хаканов Дешт-и-Кипчака, наследников престола Чингисхана», прямо декларируя статус законных государей Орды.

В этнокультурном же измерении прямыми наследниками Улуса Джучи выступают современные казахи, татары (от Крыма до Сибири), башкиры, ногайцы, каракалпаки и часть узбеков — народы, чья родоплеменная структура, эпос и историческая память напрямую выросли из золотоордынского корня.

#отАвтора

Упоминание «хунов» или «чунов» между бастарнами и роксоланами у Клавдия Птолемея во II веке н. э. можно не брать в расчёт. Там всё слишком неоднозначно, к тому же это единственное подобное свидетельство вплоть до IV века. Полагаю, что гунны могли появиться в тех краях лишь на короткое время, из-за чего сообщение Птолемея со временем просто забылось, если это, конечно, не банальное созвучие.

До прямого контакта с гуннами римляне понятия не имели о существовании этого народа. Более того, даже гревтунги (восточные готы) — первые европейцы, попавшие под их сокрушительный удар, — скорее всего, ничего о них не знали. Если отбросить античные анахронизмы, когда современники по привычке называли пришельцев скифами, и фольклор типа чудесной лани, указавшей путь гуннам у Иордана, или ужаленного оводом гуннского быка, переправившегося на готский берег реки, за которым последовал пастух, то остаются лишь сведения Аммиана Марцеллина. Римский историк писал, что гунны появились чуть ли не с берегов Ледовитого океана.

Что бы ни подразумевал под этим хронист, совершенно ясно одно: гунны явились из Центральной Азии. Не вызывает сомнений, что это были осколки хунну, которые, продвигаясь на запад, покоряли и увлекали за собой других кочевников.

Тот факт, что ромеям ничего не было известно о новой угрозе до тех пор, пока у их балканских границ не скопились многотысячные толпы варваров, моливших Империю об убежище, объясняется очень просто: кочевники двигались с невероятной по тем временам скоростью. Буквально за десятилетие гунны вихрем пронеслись от степей Северного Прикаспия до Восточной Европы, обрушившись на неё, прежде чем кто-либо успел осознать масштаб происходящего.

#nd_гунны

Сегодня, 25 сентября, у нас в Казахстане общенациональный траур по случаю трагической гибели солдат на Каспийском море. Всегда тяжело терять бойцов, а в мирное время — тяжело вдвойне. Я не знаю, что говорить в таких случаях, могу лишь выразить искреннее соболезнования близким. Жатқан жерлері жайлы болсын 🤲.