Дверь шлюза открылась еще раз и в проеме показался силуэт биолога. Мгновение подождав пока дверь окончательно исчезнет в стене, он сделал шаг внутрь отсека столовой. Двое сидевших за столом вели беседу, мерно поедая результаты его трудов. Шимону было плевать в принципе, пусть едят: должны же быть подопытные на ком испытывать продукцию так сказать. Опять же девать плоды, выращенные в условиях другой гравитации и искусственного света, было просто некому. А утилизировать другими путями было то ли лень, то ли жадно. Сжигать — значит потратить энергию станцию; перемалывать в удобрения — значит поставить еще пару бочек с не самыми приятными запахами; тупо выбросить за пределами станции, как делали люди на Земле — сделать шаг назад в развитии. Шимон сбежал с планеты подальше от людей потому что устал от их тупости, недальновидности и бесконечных конфликтов из-за ресурсов: начиная от бутербродов, заканчивая правом обладать технологией микротермоядерного реактора.
— О чем разговариваете? — спросил биолог, приближаясь к холодильной камере.
— Да вот нам обоим что-то не спится, и обоим снится дом. А ты чего встал раньше графика? — спросил техник.
— У меня отдельный график от вас, каждое растение живет в своем ритме. И иногда приходится либо спать по два часа, либо не спать по тридцать часов. Как вам овощи? Есть какие-то замечания, предложения, пожелания?
— А можно кофе? Арабику, и что бы она была с этой планеты? — подал голос метеоролог.
— Нет. — твердо и с легким нажимом сказал Шимон. — Несмотря на практически бесконечный источник энергии в реакторе, энергию есть куда девать. А кофе растет слишком долго, что бы мы все успели им насладиться на этой планете. Вы мне лучше скажите, ва приходили сообщения из института?
— Пока нет, ну мне во всяком случае. — сказал техник.
— А тебе? — Шимон обратился к метеорологу.
— Да. Пишут в основном что надо продолжать исследования, и возможно через полгода, по земному времени, будет ротация сотрудников. Ну и так по моим рабочим задачам.
— Уже хорошо, значит они не уничтожили наш дом. — улыбнулся Шимон. — Если конечно из-за лага световой связи мы еще не знаем последние новости с Земли...
С дивана видно главное: день №04. Машинка делает врум-врум.
— О чем разговариваете? — спросил биолог, приближаясь к холодильной камере.
— Да вот нам обоим что-то не спится, и обоим снится дом. А ты чего встал раньше графика? — спросил техник.
— У меня отдельный график от вас, каждое растение живет в своем ритме. И иногда приходится либо спать по два часа, либо не спать по тридцать часов. Как вам овощи? Есть какие-то замечания, предложения, пожелания?
— А можно кофе? Арабику, и что бы она была с этой планеты? — подал голос метеоролог.
— Нет. — твердо и с легким нажимом сказал Шимон. — Несмотря на практически бесконечный источник энергии в реакторе, энергию есть куда девать. А кофе растет слишком долго, что бы мы все успели им насладиться на этой планете. Вы мне лучше скажите, ва приходили сообщения из института?
— Пока нет, ну мне во всяком случае. — сказал техник.
— А тебе? — Шимон обратился к метеорологу.
— Да. Пишут в основном что надо продолжать исследования, и возможно через полгода, по земному времени, будет ротация сотрудников. Ну и так по моим рабочим задачам.
— Уже хорошо, значит они не уничтожили наш дом. — улыбнулся Шимон. — Если конечно из-за лага световой связи мы еще не знаем последние новости с Земли...
С дивана видно главное: день №04. Машинка делает врум-врум.