#зарисовки #геншин #каелюки
Это был солнечный день, в который мальчики решили прогулять тренировку по фехтованию. Им намного более интересно просто играть и беситься, нежели пересказывать тренеру правила владения мечом. Сейчас они лежали на траве, после того как искупались в озере около Винокурни. Им было весело. Факт того, что они вместе, уже делал их счастливыми.
— Какие цветы ты любишь? — отходя от смеха спросил юноша, лежавший на зеленой траве, смотря слегка прищуренным глазом на своего лучшего друга, сидящего рядом.
— Не знаю. Но мне нравится наблюдать за травой-светяшкой. Она такая отстраненная, да и для людей полезная. — с долей некой грусти произнёс Рангвидир младший. Он наслаждался этим моментом, искренне радуясь, что он сейчас здесь, а рядом с ним его единственный друг. Без разницы что они делают и о чем говорят. Это — второстепенное.
— Эх, не смыслишь ты в романтике, Люк! Не думаю, что если ты подаришь девушке букет этих фонариков недоделанных, то она будет рада. Скорее наоборот, как мне кажется. — он много говорил, говорил всё, что только придет на ум. Ему нравится так проводить время. Просто лежать рядом и болтать. Ведь так поступают друзья?
***
— Мастер Дилюк, Вы снова не в настроении? Я Ваш постоянный клиент, проявите хоть каплю уважения. — он говорил это сквозь силу, слова вырывались сами по себе. Он не хочет делать больно этому человеку. Это звучит как бред, но он сам себя не контролирует. В горле ком, легкие как будто царапаются изнутри. Может быть он простудился?
— Сэр Кэйа, будьте добры покинуть Долю ангелов. Я не буду обслуживать Вас в рабочее время, прошу, на выход. Желательно не возвращайтесь. — Как-то отстраненно, желая прекратить сей диалог, протараторил Рангвидр. У него не было желания тягаться с капитаном сейчас, да и никогда его и не было, с того самого дня.
— Как Вы жестоки. — перед уходом бросил Альберих. Правда, Дилюк не услышал эти слова. Но, Кэйа уже не узнает этого. Его мысли были лишь о том, как бы быстрее выйти и прокашляться, ведь в горле застрял ужасный ком, который мешал говорить. Выйдя на улицу с громким хлопком двери, парень быстро свернул за дальний угол, чтобы его никто не увидел. У него начался сильный приступ кашля, глаза стали слезиться, воздуха стало не хватать. Наконец, когда всё это кончилось, он быстро вышел с этой подворотни, пока никто ничего не заметил. Радовало то, что ком в горле пропал, капитан кавалерии мог хотя бы говорить. Это нечто, мешающее говорить, появилось сразу, как в голове промелькнула идея выпить вина. Кэйа правда не знал, что сегодня смена его сводного брата. Если бы знал, то не стал бы пересекаться с ним лишний раз, ибо их встречи ничем хорошим не заканчиваются. Они перестали общаться уже как четыре года. Их отношения уже давно не так сказочны и нерушимы как были до того дождливого дня, когда вскрылась истина. Дня, когда все было испорчено. Дня, о котором капитан жалеет до сих пор. Он хочет стереть его из памяти. Хотя бы из памяти Рангвидра.
***
— Мастер Дилюк, у Вас сегодня день рождения, так вот, этот букет Вам! — протягивая синие цветы, с лживой улыбкой пробормотал капитан. Его голос стал хриплым, состояние плачевным. Барбара ничего не говорит и помочь не может. Постоянная усталость и частые приступы кашля, которые заканчивались кровавыми выделениями. Для этого он носил платки, но постепенно их начинает не хватать. Ежедневно Альберих приносит минимум пять окровавленных платков, и это явно не норма. Джин говорит, что ему стоит меньше работать. Мол, отдохнет и полегчает. Но он же видит, видит, что причина не в этом. Кэйа явно не из тех, кто болел бы из-за усталости, это явно что-то серьезней.
— Сэр Кэйа, Вы могли не утруждать себя этим. Спасибо за цветы, но лучшим подарком было бы полное отсутствие Ваших шуток, проколов и Вас в моей жизни в целом. — холодно и отстраненно, словно отрезал, произнес именинник.
— Удачи Вам тогда, Мастер Дилюк. — Тихо, словно и вовсе не своим голосом, сказал Кэйа.
