❗️ Наталья Касперская — по поводу блокировок мессенджеров и VPN
«Что касается способов реализации блокировок, то на ум приходят два очевидных соображения.
Во-первых, всякое действие рождает противодействие. За последние пару лет средний уровень знаний ИТ у граждан России значительно вырос — теперь каждая бабушка умеет устанавливать себе VPN.
Во-вторых, блокировка и одной-то коммуникационной платформы вызывает заметные технические сложности, но если этих платформ несколько, то мощностей блокираторов явно не хватает. Основная технология, используемая для блокировок — это глубокий анализ пакетов (Deep Packet Inspection по-английски) — сокращенно DPI.
При резком росте числа инспектируемых пакетов система DPI перестаёт справляться и начинает пропускать пакеты, поэтому при недавнем начале блокировки Телеграма у многих вдруг снова заработал WhatsApp и прочие забытые сущности западного цифрового мира. А также появилось видимое простому глазу замедление обычных ресурсов — некоторые сайты теперь открываются по 3-5 минут.
Это значит, что министерство с блокировкой VPN на широких просторах не справляется…
Замечу, что на всём этом фоне, по данным СКБ-Контур от февраля сего года, имеет место просто сюрреалистическая статистика: за 2025 год количество закупок VPN-сервисов выросло на 18, 5%. Только в государственных органах на VPN было потрачено 20 миллиардов рублей.
При этом Минцифры уже выпустило методичку по обнаружению VPN в корпоративных сетях и на клиентских устройствах.
Методичка чисто технически — вполне адекватная, её мог написать любой специалист по сетевым технологиям. Но она предполагает внедрение следящего программного обеспечения в корпоративной среде, в том числе на устройства сотрудников. На каком основании, собственно? Как это соотносится с 152-ФЗ о персональных данных, с законами о тайне переписки и прочими конституционными правами граждан?»
🌐 Подписаться
«Что касается способов реализации блокировок, то на ум приходят два очевидных соображения.
Во-первых, всякое действие рождает противодействие. За последние пару лет средний уровень знаний ИТ у граждан России значительно вырос — теперь каждая бабушка умеет устанавливать себе VPN.
Во-вторых, блокировка и одной-то коммуникационной платформы вызывает заметные технические сложности, но если этих платформ несколько, то мощностей блокираторов явно не хватает. Основная технология, используемая для блокировок — это глубокий анализ пакетов (Deep Packet Inspection по-английски) — сокращенно DPI.
При резком росте числа инспектируемых пакетов система DPI перестаёт справляться и начинает пропускать пакеты, поэтому при недавнем начале блокировки Телеграма у многих вдруг снова заработал WhatsApp и прочие забытые сущности западного цифрового мира. А также появилось видимое простому глазу замедление обычных ресурсов — некоторые сайты теперь открываются по 3-5 минут.
Это значит, что министерство с блокировкой VPN на широких просторах не справляется…
Замечу, что на всём этом фоне, по данным СКБ-Контур от февраля сего года, имеет место просто сюрреалистическая статистика: за 2025 год количество закупок VPN-сервисов выросло на 18, 5%. Только в государственных органах на VPN было потрачено 20 миллиардов рублей.
При этом Минцифры уже выпустило методичку по обнаружению VPN в корпоративных сетях и на клиентских устройствах.
Методичка чисто технически — вполне адекватная, её мог написать любой специалист по сетевым технологиям. Но она предполагает внедрение следящего программного обеспечения в корпоративной среде, в том числе на устройства сотрудников. На каком основании, собственно? Как это соотносится с 152-ФЗ о персональных данных, с законами о тайне переписки и прочими конституционными правами граждан?»
🌐 Подписаться