Оставлю здесь светлой памяти шведские бумажные кроны. Нет-нет, евро вводить в Швеции не собираются. Но наличные практически исчезли из оборота, умерли как класс. Я сначала долго искал обменный пункт (хотя иностранцев полнО в городе — преимущественно немцы, датчане и почему-то испанцы), а теперь не знаю, как их потратить — в кафе кассирша посмотрела на свою же валюту с некоторым ужасом: кэшлесс онли. А мне очень нравятся бумажные кроны, потому что на них изображены не короли (раньше они и были, но потом их «выселили») и не вояки, а люди искусства. Астрид Линдгрен, композитор и певец Эберт Таубе, Грета Гарбо, Ингмар Бергман и певица Биргит Нильссон. (На обороте у нее — Эресуннский мост, а за Бергманом — остров Форё, где он жил и покоится.) Только на самого большого достоинства купюре — все же политик, погибший в авиакатастрофе генсек объединенных наций Даг Хаммершельд. Тысячная и самая длинная, а по ширине все банкноты одинаковые. В ширину у шведов — равенство, в длину же — иерархия.
P.S. А как же Стриндберг? — спросят люди театра. И я спросил. Мне объяснили, что когда-то Август проглядывал водяным знаком на десяти кронах (сейчас такой бумажки вообще нет — это меньше, чем один евро), но на новую серию его не перенесли — уж слишком большим мизогином он был.
#sweden