В заключительный день Moscow Book Week в стенах нашего зала писатель, издатель и литературовед Шевкет Кешфидинов провёл лекцию о локальных текстах русской литературы.
Слушатели узнали, что для определения локального текста недостаточно простой географической принадлежности.
Строительным элементом локального текста называют паттерн. Среди них:
1) природа;
2) архитектура;
3) события;
4) состояния.
Эти уникальные паттерны должны быть повторены и «перепеты» разными авторами энное количество раз — только тогда они собираются в локальный канон.
Так, мы поговорили о петербургском, ташкентском, одесском, уральском и других текстах русской литературы.
Пожалуй, интереснейшим выводом лекции является то, что мы не можем однозначно утверждать о существовании московского локального текста. Паттерны московских текстов не складываются в общее целое.
Обилие литературы об Арбате и вокруг него может говорить о специфическом арбатском локальном тексте.
Другой упомянутый на лекции пример — «Дни Савелия» Григория Служителя — может положить начало «бауманскому» тексту, т. к. действие романа очерчено улицами вокруг станции метро «Бауманская».
Ещё одним примером является поэма Венедикта Ерофеева «Москва — Петушки». Вспомним первые строки:
Автор вольно или невольно исключает из Москвы её главный архитектурный и культурный символ, перенося центр тяжести в другие места на карте столицы и за ее пределами.
После такого вывода напрашивается отдельная лекция про московский текст, так что следите за нашей афишей!
А пока несколько книжных рекомендаций по теме:
📌 Лотман Ю. М. Символика Петербурга и проблемы семиотики города
📌 Топоров В. Н. Петербургский текст русской литературы.
📌 Шафранская Э. Ф. Ташкентский текст в русской культуре.
📌 Женя Ва «Магадан»
📌 Ренат Беккин «Дворник писателя Хармса»
📌 Юрий Домбровский «Факультет ненужных вещей»
Слушатели узнали, что для определения локального текста недостаточно простой географической принадлежности.
Строительным элементом локального текста называют паттерн. Среди них:
1) природа;
2) архитектура;
3) события;
4) состояния.
Эти уникальные паттерны должны быть повторены и «перепеты» разными авторами энное количество раз — только тогда они собираются в локальный канон.
Так, мы поговорили о петербургском, ташкентском, одесском, уральском и других текстах русской литературы.
Пожалуй, интереснейшим выводом лекции является то, что мы не можем однозначно утверждать о существовании московского локального текста. Паттерны московских текстов не складываются в общее целое.
Обилие литературы об Арбате и вокруг него может говорить о специфическом арбатском локальном тексте.
Другой упомянутый на лекции пример — «Дни Савелия» Григория Служителя — может положить начало «бауманскому» тексту, т. к. действие романа очерчено улицами вокруг станции метро «Бауманская».
Ещё одним примером является поэма Венедикта Ерофеева «Москва — Петушки». Вспомним первые строки:
Все говорят: Кремль, Кремль. Ото всех я слышал про него, а сам ни разу не видел. Сколько раз уже (тысячу раз), напившись, или с похмелюги, проходил по Москве с севера на юг, с запада на восток, из конца в конец и как попало – и ни разу не видел Кремля.
Автор вольно или невольно исключает из Москвы её главный архитектурный и культурный символ, перенося центр тяжести в другие места на карте столицы и за ее пределами.
После такого вывода напрашивается отдельная лекция про московский текст, так что следите за нашей афишей!
А пока несколько книжных рекомендаций по теме:
📌 Лотман Ю. М. Символика Петербурга и проблемы семиотики города
📌 Топоров В. Н. Петербургский текст русской литературы.
📌 Шафранская Э. Ф. Ташкентский текст в русской культуре.
📌 Женя Ва «Магадан»
📌 Ренат Беккин «Дворник писателя Хармса»
📌 Юрий Домбровский «Факультет ненужных вещей»