В небольшой промежуток времени в одну из организаций обратилось сразу несколько человек с довольно разными историями, в которых было одно сходство: это было про конверсионную терапию. Словосочетание это, однако, не использовалось и не воспринималось в России серьезно за
отсутствием информированности среди нас же о том, как, с кем и как часто это происходит..
Сначала решили попробовать добиться мер за принуждение людей к лечению лишением свободы (что на месяц, что на 20 - разница?) по закону, на что было получено сопротивление органов, СК, а ряд других нюансов (вроде игнорирования случаев институтом Сербского) показали, что защищать права уже после нарушения невозможно.
Разные люди обращались в разные *-организации. Но в отсутствие понимания проблемы или даже предвзятое к ней отношение, о теме конверсионки серьезно не говорят до сих пор. Пример:
«Если Минздрав примет этот вариант клинических рекомендаций, это будет означать, что конверсионная терапия будет официально признана в качестве одного из методов лечения гендерной дисфории», — комментирует исследователь трансгендерности Яна Кирей-Ситникова.
Всё это сводит практически происходящие кейсы с тем, что называется, спекуляции и предположения. Когда реальные люди сейчас попадают под лечение, некоторые лишь спекулируют на теме. "Насколько же реалистична массовая конверсионка!?". Зачем кому-то массовая?
Жертвами конверсионки часто становятся те, кто попал в ситуацию, где он не выбирает, куда идти. Это отличие, которое часто непонятно пишущим про "принудительную конверсионку". Она уже есть - так и устроена.
"Клинические рекомендации" с конверсионным соусом лишь отражают настроения врачей, психиатров, их направление мысли.
Какая сейчас цель? Поддерживать друг друга, репрезентация, солидарность. Что бы как минимум мы знали, что кроется за этим странным словосочетанием. Ведь речь идет не только о нарушении права человека, конституции, медицинских порядков (часто) и этики, но и о психологических травмах, насилии. Здесь есть психологическая глубина.
Истории конверсионки, связанные не с походами к гадалкам, а именно с "лечением" медработниками, случались в России давно, еще с 90-ых. Считались чем-то вроде "редких перегибов", о которых другим знать не обязательно. Сейчас ситуация иная, появились люди с системным подходом к "вопросу", и до кое-кого дотягиваются, я, остальные с чем-то похожим - это заметно.
Конверсионка различается. И случается по сей день и в США, и в Европейских странах, но изучение других стран по опыту тех, кто попал в эти истории там, лишь показывает: у нас просто своя специфика.
Статистики нет, это небольшой % сообщества, конечно же.
Изменением последнего времени стало то, что люди осознаннее, открытее, стали заявлять о себе, искать помощи и пытаться добиться правосудия в случаях конверсионки. Но в этом две стороны. Именно повышение осознанности и видимости спровоцировало некоторые отдельные случаи.
Интервью и рассказ от первого лица от разных персон - то, чем сейчас занимаюсь для канала инициативы, чтобы создать материал о том, как и что происходит.
Если интересно и вы хотите как-то участвовать. Если вы квир-персона и сталкивались с принудительным лечением любого характера или знаете таких - вы можете поделиться и помочь целям проекта. Контакт
@stop_conversion_bot.
