КАК «ДУБЛЬ-ВЭ» ШАПКАМИ ЗАКИДАЛИ
2 января 1936 года в гости к советской делегации заглянул английский тренер «Расинга» — Джордж «Сид» Кимптон.
Футболист «Динамо» Михаил Якушин в своих мемуарах «Вечная тайна футбола»:
Впрочем, как отмечает сам Якушин, тогда советские футболисты к словам Кимптона не прислушались:
И такая реакция, как потом сетовал футболист, была ошибочной.
Якушин считает, что всему виной неискушенность футболистов в вопросах общекомандной тактики: «Чье же дело мыслить в масштабах всей команды? Тренера, конечно. А людей этой профессии у нас в то время по пальцам одной руки можно было перечесть. Вывод ясен: отсутствие постоянного тренерского руководства командами заметно тормозило дальнейшее развитие нашего футбола».
Еще одной из причин Якушин называет то, что «нашу команду после матча с «Рэсингом» подняли на щит», — то есть игрокам вскружило головы от лестных отзывов об их игре, и это способствовало шапкозакидательским настроениям. «Разве из-за «системы» мы проиграли? Да чуточку бы повезло, мы бы этот «Рэсинг» с его «дубль-ве» одолели без звука! Значит, все дело не в системах, а в игре и в игроках».
Впрочем, не все махнули на слова Кимптона рукой. Среди слушающих присутствовал и Константин Квашнин, который в скором времени и станет одним из пионеров тактики «дубль-вэ» в советском футболе.
***
Из мемуаров Михаила Якушина:
2 января 1936 года в гости к советской делегации заглянул английский тренер «Расинга» — Джордж «Сид» Кимптон.
Футболист «Динамо» Михаил Якушин в своих мемуарах «Вечная тайна футбола»:
«На следующий день после матча к нам в гостиницу приехал тренер «Рэсинга» Кемптон и прочел лекцию о системе «дубль-ве».
На его взгляд, основным признаком «дубль-ве» было не расположение нападающих, а построение обороны. Вот почему сами англичане поначалу свою систему называли «системой третьего защитника». Кемптон решительно не соглашался с теми, кто представлял «дубль-ве» как защитную систему, резонно замечая, что атакующий или оборонный характер системы определяется вовсе не тем, сколько нападающих выдвинуто вперед. По его словам, при «дубль-ве» наиболее гибкой, маневренной частью команды, ее своеобразным «мозговым центром» становилась четверка игроков – два полузащитника и два полусредних.
Английский тренер уверенно заявлял, что «дубль-ве» означает переход футбола на новую, высшую ступень. Более растянутая вдоль поля в сравнении с «пять в линию» расстановка игроков меняет характер всей игры, делает ее более быстрой и маневренной, утверждал он».
Впрочем, как отмечает сам Якушин, тогда советские футболисты к словам Кимптона не прислушались:
«Наше мнение относительно тактики игры нападающих не совпало, мы считали более полезной игру целой пятерки, при которой несколько оттягивается один из полусредних игроков – в зависимости от комбинации».
И такая реакция, как потом сетовал футболист, была ошибочной.
Якушин считает, что всему виной неискушенность футболистов в вопросах общекомандной тактики: «Чье же дело мыслить в масштабах всей команды? Тренера, конечно. А людей этой профессии у нас в то время по пальцам одной руки можно было перечесть. Вывод ясен: отсутствие постоянного тренерского руководства командами заметно тормозило дальнейшее развитие нашего футбола».
Еще одной из причин Якушин называет то, что «нашу команду после матча с «Рэсингом» подняли на щит», — то есть игрокам вскружило головы от лестных отзывов об их игре, и это способствовало шапкозакидательским настроениям. «Разве из-за «системы» мы проиграли? Да чуточку бы повезло, мы бы этот «Рэсинг» с его «дубль-ве» одолели без звука! Значит, все дело не в системах, а в игре и в игроках».
Впрочем, не все махнули на слова Кимптона рукой. Среди слушающих присутствовал и Константин Квашнин, который в скором времени и станет одним из пионеров тактики «дубль-вэ» в советском футболе.
***
Из мемуаров Михаила Якушина:
«Помню, Кэмптон на встрече с нами все расхваливал «Арсенал», называя его лучшей командой мира. Тогда ему задали вопрос: «А мог бы кто-нибудь из сборной Москвы сыграть за „Арсенал“?» Кэмптон окинул взглядом зал, остановил его на мне и сказал: «Вот этот высокий блондин».