persimmon writes(!!!)

нортон отнимает секунду жизни, мелькая в мысленных образах, отнимает минуту жизни, обосновываясь в черепной коробке на бытовой основе, отнимает еще одну за написанное ему письмо в порыве алкогольной передозировки, отнимает три минуты, находясь на расстоянии вытянутой руки, и полторы минуты за короткий разговор о погоде, отнимает четыре минуты за частые визиты к нему, две секунды за невзначай брошенный взгляд и три секунды за мимолетные прикосновения, отнимает пять минут жизни за сближение с ним, десять минут за поцелуй, двадцать минут за секс, тридцать минут за свидания, сорок минут за ссоры, пятьдесят минут за холодное игнорирование и час за расставание.

еще дополнительный час за отнятое время. и может быть, тебя нет.

#вставьтесвойпейринг пометка обязательно с нортоном

вдох, выдох, вдох, выдох.

не ее квартира, не ее комната, не ее кровать, не ее место, не ее запах, витающий повсюду, от которого щекочет нос и поджимаются пальцы на ногах.

скомканное одеяло в пальцах рук, положение лежа, пульсация в животе, белый потолок с лампой над кроватью, приглушенный свет, кровь, приливающая к щекам.

выдох.

василиса чувствует волнение глубоко в груди, которое тянет под лопатками, доходит чуть ближе к сердцу и чуть ниже солнечного сплетения. сужающиеся зрачки от света. игнорирование очевидных фактов. василиса переворачивается на живот, пытаясь заглушить нелепое пульсирование в животе.

выдох.

поток крови в ушах. живот. лампа над головой. расширяющиеся зрачки. усиливающийся запах кондиционера для белья. игнорирование очевидных фактов. василиса прижимается лбом в мягкую бездну, утопая по локти, невольно вдыхает, невольно выдыхает. мычание сопровождается удовольствием, удовольствие сопровождается ужасным осознанием.

***

гардения и слива.

василиса высчитывает до двадцати(одного) в голове, забивая последнюю овцу топором и своими невыносимыми криками. заборчик для зарядки падает одновременно с открывающейся дверью в комнату, и внутренние крики затихают, оставляя психологический анализ разгрома на потом.

понимаете, гарделия и слива.

пар от ее тела испарялся, уходя вверх в потолок, омывая его остатками

#черновик #марилисы августовский огрызок с марилисами

не дай этому исчезнуть, пожалуйста.

у него никогда не было времени на обыденные вещи: жизненный поток из проблем и людской толпы гнал его вперед изо всех сил, лишь бы не дать осознать важность тишины без подсчета времени. останавливаться было опасно, был риск не вернуться в муравьиный строй из человеческих рук и ног ускоренного до предела, был риск мечтать о чем-то, чего он не вспомнит сейчас, был риск, о котором он не помнит, но который должен был отворить запертые двери в его забитом от мусора черепе и направить его на что-то. он бы с удовольствием сейчас щелкал ручками дверей, отыскивая это что-то. в каждой из них он бы находил ответы, он бы стаскивал часы со всех стен и полок, он бы избавился от противного тикающего звука, сжимающего горло тисками с помощью цифр из пластика, он бы начал прислушиваться к тишине, с благоговением не находя звука топающих повсюду ног, идущих вперед с тупым знающим скрежетом от подошвы. он бы нашел тишину везде: в шелесте листьев и в высокой траве, в лучах солнца и плывущих облаках, в земле, в паутине между деревьями, в каплях росы, в журчание воды, в любом доме, в любой квартире, в любой кухне, в любой спальне, в любом углу, в любом мире, даже если мир один, даже если сотни или тысячи.

но дело в том, что у него больше нет времени, а тишина встречает его молчанием. дело в том, что время не меняется, а пространство вокруг требует чуть больше часов, может быть, минут, а может и секунд. дело в том, что все часы в этом проклятом пространстве увешаны на стенах, стоят на полках и лежат в ящичках, чтобы в унисон заполнять тишину молчанием. время, часы и молчание – коварность жизни. если бы он знал, он бы сошел с назначенного пути раньше, а сейчас бы не был так безнадежно испорчен неудобными мировыми обстоятельствами, которые время игнорирует, даже если единственный мир рассыпается на кусочки без возможности собраться заново в целое, наполненное и человеческое.

но сейчас есть: оно встречает его гудением из недосказанных слов и мыслей, оно приветствует его ничем и одновременно всем что могло бы предложить взамен на отнятую тишину.

не дай этому пропасть, пожалуйста.

***
он мог бы начать говорить, рассуждать вслух, смеяться громче, думать усерднее, и он мог бы перейти на крик, но ему было страшно. он мог бы подтвердить свое сумасшествие одним словом, закончить дни непрерывного молчания одним предложением, сказанным в пустоту коридора или в раковину в ванной или на кухне, между нерабочим холодильником и столом с тремя ножками, четвертую обещано было починить, но обещания больше не имели значение, они растворялись вместе с одиночеством дома, бросаясь во все щели, оседая на кончики волос и мазались о кожу.

#черновик он старый я не хочу его дописывать приятного всем

марк делится с ярисом своей рубашкой, невзначай, без мыслей, так думает ярис.

это безумие. рубашка марка щекочет кожу, нити проскальзывают за кожу, касаясь внутренностей, сжимая сердце в тиски, перехватывая легкие, и ярис чувствует себя глупо, смущенно и до стыдного влюбленно.

так не бывает, но ярис обещает отдать позже, после стирки, но перед тем, как порошок сотрет ясный и вдыхаемый запах марка, ярис несколько секунд, с задержкой на пять минут, зарывается носом в черную ткань.

выдыхаемый запах марка витает в воздухе и ярис ловит его ртом.

и обещает себе многое в этот момент.

#маркярисы

первое, обо что обжигается захарра, выйдя из змиулановского заточения — василиса.

захарра видела девушек, иногда женщин, но они были безликими фигурами, не вызывающие у нее ничего, кроме жалости и сочувствия. все женщины были в плену с отрубленными птичьими крыльями.

василиса была другой: свободной и дерзкой, шла вперед, периодически оглядываясь, сомневаясь, но не отступая. рыжие волосы олицетворяли ее дикую природу, развиваясь на холодном ветру астроградского города. яркое-синие глаза были небом, морем и цветами, она собрала в них все, что было прекрасным. она была чудеснее всех восковых мелков в руках захарры, чудеснее весеннего запаха ранним утром на выгуле луноптахов и чудеснее чуда.

первое, обо что обжигается захарра, становится первым полнценным вздохом. боль смешивается с ярким ощущением радости и безграничности своих возможностей.

#захалисы

простите, но пока только репосты

для новеньких — я часто пропадаю на месяца, не объявляя рест. вся информация находится в закрепленных сообщениях, думаю, контента вы найдете достаточно. анонимные для ваших вопросов и предложений для зарисовок. не писала давно, поэтому не хочу кормит вас невкусно и заставлять себя что-то делать через силу.

я осуждаю одиннадцатый класс