СЕРДЦЕ МАРШАЛА ПИЛЬСУДСКАГО
📰 Рубрика «Хроники мира» из журнала русской эмиграции в Париже «Иллюстрированная Россия» (стр.5 №23 от 30.05.1936):
Юзеф Пилсудский — личность в истории Польши знаковая. Да чего уж там — в общем-то, одна из определяющих. Относиться к его персоне можно по-разному: с уважением или неприязнью, восхищением или ненавистью (с возможностью комбинирования тональностей) — в зависимости от личных предпочтений, или же с попыткой сухого научно-исторического расчета.
Но точно стоит признать, что той цели, которую Пилсудский ставил перед собою на протяжении большей части собственной жизни — реализации идеи независимой Польши — он достичь смог (опять же, далеко не в одиночку, экзальтированных поляков-патриотов хватало, но Юзеф среди них уж точно был в авангарде).
Хотя на момент начала подпольно-политического пути Пилсудского субъектность польского государства была разделена между тремя сильными империями, что сводило задачи по восстановлению независимости такового если не в плоскость фантастики, то уж точно полнейшей авантюры. К слову о том, как стремительно порою в мире могут меняться условия для политического действия.
В какой-то период Пилсудский вообще начал продвигать монструозный проект Междуморья, однако момент отрезвления пришел по итогам и в ходе советско-польской войны 1919-1921 гг. (впрочем, и в условиях мирной жизни противников у этой затеи было предостаточно, даже в самой Польше).
Пришлось ограничиться «Чудом на Висле». Кстати, изначально этот термин был издевкой в адрес Пилсудского и его сторонников, которые заигрались в свое Междуморье и чуть не отдали Польшу в распростертые объятия Советской России (и жертвами поляков назвать тут было бы сложновато). Но с годами вся эта история стала частью мифа — и национального для польского государства, и культа личности для маршала. К слову о том, как со временем история может если и не переписываться, то уж точно видоизменяться в аспекте расстановки акцентов, в зависимости от текущей конъюнктуры.
В 1923 году Пилсудский оставил политику. Оказалось, что ненадолго. В 1926 году в Польше произошел так называемый Майский переворот, по итогам которого вся полнота властных полномочий постепенно перешла к маршалу и его сторонникам. Своеобразным аналогом «партии власти» стал Беспартийный блок сотрудничества с правительством (Bezpartyjny Blok Współpracy z Rządem, BBWR), организованный по инициативе сверху; президентом, после отказа от этого поста самого Пилсудского, был избран его протеже — Игнаций Мосцицкий.
Таким образом в Польше установился авторитарный режим, который получил известность под названием «Санация» (Sanacja, «оздоровление» или даже «исцеление»). Де-юре Пилсудский большую часть времени не руководил правительством, не был руководителем государства, но как и всегда, тут важно, что было де-факто. Кстати, Санация опиралась в том числе на армию, а вот там маршал был главным, и вполне себе официально.
В рамках нового режима установился культ личности Пилсудского. Маршал стал блестящим полководцем, выдающимся стратегом и политическим провидцем. Его роль в совместных достижениях по установлению и развитию новой польской государственности всячески выпячивалась вперед (с задвиганием на второй план заслуг иных лиц, конечно же).
Особо рьяные политические оппоненты, вроде коммунистов и националистов разных мастей (и не только), вообще отправились в концлагерь. Были и показательные судебные процессы, и «пацификация» национальных меньшинств. В общем, классика жанра.
📸 Фото взято из журнала «Иллюстрированная Россия» (там же).
📰 Рубрика «Хроники мира» из журнала русской эмиграции в Париже «Иллюстрированная Россия» (стр.5 №23 от 30.05.1936):
«На дняхъ в Вильнѣ, на кладбищѣ Росси, состоялась церемонiя преданiя землѣ сердца маршала Пильдсудскаго. На церемонiи присутствовали представители польскаго правительства, армiи, многочисленныя делегацiи и множество народа».
Юзеф Пилсудский — личность в истории Польши знаковая. Да чего уж там — в общем-то, одна из определяющих. Относиться к его персоне можно по-разному: с уважением или неприязнью, восхищением или ненавистью (с возможностью комбинирования тональностей) — в зависимости от личных предпочтений, или же с попыткой сухого научно-исторического расчета.
Но точно стоит признать, что той цели, которую Пилсудский ставил перед собою на протяжении большей части собственной жизни — реализации идеи независимой Польши — он достичь смог (опять же, далеко не в одиночку, экзальтированных поляков-патриотов хватало, но Юзеф среди них уж точно был в авангарде).
Хотя на момент начала подпольно-политического пути Пилсудского субъектность польского государства была разделена между тремя сильными империями, что сводило задачи по восстановлению независимости такового если не в плоскость фантастики, то уж точно полнейшей авантюры. К слову о том, как стремительно порою в мире могут меняться условия для политического действия.
В какой-то период Пилсудский вообще начал продвигать монструозный проект Междуморья, однако момент отрезвления пришел по итогам и в ходе советско-польской войны 1919-1921 гг. (впрочем, и в условиях мирной жизни противников у этой затеи было предостаточно, даже в самой Польше).
Пришлось ограничиться «Чудом на Висле». Кстати, изначально этот термин был издевкой в адрес Пилсудского и его сторонников, которые заигрались в свое Междуморье и чуть не отдали Польшу в распростертые объятия Советской России (и жертвами поляков назвать тут было бы сложновато). Но с годами вся эта история стала частью мифа — и национального для польского государства, и культа личности для маршала. К слову о том, как со временем история может если и не переписываться, то уж точно видоизменяться в аспекте расстановки акцентов, в зависимости от текущей конъюнктуры.
В 1923 году Пилсудский оставил политику. Оказалось, что ненадолго. В 1926 году в Польше произошел так называемый Майский переворот, по итогам которого вся полнота властных полномочий постепенно перешла к маршалу и его сторонникам. Своеобразным аналогом «партии власти» стал Беспартийный блок сотрудничества с правительством (Bezpartyjny Blok Współpracy z Rządem, BBWR), организованный по инициативе сверху; президентом, после отказа от этого поста самого Пилсудского, был избран его протеже — Игнаций Мосцицкий.
Таким образом в Польше установился авторитарный режим, который получил известность под названием «Санация» (Sanacja, «оздоровление» или даже «исцеление»). Де-юре Пилсудский большую часть времени не руководил правительством, не был руководителем государства, но как и всегда, тут важно, что было де-факто. Кстати, Санация опиралась в том числе на армию, а вот там маршал был главным, и вполне себе официально.
В рамках нового режима установился культ личности Пилсудского. Маршал стал блестящим полководцем, выдающимся стратегом и политическим провидцем. Его роль в совместных достижениях по установлению и развитию новой польской государственности всячески выпячивалась вперед (с задвиганием на второй план заслуг иных лиц, конечно же).
Особо рьяные политические оппоненты, вроде коммунистов и националистов разных мастей (и не только), вообще отправились в концлагерь. Были и показательные судебные процессы, и «пацификация» национальных меньшинств. В общем, классика жанра.
📸 Фото взято из журнала «Иллюстрированная Россия» (там же).