Немного откровений о литературной жизни Кормака из недавней статьи Винченцо Барни:
Маккарти было трудно угодить — или, скорее, очень легко, если просто не учитывать основную часть популярной литературы, созданной после середины XX века. Например, он называл Джойс Кэрол Оутс «женщиной в очках». Если кто-то по какой-либо причине защищал Оутс за то, что она написала более 60 романов, Маккарти неизменно отвечал: «Да, нам известно». Дона Делило он не считал выдающимся писателем. Пинчон казался ему пустой болтовней, хотя Бритт подозревала, что он, возможно, завидовал уважению, которым Пинчон пользовался за научные знания, продемонстрированные в «Радуге тяготения», — «знания», которые Маккарти считал в целом утилитарными и в остальном ничтожными. (Ничего подобного квантовой механике, которая таинственно лежит в основе «Кровавого меридиана».)
...
«Кормак, я не могу разобрать, что ты говоришь». «Я сказал: это дерьмо. Это чушь». «Дерьмо» и «чушь» — самые низкие оскорбления, которые Маккарти использовал в адрес творчества, в отличие от его высшей похвалы: «очень хорошее письмо». Он говорил о «Бесконечной шутке». Для эрудита, прочитавшего более 10 000 книг, это, вероятно, худший читательский опыт в его жизни. «Леди, я что, настолько оторван от реальности?» — спрашивает он. «Как людям это может нравиться?»
Кормак Маккарти больше никогда не будет читать новые романы, сказал он Бритт. И он действительно перестал обращать внимание на литературный мир. «Бесконечная шутка» стала последним новым романом, который Маккарти когда-либо прочёл. 1104 страницы, которые сломили хребет литературному льву.
Маккарти было трудно угодить — или, скорее, очень легко, если просто не учитывать основную часть популярной литературы, созданной после середины XX века. Например, он называл Джойс Кэрол Оутс «женщиной в очках». Если кто-то по какой-либо причине защищал Оутс за то, что она написала более 60 романов, Маккарти неизменно отвечал: «Да, нам известно». Дона Делило он не считал выдающимся писателем. Пинчон казался ему пустой болтовней, хотя Бритт подозревала, что он, возможно, завидовал уважению, которым Пинчон пользовался за научные знания, продемонстрированные в «Радуге тяготения», — «знания», которые Маккарти считал в целом утилитарными и в остальном ничтожными. (Ничего подобного квантовой механике, которая таинственно лежит в основе «Кровавого меридиана».)
...
«Кормак, я не могу разобрать, что ты говоришь». «Я сказал: это дерьмо. Это чушь». «Дерьмо» и «чушь» — самые низкие оскорбления, которые Маккарти использовал в адрес творчества, в отличие от его высшей похвалы: «очень хорошее письмо». Он говорил о «Бесконечной шутке». Для эрудита, прочитавшего более 10 000 книг, это, вероятно, худший читательский опыт в его жизни. «Леди, я что, настолько оторван от реальности?» — спрашивает он. «Как людям это может нравиться?»
Кормак Маккарти больше никогда не будет читать новые романы, сказал он Бритт. И он действительно перестал обращать внимание на литературный мир. «Бесконечная шутка» стала последним новым романом, который Маккарти когда-либо прочёл. 1104 страницы, которые сломили хребет литературному льву.