Репост из: ЭСТЕТ
#КнижныеНовинки
«Эстет» представляет обзор книжных новинок сентября на которые стоит обратить внимание.
1. Габриэль Цухтригель, «Музей апокалипсиса».
Тот самый директор. По его словам, туристы в Помпеях жалуются на сердце чаще, чем где-либо, и он не исключает массового синдрома Стендаля. Книга о том, зачем людям понадобилось делать красивое и что за феномен этот город, в одночасье засыпанный пеплом. Остроумно, но без панибратства.
2. Ларри Коллинз, Доминик Лапьер, «О Иерусалим!»
700 страниц о борьбе за город в 1947–1948 годах, о рождении Израиля и проблеме палестинских беженцев. Большая история подана через быт и судьбы людей с разных сторон. Деталь: текст декларации прикрепили к пергаменту степлером, а художник успел дорисовать лишь орнамент. Бен-Гурион записал в дневнике: «Я скорблю среди ликующих». Читать советуют с поправкой на более поздние исследования.
3. Линда Джейвин, «Культурная революция в Китае»
Для первого погружения в самый раз, а знатоки вряд ли найдут новое. Из книги: в провинции Хэбэй в «измене» обвинили около 84 000 человек, 3000 казнили. По тексту, это была лишь подготовка к самому жестокому этапу революции.
4. Эрнст Блох, «Свобода и порядок».
Пока Адорно с Хоркхаймером ставили европейской цивилизации неутешительный диагноз, Блох искал светлые перспективы. Его призыв: перестать считать существующее неизбежным. Привычка — самые сильные оковы, а утопия начинается со способности удивляться порядку вещей. «Человек еще живет повсюду в предыстории».
5. Луис Сепульведа, «Тень нашего прошлого».
Трое товарищей встречаются в Чили спустя тридцать с лишним лет. Когда-то каждый мечтал стать Одиссеем и вернуться в свою Итаку, но страну после переворота 1973 года не узнать. Две сюжетные линии, последний бой и одна из знаковых книг латиноамериканской литературы. оковы, а утопия начинается со способности удивляться порядку вещей. «Человек еще живет повсюду в предыстории».
6. Тоби Дамен, «Колумбусштрассе. Семейная история 1935–1945»
После смерти отца в 2015 году художник нашёл семейный архив, письма и дневники, и сделал из него графический роман. Дюссельдорф, нацистские годы. Мальчик Карл-Лео смотрит, как рушится привычный мир, а его старшие братья оказываются на разных фронтах, один из них под Сталинградом.
7. Джон Макгрегор, «Открытие искусства душевнобольных»
Фундаментальный труд 1989 года, который развенчивает миф о «безумном гении» и спрашивает, кто решил, что одни картины достойны музея, а другие подшивают к истории болезни. Мало кто смотрит на котов Луиса Уэйна, не держа в уме диагноз художника.
8. Кэтлин Уокер-Микл, «Домашние любимцы в Средние века»
Собачек, кошек, обезьян и птиц укладывали в хозяйскую постель, кормили изысканными блюдами, носили на руках, порой заботясь о них лучше, чем о людях. По письмам, трактатам и эпитафиям автор делает вывод, что наша привязанность к питомцам практически не изменилась. Книга разбирает и взгляд церкви с моралистами: не чрезмерна ли такая забота и не правильнее ли дарить это внимание Богу?
💬Какую книгу захотелось прочитать? Пишите в комментариях!👇
@esthetetop
«Эстет» представляет обзор книжных новинок сентября на которые стоит обратить внимание.
1. Габриэль Цухтригель, «Музей апокалипсиса».
Тот самый директор. По его словам, туристы в Помпеях жалуются на сердце чаще, чем где-либо, и он не исключает массового синдрома Стендаля. Книга о том, зачем людям понадобилось делать красивое и что за феномен этот город, в одночасье засыпанный пеплом. Остроумно, но без панибратства.
2. Ларри Коллинз, Доминик Лапьер, «О Иерусалим!»
700 страниц о борьбе за город в 1947–1948 годах, о рождении Израиля и проблеме палестинских беженцев. Большая история подана через быт и судьбы людей с разных сторон. Деталь: текст декларации прикрепили к пергаменту степлером, а художник успел дорисовать лишь орнамент. Бен-Гурион записал в дневнике: «Я скорблю среди ликующих». Читать советуют с поправкой на более поздние исследования.
3. Линда Джейвин, «Культурная революция в Китае»
Для первого погружения в самый раз, а знатоки вряд ли найдут новое. Из книги: в провинции Хэбэй в «измене» обвинили около 84 000 человек, 3000 казнили. По тексту, это была лишь подготовка к самому жестокому этапу революции.
4. Эрнст Блох, «Свобода и порядок».
Пока Адорно с Хоркхаймером ставили европейской цивилизации неутешительный диагноз, Блох искал светлые перспективы. Его призыв: перестать считать существующее неизбежным. Привычка — самые сильные оковы, а утопия начинается со способности удивляться порядку вещей. «Человек еще живет повсюду в предыстории».
5. Луис Сепульведа, «Тень нашего прошлого».
Трое товарищей встречаются в Чили спустя тридцать с лишним лет. Когда-то каждый мечтал стать Одиссеем и вернуться в свою Итаку, но страну после переворота 1973 года не узнать. Две сюжетные линии, последний бой и одна из знаковых книг латиноамериканской литературы. оковы, а утопия начинается со способности удивляться порядку вещей. «Человек еще живет повсюду в предыстории».
6. Тоби Дамен, «Колумбусштрассе. Семейная история 1935–1945»
После смерти отца в 2015 году художник нашёл семейный архив, письма и дневники, и сделал из него графический роман. Дюссельдорф, нацистские годы. Мальчик Карл-Лео смотрит, как рушится привычный мир, а его старшие братья оказываются на разных фронтах, один из них под Сталинградом.
7. Джон Макгрегор, «Открытие искусства душевнобольных»
Фундаментальный труд 1989 года, который развенчивает миф о «безумном гении» и спрашивает, кто решил, что одни картины достойны музея, а другие подшивают к истории болезни. Мало кто смотрит на котов Луиса Уэйна, не держа в уме диагноз художника.
8. Кэтлин Уокер-Микл, «Домашние любимцы в Средние века»
Собачек, кошек, обезьян и птиц укладывали в хозяйскую постель, кормили изысканными блюдами, носили на руках, порой заботясь о них лучше, чем о людях. По письмам, трактатам и эпитафиям автор делает вывод, что наша привязанность к питомцам практически не изменилась. Книга разбирает и взгляд церкви с моралистами: не чрезмерна ли такая забота и не правильнее ли дарить это внимание Богу?
💬Какую книгу захотелось прочитать? Пишите в комментариях!👇
@esthetetop