Дорогие друзья!
Очень сильное и глубокое по своему нравственному содержанию завершение завтрашнего апостольского чтения — из Послания святого апостола Павла к Ефесянам (4:25–32).
Оно буквально пронизывает и будто пронзает своей глубиной и фундаментальным содержанием.
На первый взгляд здесь говорится о самых простых вещах: не лгать, не гневаться, не красть, трудиться, помогать нуждающимся, не произносить злых слов, не огорчать Духа Святого, быть добрыми, сострадательными и прощать друг друга.
Но если вслушаться внимательнее, мы увидим, что апостол говорит не просто о правилах поведения. Он говорит о том, каким должен стать сам человек.
Христианство не предлагает человеку лишь внешнюю нравственную дисциплину. Оно призывает к внутреннему преображению.
Поэтому ранее, в этом же послании апостол говорит: «отложить прежний образ жизни ветхого человека» и «облечься в нового человека, созданного по Богу» (Еф. 4:22–24).
И потому ложь здесь противопоставляется истине, гнев — миру, воровство — честному труду и милосердию, злое слово — слову, которое созидает. Это не случайный перечень добродетелей. За каждой из них стоит вопрос о том, каким духом живёт человек.
Можно внешне соблюдать множество нравственных правил и при этом оставаться внутренне далёким от Бога. Но подлинная христианская нравственность начинается там, где человек перестаёт жить только для себя.
Очень важно и то, как апостол говорит о гневе: «солнце да не зайдет во гневе вашем» (Еф. 4:26). Ведь гнев, которому человек позволяет поселиться в сердце, постепенно перестаёт быть просто чувством и становится состоянием души. Непрощённая обида превращается в внутреннюю стену между людьми, а иногда — и между человеком и Богом.
Поэтому апостол завершает этот отрывок словами, в которых, пожалуй, заключён весь его нравственный смысл: «Будьте друг ко другу добры, сострадательны, прощайте друг друга, как и Бог во Христе простил вас» (Еф. 4:32).
Вот где находится основание христианской нравственности.
Христианин прощает не потому, что зло перестало быть злом. И не потому, что ему всё равно. Он прощает потому, что сам живёт перед лицом Божия прощения.
Мы не можем по-настоящему понять христианскую нравственность, если отделим её от Христа. Вне Христа мораль может оставаться системой требований: что можно и чего нельзя. Во Христе нравственная жизнь становится ответом человека на Божию любовь.
И тогда заповедь перестаёт быть внешним ограничением. Она становится указанием пути к тому, каким человек призван быть по замыслу Божию.
Апостольское чтение напоминает нам простую, но чрезвычайно глубокую истину. Она в том, что вера, которая не касается нашей речи, наших мыслей, нашего отношения к людям, нашего умения прощать и любить, остаётся только словами.
Подлинная вера неизбежно становится жизнью. И именно по этой жизни — по тому, что происходит в человеческом сердце и проявляется в отношении к ближнему, — становится видно, насколько Евангелие действительно вошло в человека.
🍃🍃🍃🍃🍃🍃🍃🍃
💭| Я в МАХ 📲| Я в ВК
Очень сильное и глубокое по своему нравственному содержанию завершение завтрашнего апостольского чтения — из Послания святого апостола Павла к Ефесянам (4:25–32).
Оно буквально пронизывает и будто пронзает своей глубиной и фундаментальным содержанием.
На первый взгляд здесь говорится о самых простых вещах: не лгать, не гневаться, не красть, трудиться, помогать нуждающимся, не произносить злых слов, не огорчать Духа Святого, быть добрыми, сострадательными и прощать друг друга.
Но если вслушаться внимательнее, мы увидим, что апостол говорит не просто о правилах поведения. Он говорит о том, каким должен стать сам человек.
Христианство не предлагает человеку лишь внешнюю нравственную дисциплину. Оно призывает к внутреннему преображению.
Поэтому ранее, в этом же послании апостол говорит: «отложить прежний образ жизни ветхого человека» и «облечься в нового человека, созданного по Богу» (Еф. 4:22–24).
И потому ложь здесь противопоставляется истине, гнев — миру, воровство — честному труду и милосердию, злое слово — слову, которое созидает. Это не случайный перечень добродетелей. За каждой из них стоит вопрос о том, каким духом живёт человек.
Можно внешне соблюдать множество нравственных правил и при этом оставаться внутренне далёким от Бога. Но подлинная христианская нравственность начинается там, где человек перестаёт жить только для себя.
Очень важно и то, как апостол говорит о гневе: «солнце да не зайдет во гневе вашем» (Еф. 4:26). Ведь гнев, которому человек позволяет поселиться в сердце, постепенно перестаёт быть просто чувством и становится состоянием души. Непрощённая обида превращается в внутреннюю стену между людьми, а иногда — и между человеком и Богом.
Поэтому апостол завершает этот отрывок словами, в которых, пожалуй, заключён весь его нравственный смысл: «Будьте друг ко другу добры, сострадательны, прощайте друг друга, как и Бог во Христе простил вас» (Еф. 4:32).
Вот где находится основание христианской нравственности.
Христианин прощает не потому, что зло перестало быть злом. И не потому, что ему всё равно. Он прощает потому, что сам живёт перед лицом Божия прощения.
Мы не можем по-настоящему понять христианскую нравственность, если отделим её от Христа. Вне Христа мораль может оставаться системой требований: что можно и чего нельзя. Во Христе нравственная жизнь становится ответом человека на Божию любовь.
И тогда заповедь перестаёт быть внешним ограничением. Она становится указанием пути к тому, каким человек призван быть по замыслу Божию.
Апостольское чтение напоминает нам простую, но чрезвычайно глубокую истину. Она в том, что вера, которая не касается нашей речи, наших мыслей, нашего отношения к людям, нашего умения прощать и любить, остаётся только словами.
Подлинная вера неизбежно становится жизнью. И именно по этой жизни — по тому, что происходит в человеческом сердце и проявляется в отношении к ближнему, — становится видно, насколько Евангелие действительно вошло в человека.
🍃🍃🍃🍃🍃🍃🍃🍃
💭| Я в МАХ 📲| Я в ВК