О воссоединении Германии
3 октября 1990 г. Германская Демократическая республика прекратила существование и вошла в состав Федеративной республики Германия. Это нельзя назвать «аннексией», потому что процесс не был насильственным и опирался на международно-признанные договоры. Но и «объединением» события 1990 г. тоже назвать нельзя, так как «объединение» подразумевает создание новой сущности из вошедших в неё элементов (как, например, произошло с Германской империей в 1871 г.), тогда как в 1990 г. ничего нового не возникло – просто ФРГ поглотила ГДР. Поэтому ограничимся термином «воссоединение».
Вообще воссоединение Германии, причём в границах 1937 г., было конституционной целью ФРГ с самого её основания в 1949 г. Об этом прямо было записано в 23-й статье Основного закона. На протяжении 20 лет христианско-демократические власти ФРГ ничего и слышать не хотели ни о какой «ГДР» или о суверенитете Польши и СССР над бывшими немецкими восточными территориями. В начале 1970-х гг. к власти пришли социал-демократы, и политический курс изменился. ФРГ признала отдельную восточногерманскую государственность и послевоенные границы, хотя конституционная цель по воссоединению никуда не делась, просто её стали трактовать через постепенное взаимное сближение двух субъектов.
В итоге в 1980-х гг. сложилась парадоксальная ситуация. ГДР из-за кризиса государственной социалистической экономики оказалась по уши в долгах и оставалась на плаву во многом благодаря поддержке западногерманских капиталистов. Но одновременно потепление отношений означало «нормализацию» 40-летнего раскола, то есть на Западе ГДР всё больше воспринимали в качестве отдельного субъекта. Знаковым стал 1987 г. Сначала социал-демократы – главная оппозиционная партия на тот момент – официально заявили, что больше не будут стремиться к воссоединению страны. Вскоре генсек СЕПГ и председатель Госсовета ГДР Эрих Хонеккер совершил государственный визит в ФРГ, во время которого федеральный канцлер от христианских демократов Гельмут Коль встречал гостя как полноценного лидера отдельного суверенного государства.
Весной 1989 г. по заказу журнала «Spiegel» был проведён опрос, который показал, что большинству западногерманской молодёжи уже неинтересно никакое воссоединение, а тем более возвращение к имперским границам 1937 г. Какие-то надежды на национальное единство ещё питало в основном старшее поколение.
Массовые протесты в ГДР осенью 1989 г., падение Берлинской стены и крах авторитарного режима застали западногерманских политиков врасплох. Впрочем, нужно отдать должное Колю, который быстро спохватился и начал вести дело к воссоединению.
Ключевым событием стали мартовские выборы 1990 г. в парламент ГДР – первые и единственные честные и свободные в истории этой страны. Перед выборами все ждали победы социал-демократов. Казалось, что их левоцентристская программа с упором на социальную рыночную экономику должна зайти восточным немцам. Но социал-демократы так и не сказали ничего внятного по поводу национального единства и, как считается, тем самым завалили свою кампанию. В итоге они набрали всего 22%, тогда как правоцентристы из «Альянса за Германию», которые топили за скорейшее воссоединение и рыночек, получил аж 48%. Третье место с 16,5% заняли «совки» из Партии демократического социализма – наследники СЕПГ. Правые либералы из Союза свободных демократов получили чуть больше 5%. Восточногерманские леволиберальные диссиденты с лозунгами про сохранение независимой ГДР и «социализм с человеческим лицом», полностью провалились, набрав 3%.
По итогам выборов было создано коалиционное правительство с недвусмысленным мандатом на подписание документов о скорейшем объединении, которое и произошло 3 октября.
По большому счёту воссоединение Германии в 1990 г. состоялось благодаря желанию «осси» жить «как на Западе» и политической воле канцлера Коля, тогда как значительному числу «весси» единая Германия была уже неинтересна. Вполне возможно, что рухни Восточный блок чуть позже или будь канцлером ФРГ другой человек, независимая ГДР могла остаться и в новой политической реальности.
3 октября 1990 г. Германская Демократическая республика прекратила существование и вошла в состав Федеративной республики Германия. Это нельзя назвать «аннексией», потому что процесс не был насильственным и опирался на международно-признанные договоры. Но и «объединением» события 1990 г. тоже назвать нельзя, так как «объединение» подразумевает создание новой сущности из вошедших в неё элементов (как, например, произошло с Германской империей в 1871 г.), тогда как в 1990 г. ничего нового не возникло – просто ФРГ поглотила ГДР. Поэтому ограничимся термином «воссоединение».
Вообще воссоединение Германии, причём в границах 1937 г., было конституционной целью ФРГ с самого её основания в 1949 г. Об этом прямо было записано в 23-й статье Основного закона. На протяжении 20 лет христианско-демократические власти ФРГ ничего и слышать не хотели ни о какой «ГДР» или о суверенитете Польши и СССР над бывшими немецкими восточными территориями. В начале 1970-х гг. к власти пришли социал-демократы, и политический курс изменился. ФРГ признала отдельную восточногерманскую государственность и послевоенные границы, хотя конституционная цель по воссоединению никуда не делась, просто её стали трактовать через постепенное взаимное сближение двух субъектов.
В итоге в 1980-х гг. сложилась парадоксальная ситуация. ГДР из-за кризиса государственной социалистической экономики оказалась по уши в долгах и оставалась на плаву во многом благодаря поддержке западногерманских капиталистов. Но одновременно потепление отношений означало «нормализацию» 40-летнего раскола, то есть на Западе ГДР всё больше воспринимали в качестве отдельного субъекта. Знаковым стал 1987 г. Сначала социал-демократы – главная оппозиционная партия на тот момент – официально заявили, что больше не будут стремиться к воссоединению страны. Вскоре генсек СЕПГ и председатель Госсовета ГДР Эрих Хонеккер совершил государственный визит в ФРГ, во время которого федеральный канцлер от христианских демократов Гельмут Коль встречал гостя как полноценного лидера отдельного суверенного государства.
Весной 1989 г. по заказу журнала «Spiegel» был проведён опрос, который показал, что большинству западногерманской молодёжи уже неинтересно никакое воссоединение, а тем более возвращение к имперским границам 1937 г. Какие-то надежды на национальное единство ещё питало в основном старшее поколение.
Массовые протесты в ГДР осенью 1989 г., падение Берлинской стены и крах авторитарного режима застали западногерманских политиков врасплох. Впрочем, нужно отдать должное Колю, который быстро спохватился и начал вести дело к воссоединению.
Ключевым событием стали мартовские выборы 1990 г. в парламент ГДР – первые и единственные честные и свободные в истории этой страны. Перед выборами все ждали победы социал-демократов. Казалось, что их левоцентристская программа с упором на социальную рыночную экономику должна зайти восточным немцам. Но социал-демократы так и не сказали ничего внятного по поводу национального единства и, как считается, тем самым завалили свою кампанию. В итоге они набрали всего 22%, тогда как правоцентристы из «Альянса за Германию», которые топили за скорейшее воссоединение и рыночек, получил аж 48%. Третье место с 16,5% заняли «совки» из Партии демократического социализма – наследники СЕПГ. Правые либералы из Союза свободных демократов получили чуть больше 5%. Восточногерманские леволиберальные диссиденты с лозунгами про сохранение независимой ГДР и «социализм с человеческим лицом», полностью провалились, набрав 3%.
По итогам выборов было создано коалиционное правительство с недвусмысленным мандатом на подписание документов о скорейшем объединении, которое и произошло 3 октября.
По большому счёту воссоединение Германии в 1990 г. состоялось благодаря желанию «осси» жить «как на Западе» и политической воле канцлера Коля, тогда как значительному числу «весси» единая Германия была уже неинтересна. Вполне возможно, что рухни Восточный блок чуть позже или будь канцлером ФРГ другой человек, независимая ГДР могла остаться и в новой политической реальности.