О правопреемстве
В отставку ушёл судья Конституционного суда Константин Арановский, которого запомнят отнюдь не тем, что он учился в аспирантуре с Медведевым, а тем, что в декабре 2019 г. в своём «особом мнении» он охарактеризовал СССР как «незаконно созданное государство» в противовес «законной власти Учредительного собрания». Российская Федерация в трактовке Арановского «не продолжает собою в праве, а заменяет на своей территории государство, незаконно однажды созданное, что и обязывает её считаться с последствиями его деятельности». То есть Арановский прямо оппонировал официальной концепции, будто РФ является универсальной правопреемницей СССР. Правовые обязательства и членство России в международных организациях, достававшиеся от Союза, бывший судья Конституционного суда предлагал считать элементами частичного, а не универсального правопреемства.
Итак, если в рамках мысленного эксперимента попытаться поразмышлять, когда закончилась «легальная государственность» в «старой России», к какой исторической дате мы придём?
Я не буду исходить из конспирологии, будто «отречения Николая II не было». Эта статья убедительно доказывает, что отречение Николая II за себя и своего сына 2 марта 1917 г. было полностью законным. Таким же легальным представляется «отказ от восприятия верховной власти» со стороны Михаила II 3 марта, в котором последний российский император передавал власть Временному правительству вплоть до созыва Учредительного собрания. Таким образом, в марте 1917 г. никакого «разрыва» с прежней государственностью не произошло.
Временное правительство продолжало легально реализовывать свой мандат вплоть до созыва Учредительного собрания, и большевистский переворот 25 октября здесь ничего не поменял – первый Совет народных комиссаров был таким же «Временным правительством», как и то, которое он сверг.
Разрыв «законности» произошёл лишь 6 января 1918 г., когда большевики силой разогнали Учредительное собрание. Таким образом, Российская Демократическая Федеративная республика, провозглашённая Учредительным собранием на своём единственном заседании, может считаться последней легальной и непрерывной государственной формой «исторической России».
Впрочем, можно вспомнить и о прерывных формах «легальной государственности». Речь идёт о Российском государстве, созданном в Уфе 23 сентября 1918 г., чьё Временное Всероссийское правительство черпало свою легальность от Учредительного собрания и ставило своей целью заново его созвать. Концом ненадолго восстановленной «законности» можно считать 18 ноября, когда в Российском государстве произошёл военный переворот, связь с прежним Учредительным собранием была разорвана, а к власти как Верховный правитель пришёл адмирал Колчак.
Впрочем, институты Российского государства были сохранены, поэтому вопрос, насколько власть Колчака была «законной», можно оставить дискуссионным. Это же касается и оформленной в январе 1920 г. передачи верховной власти от Колчака к Деникину. Если считать Деникина «законным правителем», то таковым представляется и его преемник на посту Главнокомандующего вооружёнными силами Юга России с апреля барон Врангель. После эвакуации из Крыма в ноябре, в Константинополе, а позже в Югославии была предпринята попытка создать русское правительство в изгнании, так называемый Русский совет, во главе с Врангелем. Он существовал с апреля 1921 по сентябрь 1922 гг., пока не был распущен в силу политической бесперспективности. На этом, пожалуй, даже такая натянутая на глобус прерывистая «законность» от «исторической России» завершилась.
Понятно, что реставрация «старой» российской государственности невозможна по объективным причинам. Остаётся лишь возможность реконструкции, о чём и писал в своём «особом мнении» Арановский:
«Российское государство учреждено не в продолжение коммунистической власти, а в реконструкции суверенной государственности с ее возрождением на конституционных началах; оно воссоздано против тоталитарного режима и вместо него, чтобы впредь в самих основах пресечь амбициозное насильственное беззаконие с попранием свободы и достоинства людей».
В отставку ушёл судья Конституционного суда Константин Арановский, которого запомнят отнюдь не тем, что он учился в аспирантуре с Медведевым, а тем, что в декабре 2019 г. в своём «особом мнении» он охарактеризовал СССР как «незаконно созданное государство» в противовес «законной власти Учредительного собрания». Российская Федерация в трактовке Арановского «не продолжает собою в праве, а заменяет на своей территории государство, незаконно однажды созданное, что и обязывает её считаться с последствиями его деятельности». То есть Арановский прямо оппонировал официальной концепции, будто РФ является универсальной правопреемницей СССР. Правовые обязательства и членство России в международных организациях, достававшиеся от Союза, бывший судья Конституционного суда предлагал считать элементами частичного, а не универсального правопреемства.
Итак, если в рамках мысленного эксперимента попытаться поразмышлять, когда закончилась «легальная государственность» в «старой России», к какой исторической дате мы придём?
Я не буду исходить из конспирологии, будто «отречения Николая II не было». Эта статья убедительно доказывает, что отречение Николая II за себя и своего сына 2 марта 1917 г. было полностью законным. Таким же легальным представляется «отказ от восприятия верховной власти» со стороны Михаила II 3 марта, в котором последний российский император передавал власть Временному правительству вплоть до созыва Учредительного собрания. Таким образом, в марте 1917 г. никакого «разрыва» с прежней государственностью не произошло.
Временное правительство продолжало легально реализовывать свой мандат вплоть до созыва Учредительного собрания, и большевистский переворот 25 октября здесь ничего не поменял – первый Совет народных комиссаров был таким же «Временным правительством», как и то, которое он сверг.
Разрыв «законности» произошёл лишь 6 января 1918 г., когда большевики силой разогнали Учредительное собрание. Таким образом, Российская Демократическая Федеративная республика, провозглашённая Учредительным собранием на своём единственном заседании, может считаться последней легальной и непрерывной государственной формой «исторической России».
Впрочем, можно вспомнить и о прерывных формах «легальной государственности». Речь идёт о Российском государстве, созданном в Уфе 23 сентября 1918 г., чьё Временное Всероссийское правительство черпало свою легальность от Учредительного собрания и ставило своей целью заново его созвать. Концом ненадолго восстановленной «законности» можно считать 18 ноября, когда в Российском государстве произошёл военный переворот, связь с прежним Учредительным собранием была разорвана, а к власти как Верховный правитель пришёл адмирал Колчак.
Впрочем, институты Российского государства были сохранены, поэтому вопрос, насколько власть Колчака была «законной», можно оставить дискуссионным. Это же касается и оформленной в январе 1920 г. передачи верховной власти от Колчака к Деникину. Если считать Деникина «законным правителем», то таковым представляется и его преемник на посту Главнокомандующего вооружёнными силами Юга России с апреля барон Врангель. После эвакуации из Крыма в ноябре, в Константинополе, а позже в Югославии была предпринята попытка создать русское правительство в изгнании, так называемый Русский совет, во главе с Врангелем. Он существовал с апреля 1921 по сентябрь 1922 гг., пока не был распущен в силу политической бесперспективности. На этом, пожалуй, даже такая натянутая на глобус прерывистая «законность» от «исторической России» завершилась.
Понятно, что реставрация «старой» российской государственности невозможна по объективным причинам. Остаётся лишь возможность реконструкции, о чём и писал в своём «особом мнении» Арановский:
«Российское государство учреждено не в продолжение коммунистической власти, а в реконструкции суверенной государственности с ее возрождением на конституционных началах; оно воссоздано против тоталитарного режима и вместо него, чтобы впредь в самих основах пресечь амбициозное насильственное беззаконие с попранием свободы и достоинства людей».