Даже у святых случаются разногласия в семье.
Неожиданное оказалось для меня открытие. И сделала я его в Киржачском женском Благовещенском монастыре.
Вообще, это сейчас он женский, а изначально, в XIV веке он возник как мужской.
И основал его преподобный Сергий Радонежский.
Да!
Он создал два монастыря. Троице-Сергиев и этот.
Так случилось, что однажды пришел к игумену Сергию его брат Стефан. Тот самый брат, с которым они ушли в глухие леса за Радонежем.
Только тогда Стефан не выдержал столь уединенной жизни. Наверное, им трудно было и в бытовом плане. Источников поблизости не было, никаких удобств, еды тоже не было.
Он ушел в Москву в Богоявленский монастырь, что недалеко от Красной площади. Тогда она ещё не была Красной, конечно, а называлась просто Торгом.
Так вот, прожил он некоторое время возле Кремля, а когда появилась и прославилась уже Троицкая обитель, решил вернуться.
И пожелал сам стать игуменом.
Его младший брат спорить не стал. Ни с чем. Поскольку Стефан ещё недоволен был и некоторыми обычаями, заведенными в монастыре.
Преподобный взял одного из своих учеников и ушел практически куда глядят глаза.
Некоторое время они странствовали, пока не пришли на берег реки Киржач (левый приток Клязьмы, сейчас это Владимирская область).
Место им понравилось и, помолившись, они решили здесь и остаться.
Так возник новый монастырь.
Некоторое время никто не знал, куда делся игумен Сергий. Потом и сюда потянулись люди, чтобы принять иночество.
И, наконец, весть о нем достигла Троицкой обители.
Братия отправила послов с просьбой воротиться к ним.
И преподобный согласился, наконец. А игуменом в новой обители остался его ученик, преподобный Роман Киржачский.
Мощи его покоятся в обители до сих пор. Они в нижнем храме Благовещенского собора, освященном в честь преподобного Романа Киржачского.
Непростая судьба ждала обитель.
Нет, сначала она процветала. Наместник поставлялся из братии Троицкого монастыря и сам монастырь был вторым по значимости после будущей Лавры.
Здесь очень рано появились каменные соборы и вообще он поражал красотой и благолепием.
Когда Екатерина II провела религиозную реформу (1764), монастырь закрыли. Братия перешла в Лавру, а храмы стали приходским. И в течение 100 лет приходили постепенно в упадок.
К концу 19 века сознательность у людей значительно выросла. А может и благосостояние. Ещё может быть, что религиозность в людях стала проявляться ярче.
Словом, семья купцов Соловьевых взялась обновлять храмы и территорию. Они выстроили новый храм во имя Всех Святых с пятиярусной колокольней (на фотографиях она в лесах), сами(!) расписали Благовещенский собор и храм Сергия Радонежского.
Были по очереди старостами и вообще всячески заботились о святом месте.
А потом пришла революция. Стараниями архитектора Барановского и местных искусствоведов удалось спасти монастырь от полного разрушения. Но чего здесь, в храмах, только не было!
И зерно хранили, и хлеб в промышленном масштабе пекли, и склад боеприпасов здесь был.
Но в 1990-е монастырь в ужасающем состоянии вернули Церкви.
И посмотрите, каким он стал.
Да, кстати, когда его открывали, монахов не собралось достаточно, чтобы был настоящий монастырь.
А вот монахини были. Так что теперь это женский монастырь.
Сейчас насельниц 30 человек. Довольно много, как мне кажется.
Вот почти и все, что я хотела рассказать.
Ещё нужно добавить 👇
Неожиданное оказалось для меня открытие. И сделала я его в Киржачском женском Благовещенском монастыре.
Вообще, это сейчас он женский, а изначально, в XIV веке он возник как мужской.
И основал его преподобный Сергий Радонежский.
Да!
Он создал два монастыря. Троице-Сергиев и этот.
Так случилось, что однажды пришел к игумену Сергию его брат Стефан. Тот самый брат, с которым они ушли в глухие леса за Радонежем.
Только тогда Стефан не выдержал столь уединенной жизни. Наверное, им трудно было и в бытовом плане. Источников поблизости не было, никаких удобств, еды тоже не было.
Он ушел в Москву в Богоявленский монастырь, что недалеко от Красной площади. Тогда она ещё не была Красной, конечно, а называлась просто Торгом.
Так вот, прожил он некоторое время возле Кремля, а когда появилась и прославилась уже Троицкая обитель, решил вернуться.
И пожелал сам стать игуменом.
Его младший брат спорить не стал. Ни с чем. Поскольку Стефан ещё недоволен был и некоторыми обычаями, заведенными в монастыре.
Преподобный взял одного из своих учеников и ушел практически куда глядят глаза.
Некоторое время они странствовали, пока не пришли на берег реки Киржач (левый приток Клязьмы, сейчас это Владимирская область).
Место им понравилось и, помолившись, они решили здесь и остаться.
Так возник новый монастырь.
Некоторое время никто не знал, куда делся игумен Сергий. Потом и сюда потянулись люди, чтобы принять иночество.
И, наконец, весть о нем достигла Троицкой обители.
Братия отправила послов с просьбой воротиться к ним.
И преподобный согласился, наконец. А игуменом в новой обители остался его ученик, преподобный Роман Киржачский.
Мощи его покоятся в обители до сих пор. Они в нижнем храме Благовещенского собора, освященном в честь преподобного Романа Киржачского.
Непростая судьба ждала обитель.
Нет, сначала она процветала. Наместник поставлялся из братии Троицкого монастыря и сам монастырь был вторым по значимости после будущей Лавры.
Здесь очень рано появились каменные соборы и вообще он поражал красотой и благолепием.
Когда Екатерина II провела религиозную реформу (1764), монастырь закрыли. Братия перешла в Лавру, а храмы стали приходским. И в течение 100 лет приходили постепенно в упадок.
К концу 19 века сознательность у людей значительно выросла. А может и благосостояние. Ещё может быть, что религиозность в людях стала проявляться ярче.
Словом, семья купцов Соловьевых взялась обновлять храмы и территорию. Они выстроили новый храм во имя Всех Святых с пятиярусной колокольней (на фотографиях она в лесах), сами(!) расписали Благовещенский собор и храм Сергия Радонежского.
Были по очереди старостами и вообще всячески заботились о святом месте.
А потом пришла революция. Стараниями архитектора Барановского и местных искусствоведов удалось спасти монастырь от полного разрушения. Но чего здесь, в храмах, только не было!
И зерно хранили, и хлеб в промышленном масштабе пекли, и склад боеприпасов здесь был.
Но в 1990-е монастырь в ужасающем состоянии вернули Церкви.
И посмотрите, каким он стал.
Да, кстати, когда его открывали, монахов не собралось достаточно, чтобы был настоящий монастырь.
А вот монахини были. Так что теперь это женский монастырь.
Сейчас насельниц 30 человек. Довольно много, как мне кажется.
Вот почти и все, что я хотела рассказать.
Ещё нужно добавить 👇