Такого еще не бывало!


Гео и язык канала: Россия, Русский
Категория: Познавательное


Увлекательная история космонавтики и истории про космонавтику.
"Космос — это не работа, космос — это прикол" (С)
Контакт - @av_shironin

Связанные каналы

Гео и язык канала
Россия, Русский
Статистика
Фильтр публикаций


Морячки. Сергей Тетерятников, недавно прибывший на МКС (на фото с командующим станцией Пётром Дубровым [1]), поступил в отряд космонавтов с должности командира дивизиона живучести электро-механической боевой части атомного подводного крейсера стратегического назначения «Генералиссимус Суворов».

Моряков в рядах космонавтов, относительно других родов войск, всегда было мало, при этом еще и везло не всем.

Командир водолазной группы аварийно-спасательной службы спасательного судна «СС-87» («Трефилов») 446-го отдельного дивизиона аварийно-спасательной службы Лиепайской военно-морской базы Валерий Рождественский долетел на "Союзе-23" с Вячеславов Зудовым [2] до станции "Салют-5" (военной станции «Алмаз-3»), но из-за отказа системы автоматической стыковки «Игла» состыковаться с ней не удалось.

Григорий Нелюбов [3] до зачисления слушателем-космонавтом в отряд космонавтов ЦПК ВВС служил старшим летчиком 639-го истребительного авиационного полка (в/ч 59199) 49-й истребительной авиационной дивизии Краснознамённого Черноморского флота, базировавшейся в Севастополе.

К сожалению, второй дублер Юрия Гагарина в космосе не побывал, но о некоторых нюансах этого мы поговорим отдельно.

фото Роскосмоса и из открытых источников.

Подпишись, чтобы быть в курсе - "Такого еще не бывало!"

#тетерятников #дубров #рождественский #зудов #алмаз #нелюбов #гагарин


Репост из: 143,625
Сегодня конечно не #пятница, но все же. Палево с этими вашими новыми приборами.

На самом деле конечно там же и другие эксперименты, наверняка протирали обеззараживающими салфетками "оптические оси научных приборов" 🙂🙂🙂



205 0 2 11 11

Экипажи. Как академик Королёв жалел, что старшего лейтенанта Гагарина в космос отправил.

"...Вопрос о том, как следует формировать экипажи, начали обсуждать еще до полета Гагарина. Постепенно он перерос в затяжной конфликт между промышленностью и Военно-Воздушными Силами. Сначала интересы промышленности отстаивал С.П.Королев. Когда я был у него на приеме с предложением своей кандидатуры, он почему-то разговаривал со мной по-дружески и более откровенно, чем я мог ожидать. Он тогда сказал, что не может себе простить того, что дал согласие на выполнение первого полета военным космонавтом. Объяснил он это тем, что очень спешил. Королев, конечно, хорошо относился к Гагарину, но все же считал принципиально неверным отдавать военным приоритет в космических полетах. Практически сразу после первого полета он начал предпринимать усилия к тому, чтобы склонить чашу весов в пользу гражданских космонавтов. В этом его поддерживал М.В.Келдыш. И их совместные усилия принесли результаты. Уже в 1962 году военный госпиталь начинает обследовать кандидатов из числа гражданских инженеров, ученых, медиков. Немного позднее принимается решение о создании гражданского медицинского учреждения, ответственного за эту работу. Королев организует отбор гражданских кандидатов среди молодых инженеров своего конструкторского бюро. Он добивается полета Феоктистова - человека, который возглавлял проектирование первых пилотируемых кораблей. И все это при активном сопротивлении ВВС и Министерства обороны.

Когда Королева не стало, позиции военных заметно усилились. Переговоры осложнились. Они становились все более и более эмоциональными. Так случается очень часто, когда нет четких критериев, а в качестве аргументов используются лишь общие соображения. Поскольку речь шла о таком престижном деле, как космические полеты, то никто не хотел уступать.

Мне довелось участвовать в переговорах, и я потратил много сил и нервов, отстаивая интересы промышленности. Для нас было очевидно, что грамотно спроектировать то, что предназначено для работы космонавтов, можно только при их участии. Только люди, выполняющие полеты, способны дать квалифицированные оценки и рекомендации, касающиеся удобства пользования оборудованием корабля или станции.

Любопытно, что в авиации против этого никто не возражал. Все авиационные фирмы имели летно-испытательные подразделения и отбирали в них лучших летчиков-испытателей страны...

Насколько я знаю, руководство ВВС никогда не ставило вопрос о том, чтобы отменить заводские испытания и сразу передавать новые самолеты военным летчикам. А в отношении космических полетов оно свою позицию изменило. Главных доводов было два. Первый заключался в том, что военные летчики были лучше подготовлены к стрессовым ситуациям, чем гражданские инженеры; а второй - что военные летчики беспристрастны и не будут скрывать недостатки, выявленные во время полета, в то время как гражданские инженеры, подчиненные главному конструктору, могут это делать.

...И когда стало ясно, что ни одна из сторон своих позиций не уступит, был найден разумный компромисс: командир - всегда военный, бортинженер - всегда гражданский, а на должности космонавта-исследователя военные и гражданские будут менять друг друга по очереди
", пишет космонавт Алексей Елисеев в своей книге «Жизнь - капля в море».

В результате для полета на "Союзе-11" на первую в мире космическую станцию "Салют" формируются два экипажа. В составе основного - Алексей Леонов, Валерий Кубасов и Петр Колодин, в дублирующем - Георгий Добровольский, Владислав Волков (он же Вадим) и Виктор Пацаев.

В первом - два военных и один гражданский, во втором, наоборот, - два гражданских и один военный.

Фото Space Facts и из открытых источников.

Подпишись, чтобы быть в курсе - "Такого еще не бывало!"

#королев #елисеев #феоктистов #леонов #кубасов #колодин #добровольский #волков #пацаев


Репост из: В тени Солнца
Джерри Линенджер, "Покидая нашу планету". Записки астронавта Джерри Линенджера о пяти опасных месяцах на станции "Мир". Глава 9: Стыкуя стотонный шаттл.

https://teletype.in/@ironstory/Linenger_chapter_9

После двух с половиной месяцев перерыва возвращаюсь к переводу Линенджера, заодно начинаем вторую часть, посвящённую (наконец-то) работе астронавта на Мире. Впрочем, сначала надо до него долететь и состыковаться. Об этом и поговорим в девятой главе.

Часть 1. Главы 1-2: Линенджер приходит в NASA
Часть 1. Глава 3: Первый полёт автора в космос
Часть 1. Глава 4: Жизнь в России
Часть 1. Глава 5: О подготовке к полёту в ЦПК
Часть 1. Глава 6: Мир, уже завтра
Часть 1. Главы 7-8: Старт к Миру


Прицеливание. Главное в военной космонавтике - найти цель и на нее качественно навестись.

В гражданской, за которую выдавались все станции "Салют", вне их реального деления на долговременные орбитальные станции (ДОС) типа "Салют" [1] и орбитальные пилотируемые станции (ОПС) "Алмаз" [2], с этим тоже было всё непросто.

Установленные на первых различные телескопы, как и находящиеся на их суровых собратьях гигантские разведывательные фотоаппараты, требовали не только наведения на целевой объект, но и поддержания ориентации станции в дальнейшем.

Система стабилизации станции "Алмаз" выполняла угловую стабилизацию по каналам курса, крена, тангажа и развороты станции при проведении различных работ.

В ее состав входили:

- основная, длительно работающая, экономичная по расходу рабочего тела электромеханическая система стабилизации с шаровым маховиком, и электромеханическая система поворотов с кольцевым маховиком большого диаметра [3, 4];

-резервная реактивная система стабилизации, функционирующая на ограниченных по времени участках полета, требующих больших управляющих моментов.

На ДОС, включая "Салют-7", гиродины отсутствовали, в связи с чем стабилизация и развороты требовали расхода топлива двигателей ориентации.

Заметим, что в 1985 году к указанной станции был запущен корабль-модуль ТКС-М "Космос-1686", построенный на базе транспортного корабля снабжения станции "Алмаз", имеющий полезной нагрузкой военно-прикладной оптический комплекс «Пион-К» с лазерно-электронным телескопом (разработки КБ «Фотон» КОМО), который предназначался для оптического наблюдения с высоким разрешением, а также выполнения программы «Октант» в интересах системы контроля космического пространства и ПРО (Википедия).

Данные задачи, скорее всего, требовали выполнения высокоточных разворотов всей сцепки и стабилизации ее. Достоверно известно, что управление комплексом "Салют-7" - "Космос-1686" [5] было передано на последний, однако имелись ли на нем какие-то средства стабилизации, кроме реактивных, история, доступная любителям космонавтики, пока что умалчивает.

Фото из книги "Огранка алмазов", открытых источников.

Подпишись, чтобы быть в курсе - "Такого еще не бывало!"

#ориентация #стабилизация #салют #алмаз #ткс #пион #гиродины


Репост из: Космический фотоальбом
Геометрия огня

Одна из моих любимых фотографий при пуске ракеты — крупный план двигателей в первые секунды после старта. На нём можно рассмотреть детали, которые человеческий глаз просто не способен уловить из-за огромного расстояния и слепящего пламени.

Тёмные фильтры, закрытая диафрагма и сверхкороткая выдержка позволяют сфотографировать детали происходящего. Из двигателей ракеты жёлтыми нитями вырывается огонь. Но почему пламя такое неравномерное, и что это за огненные кольца? Чтобы ответить на этот вопрос на пальцах, разберём устройство и принцип работы камеры сгорания жидкостного ракетного двигателя.

Камера РД-107 состоит из форсуночной головки, средней части и сопла. Через 227 двухкомпонентных форсунок в нее одновременно поступают горючее (керосин) и окислитель (жидкий кислород). Компоненты топлива перемешиваются и сгорают, превращаясь в раскаленный сжатый газ с температурой около 3250 °С и давлением 60 атм. Двигаясь дальше от форсуночной головки в сужающееся реактивное сопло, газ разгоняется, и в критическом сечении сопла его скорость достигает местной скорости звука. Затем в расширяющейся части поток становится сверхзвуковым и продолжает разгоняться до самого среза сопла. На выходе температура падает до 1700 °С, давление до 0.385 атм, а скорость газа достигает примерно 3 км/с.

Чтобы камера не прогорала, конструкцией предусмотрено охлаждение. Львиную долю теплового потока от раскалённого газа забирает керосин, циркулирующий между двойными стенками камеры. Для защиты внутренней поверхности сопла, дополнительно предусмотрено завесное охлаждение. В форсуночной головке (фото №3) по периферии установлены однокомпонентные форсунки (под номером 9). Через них в камеру подаётся керосин. Часть его смешивается с кислородом и сгорает, но часть попадает на стенку и создаёт жидкостную плёнку. Плёнка испаряется и поглощает часть тепла, создавая защитный барьер, препятствующий теплопередаче стенкам сопла. Этот пристеночный слой работает как тепловой и химический щит: испаряясь, он поглощает пиковый жар ядра и не подпускает агрессивный кислород к металлу. В результате керосин сгорает не полностью: часть его от высокой температуры окружающих газов разлагается на более простые углеводороды и чистый углерод (сажу). Этот поток течёт вдоль стенки камеры и, увлекаясь остальными газами, выбрасывается наружу.

На самом срезе сопла температура вылетающих газов всё ещё достигает 1700 °С. Из-за колоссальной скорости реактивная струя захватывает и увлекает за собой окружающий воздух — при контакте с атмосферным кислородом раскалённые пары газов и сажа ярко вспыхивают. Именно поэтому те яркие языки пламени, которые мы видим на фотографиях — это вовсе не основной выхлоп двигателя, а догорающая во внешней атмосфере пристеночная завеса. Обратите внимание на фото №4, на срезе сопла отчётливо видны «тёмные пятна» — это несгоревшая сажа, которая ещё не успела разгореться.

Но что же с огненными кольцами?

На срезе сопла перерасширенный газ сталкивается с атмосферным давлением в 1 атм. Оно обжимает поток со всех сторон, сужая его и повышая температуру и давление. Места этих сужений мы и видим на фотографиях как яркие жёлтые кольца, их называют диски или кольца Маха. Затем поток снова расширяется, и цикл повторяется, при этом часть энергии рассеивается, из-за чего кольца становятся меньше и тусклее, пока совсем не пропадают.


Станции. Создание первого советского долговременного форпоста "Салют" [1] на околоземной орбите с каждым новым свидетельством обрастает всё более интересными подробностями.

К примеру, космонавт и бауманец Елисеев [2] рассказывает, что кооперация, также именуемая «пиратским набегом на мой остров», возникшая между Подлипками (ЦКБЭМ, бывш ОКБ-1 академика Королева, во время уже руководилось академиком Мишиным [3]) и Реутовым (ЦКБМ академика Челомея [4], чье образное выражение цитируется, бывш ОКБ-52) в ходе создания станции, была вызвана технологической отсталостью первых.

"Идею создания станции на базе орбитального модуля Челомея первым высказал Феоктистов. На нашем заводе не изготавливались крупногабаритные космические аппараты, и он предложил использовать корпус аппарата, созданный в организации Челомея, и разработать для него бортовые системы силами нашей кооперации. Предложение было представлено министру общего машиностроения Афанасьеву [5]. Тот оказался в очень трудном положении. С одной стороны, он понимал, что наша кооперация обладает большим опытом и сможет создать станцию быстрее. С другой стороны, было очевидно, что при таком решении решении Челомей лишится надежды стать лидером на новом этапе космических работ и будет категорически возражать. О дружеском сотрудничестве Мишина с Челомеем речи быть не могло. В то время между руководителями крупных оборонных предприятий была сильнейшая конкуренция за получение приоритета у руководства страны. Приоритета во всем: в деньгах, в создании кооперации, в наградах для организации и так далее. Каждый главный конструктор имел своих покровителей в Центральном Комитете. Для министра вступить в конфликт с главным конструктором означало испортить отношения с кем-то на самом верху. Это было рискованно. После долгих раздумий Афанасьев решил принять наше предложение. Он вел очень сложные переговоры с Челомеем и с руководством страны и в конце концов добился решения вопроса в нашу пользу", пишет космонавт Алексей Елисеев в своей книге «Жизнь - капля в море».

Вообще надо заметить, что во времена СССР космическим министрам и главным конструкторам приходилось постоянно вертеться, чтобы не попасть в нежелаемый просак.

Фото из открытых источников.

Подпишись, чтобы быть в курсе - "Такого еще не бывало!"

#салют #елисеев #мвту #мишин #челомей #афанасьев


Репост из: Популярная космонавтика
Видео недоступно для предпросмотра
Смотреть в Telegram
Лебединая песня Гагаринского старта.

25 сентября 2019 года в 16:57 МСК с СК17П32-5 космодрома Байконур состоялся пуск ракеты Союз-ФГ (11А511У-ФГ) с ТПК "Союз МС-15" с экипажем в составе:
Олег Скрипочка (Россия)
Джессика Меир (США)
Хаззаа Аль-Мансури (ОАЭ).

Очередной запуск по обеспечению пилотируемой программы МКС стал историческим: это был последний пуск "аналоговой" ракеты "Союз" с Гагаринского старта.

Мы, по традиции, называли его крайним, так как далее по плану стояла реконструкция стартового комплекса под новую ракету Союз-2.
Ещё задолго до этого пуска было проведено макетирование объекта, мы с воодушевлением искали места по тесным пультовым, где будет размещаться новое оборудование.

И вот на построении после пуска было немножко грустно, так как уходила целая эпоха. Но в тоже время была надежда, что стартовый комплекс продолжит свою эксплуатацию, ведь "заграница нам поможет".

А дальше Гагаринский старт был переведён в режим хранения, потом законсервирован, на его территории был проведен концерт (шикарный концерт, посмотрите, кто ещё не видел) и ожидание закончилось новостью: стартовый комплекс выведен из эксплуатации и передаётся в ведение республики Казахстан.

Пуск, состоявшийся 25 сентября, в итоге стал последним...

В настоящее время Гагаринский старт, как музейный объект, принимает туристов.
Пусть не как действующая стартовая площадка, хотя бы как музей эта уникальная площадка будет сохраняться долгие годы, ведь именно "Здесь гением советского человека начался дерзновенный штурм космоса."

Видео мое.

#союз #история



Показано 10 последних публикаций.