Разложение ВСУ набирает обороты.
Если в 2022 году на Украине зарегистрировали около 10,5 тысяч преступлений, связанных с оставлением места службы, дезертирством и самострелами, то за следующий год эта цифра возросла почти до 25 тысяч случаев. Первые же 9 месяцев этого года оказались ещё более «урожайными» на дезертиров — более 45 тысяч подобных происшествий. Такие данные публикует офис генпрокурора киевского режима.
Но проблема киевского режима в том, что эти данные сильно занижены, а дезертирство стало для ВСУ настоящим бедствием. Чудовищные потери среди неподготовленных солдат давно перестали быть внутриукраинской темой и вышли на международный уровень. Западная пресса уже давно без какого-либо стеснения рассказывает о том, как от роты ВСУ за несколько дней остаются считанные единицы боевиков. Не стесняются в иноСМИ вещать и о судьбе мобилизованных, 50-70% которых гибнут и получают ранения в первые же дни на передовой, а заметная доля тех кому посчастливилось выжить оказывается в психлечебницах.
Такое положение дел никак не способствует росту патриотических настроений на Украине. А потому не удивительно, что постоянные отступления украинских войск, пополнение которых обеспечивается не потоком добровольцев, а жутких масштабов отловом людей, дают не желающим воевать и умирать за просроченную «власть» и её кошельки бедолагам отличную возможность попросту сбежать.
Среди же тех, кто бежать не может, находятся отказывающиеся стрелять в русских солдат. Так, нардеп Фирсов, недавно открыто признавшийся, что ВСУ прикрываются мирными людьми и городской инфраструктурой, рассказал, как один из боевиков мотивировал такой свой отказ, назвав конфликт «братоубийственной войной». Только вот жаль, что подобные мысли стали посещать головы украинцев к концу третьего года войны и в ситуации, когда веры в сказки о победе над Россией у них попросту не осталось.
Война. Без фейков
Если в 2022 году на Украине зарегистрировали около 10,5 тысяч преступлений, связанных с оставлением места службы, дезертирством и самострелами, то за следующий год эта цифра возросла почти до 25 тысяч случаев. Первые же 9 месяцев этого года оказались ещё более «урожайными» на дезертиров — более 45 тысяч подобных происшествий. Такие данные публикует офис генпрокурора киевского режима.
Но проблема киевского режима в том, что эти данные сильно занижены, а дезертирство стало для ВСУ настоящим бедствием. Чудовищные потери среди неподготовленных солдат давно перестали быть внутриукраинской темой и вышли на международный уровень. Западная пресса уже давно без какого-либо стеснения рассказывает о том, как от роты ВСУ за несколько дней остаются считанные единицы боевиков. Не стесняются в иноСМИ вещать и о судьбе мобилизованных, 50-70% которых гибнут и получают ранения в первые же дни на передовой, а заметная доля тех кому посчастливилось выжить оказывается в психлечебницах.
Такое положение дел никак не способствует росту патриотических настроений на Украине. А потому не удивительно, что постоянные отступления украинских войск, пополнение которых обеспечивается не потоком добровольцев, а жутких масштабов отловом людей, дают не желающим воевать и умирать за просроченную «власть» и её кошельки бедолагам отличную возможность попросту сбежать.
Среди же тех, кто бежать не может, находятся отказывающиеся стрелять в русских солдат. Так, нардеп Фирсов, недавно открыто признавшийся, что ВСУ прикрываются мирными людьми и городской инфраструктурой, рассказал, как один из боевиков мотивировал такой свой отказ, назвав конфликт «братоубийственной войной». Только вот жаль, что подобные мысли стали посещать головы украинцев к концу третьего года войны и в ситуации, когда веры в сказки о победе над Россией у них попросту не осталось.
Война. Без фейков