Про_странствие

Надеюсь, что сейчас все наслаждаются осенью, как и я. Хочу подкинуть вам одну точку для посещения.

Детская площадка «Водоприбора»

Ее создали студенты Московского архитектурного института по заказу завода «Водоприбор» в 1978 г. В источниках удалось найти имена авторов:
- Александра Старикова (автор проекта)
- Юрий Никишин (эскизы мозаик)

Мне кажется, что эта площадка важна сегодня. Тут
Соединено несколько ценных явлений:
• архитектура, рассчитанная на детское воображение;
• монументальная мозаика;
• студенческой строительной практики;
• истории конкретного московского предприятия и окружающего контекста;

Для 1970-х годов это точно был необычный подход, да и сейчас думаю тоже.
Вместо типового набора оборудования на детских площадках здесь создали выразительное, почти сказочное пространство из кирпича, бетона, воды и смальты. Площадка напоминала одновременно руины акведука, крепость, бассейн и театральную декорацию.

Меня очень зацепила система водоемов, даже отдельно есть бассейн, в котором купались. Я так думаю, потому что там есть лестница. Сейчас очень тут особенно все живо смотрится, обилие упавших листьев, они заигрывают с мозаичными паттернами, красота безумная.

📍Оставляю точку для посещения.

Точка на карте
55.809999,37.651743
https://yandex.ru/maps?whatshere%5Bzoom%5D=18&whatshere%5Bpoint%5D=37.651743,55.809999&si=9e1eg502vcnvkg5p9cjaxpgeew

Сегодня я случайно наткнулась на этот короткометражный мультфильм — и он поразил меня до глубины души.
«Дом из маленьких кубиков» (яп. つみきのいえ, 2008, реж. Кунио Като) — история о старике, который живёт в доме, надстроенном «кубик за кубиком» над постоянно поднимающейся водой. Вода уже глубоко поглотила нижние этажи. Однажды он роняет свою любимую вещь — и ныряет за ней вниз.
И чем глубже он погружается, тем больше это становится путешествием в глубины его памяти: он заплывает в комнаты прошлого и видит, что было в его жизни — семья, дети, юность, любовь.

Это настолько трогательно, нежно и пронзающе, что многие мои собственные воспоминания вдруг представились лежащими так же глубоко под водой: до некоторых можно добраться, задержав дыхание, а до других — нет, потому что не хватает времени и сил. А для самых дальних нужны специальные приспособления — как акваланг, чтобы выдержать давление и нехватку воздуха.
После просмотра возникает очень много мыслей о памяти, утратах, о том, как мы храним и теряем свои «этажи».

Всем очень советую посмотреть: мультфильм короткий, всего 12 минут, графика потрясающая, очень напоминает графику Юрия Норштейна.

На днях читала лекцию для студентов магистратуры о странствующей архитектуре проекта «Про_странствие».

Перед началом разложила на столе фотографии домов в ландшафтах, предложила задать вопросы. Ребята подошли смотреть фото и прозвучал вопрос: «А в каком ИИ вы это сделали?»

Поймала странное чувство: будто ручная работа, физический материал и внимание к реальности теперь требуют дополнительного объяснения и защиты.
🥲

Но хочется верить, что тактильность, авторский взгляд и медленное рассматривание всё ещё важны — особенно в разговоре о пространстве.

Раз уж пошла песня о ностальгии — сделаю ещё один пост. О памяти, которая возвращается в виде зелёного зайца.

На одном фото — я с пластмассовым зелёным зайцем из галереи Albertina.
На другом — я маленькая, сижу на поляне, усыпанной такими же зайцами.

Что это за заяц и зачем он мне?

Этого зайца я заказала год назад у друзей, которые переехали в Европу. Посылка год не могла дойти, вернулась обратно — и в итоге фигурка прилетела в Москву в ручной клади у их родных. За это им огромное спасибо.
Вообще, никто из друзей не понимал: зачем мне пластмассовый заяц? Да ещё и зелёный?

История такая.
В юности каждое лето я проводила в Европе. Почти всегда в программе был Нюрнберг — родной город Альбрехта Дюрера. Каждый раз я привозила домой что-то с его работами.
Так вышло, что этот автор сопровождал меня с детства: в поездках, в занятиях в детской студии «СТАРТ». И не буду увиливать — фамилия Зайцева тоже повлияла на эту любовь к его работе «Заяц» 1502 года.

Летом 2003-го в Нюрнберге я попала на инсталляцию Оттмара Хёрля «7000 зайцев Дюрера» (Das große Hasenstück), созданную к 500-летию той самой работы Дюрера. Она представляла собой семь тысяч зелёных зайцев. Я сидела среди них — и это осталось одним из самых ярких воспоминаний.

Теперь один из тех зайцев живёт у меня дома.
Тот самый, с фотографии.

Для меня это важно: заяц — как частица моего творческого формирования, как телесная память о городском пространстве.

На Пресне есть одна улица, по которой я люблю ходить, чтобы найти свой секретик.

Мама когда-то показала мне на кирпичном фасаде жилого дома слепленный НОС.

Он был, как настоящий.
С тех пор я каждый раз специально шла этой улицей и искала его. Никогда не помнила точно, где он: в начале, посередине, ближе к концу. Но в этом и был весь кайф — у дома был секретик, и он вдруг становился почти живым.
Я потом водила туда всех друзей: «Сейчас такое покажу — обалдеете!».

Недавно снова пошла искать. И нашла только след, его сняли. И мне почему-то ужасно грустно: как будто с фасада исчезла маленькая городская тайна — но мне важно, что этот кусочек воспоминания, как мне эту тайну показала мама, всегда будет со мной.

А адрес я скажу — это Малая Грузинская ул. 38. Вдруг вам тоже захочется поискать след этого секретика.

В музее архитектуры завтра открывается выставка «Бумажная архитектура. Долгий ящик 1» — первая из трёх сменяемых экспозиций о бумажной архитектуре 1980‑х. Куратор — Юрий Аввакумов, сам бумажный архитектор того времени.

Сам термин «бумажная архитектура» закрепился в 1980-х годах. Тогда молодые советские архитекторы из-за цензуры, бюрократии и кризиса профессии ушли в свободное художественное проектирование.

Последняя такая выставка в России была в 2009‑м в Третьяковке на Крымском Валу. Событие особенное. Экспозиция сделана с вниманием к зрителю: свет так выставлен, что стекло не бликует, можно снимать и разглядывать каждую линию. Акцент — на плоской графике, чтобы сосредоточиться на глубине идей. Объёмные работы намеренно «спрятаны» в проёмы. На экскурсии Юрий рассказал, как они с друзьями отправляли работы на японский конкурс через журнал «Советская женщина» — история наивная, смелая и трогательная.

Каждый раз, когда вижу высказывания архитекторов 1980‑х, ловлю себя на мысли: как точно и смело они думали! Многие идеи шли впереди времени. Не удивляешься, почему российские авторы тогда были на обложках японских журналов: за этим стояла сильная школа ручной графики, которая сегодня теряет актуальность.

Время идёт, инструменты меняются, но я верю: ручная графика станет особым, не всем доступным языком высказывания — ты создаёшь идею, а не «собираешь» её из цифровых элементов. Это и вдохновляет, и немного пугает.

В архиве больше 300 работ, поэтому до февраля 2027‑го экспозиция будет меняться: после «Долгого ящика 1» последуют части 2 и 3.
Первый раздел открыт с 8 сентября по 18 октября 2026 года.

Адрес: Москва, ул. Воздвиженка, 5/25, корпус «Аптекарский приказ».

На основе своих фотографий сделала оттиски.