Побывал на премьере пьесы Константина Симонова "Парень из нашего города". Это дипломный спектакль студентов Саратовской консерватории, который сейчас идет на сцене Театра юного зрителя.
Впечатления сложные.
Оставим за кадром неровную игру актеров. Кто-то из ребят уже де-факто профессионал (например, Лилия Матерова), кому-то еще предстоит долго работать над собой. В целом видно, что все старались. Это, как мне кажется, главное.
Несмотря на скупость финансирования, гармоничны декорации, и хорошо использована глубина сцены.
Пьеса эта у Симонова вторая, и он еще явно учится писать для театра. Поэтому много текста, мало движения. Это добавляет нагрузки на пока слабые плечи актеров.
Но Симонов - это все равно Симонов. И словом он владеет мастерски. Так вот у меня вопрос к режиссеру спектакля, Любви Баголей. Какой творческий опыт позволил вам обрезать Симонова и написать дичайшей отсебятины? Откуда столько уверенности в себе?
В оригинале пьеса заканчивается монологом главного героя, который известен даже тем, кто "Парня из нашего города" в глаза не видел.
Плохо. Ты сейчас о последней сопке думаешь, а я — о последнем фашисте. И думаю о нем давно, еще с Мадрида. Пройдет, может быть, много лет, и за много тысяч километров отсюда, в городе… в общем, в последнем фашистском городе поднимет этот последний фашист руки перед танком, на котором будет красное, именно красное знамя. И вылезет из танка танкист и усталой рукой вытрет с лица пот. Кто это будет? Кто вылезет? Ты? Или я? Или не ты и не я, а кто-то совсем другой? Всякие будут «если». Только победа будет без «если». Просто будет — и все. (Смотрит на часы.) Иди, Вано, и выводи свою роту, я замыкаю через пять минут.
Гулиашвили уходит.
(Бессознательным движением расстегивает пуговицу кожанки.)
Долгая пауза.
(Снова застегивает пуговицу.) А все-таки, кто же там вылезет из танка?
Пауза.
И все-таки, я вылезу. Я. Сам.
(Занавес)
Да, впереди тяжелый бой, но герой уходит в него с высоко поднятой головой. И ведет за собой остальных.
В фильме, вышедшем в 1942 году, концовка немного другая, но смысл тот же.
А что мы увидели на сцене ТЮЗа? Режиссер взяла и просто выкинула к известной матери финальную девятую картину. Целиком. Лишила пьесу кульминации.
Вместо девятой картины придуман слезливый эпизод, где главная героиня говорит - последнее письмо я получила от мужа в 1941 году. Его больше нет, но вместо него у меня есть Сашка. В это время на велосипеде подъезжает травести ростом с главную героиню и спрашивает - вернется ли папа? Героиня говорит, что папа всегда с тобой, Сашка.
Получилось классическое "За себя и за Сашку!"
Алё, дорогие творцы. Вы это зачем вообще? Чем вам не угодил оригинал? Вы чему молодежь учите? Симонову в Саратове и так досталось изрядно, так может быть хотя бы к его памяти и наследию отнестись с чуть большим уважением?
Нет ответа.
Я бы ребятам дипломы выдал, а вот у режиссера - забрал.