Многие считают, что заявление КПРФ о признании решений XX съезда ошибочным — это «выдуманная» новость. Мол, задача КПРФ — максимально обмазываться кровью репрессированных и Сталиным перед каждым электоральным циклом, чтобы никто и не вздумал за них всерьёз голосовать, кроме убеждённых конечных сталинистов.
Со второй частью тезиса я согласен, а с первой, внезапно, нет. И лучшей иллюстрацией тому является, как ни странно, менеджеропад.
В чем было политическое значение XX съезда для советских элит?
Номенклатуре того времени было не просто плевать на репрессии против обычных людей, а плевать показательно. В сталинском СССР надо было показывать особенное рвение в стремлении ходить по чужим головам — других на борт высшей номенклатуры не брали. Но репрессии против своих — другое дело. И XX съездом советские элиты провели очень простую черту: с нами так нельзя. Вот нельзя и всё. Почти ни при каких обстоятельствах, кроме как прямо совсем лютых залётов.
Надо признать, это тот случай, когда советская власть исполнила обещанное. Борьба за власть после смерти Сталина была очень жёсткой, но жертвой назначили только Лаврентия Палыча — очевидно, в том числе в назидание всем, кто окажется на его месте. И тот же Андропов урок отлично выучил (в отличие от Шелепина). Берию не спас даже тот факт, что его предложения либеральных реформ в СССР были смелее перестроечных и вполне тянули на полноценную контрреволюцию — наоборот, сказал бы спасибо, что и этого не пришили.
А дальше всё, элита оставалась почти неприкосновенной — вплоть до прихода Андропова, разгромившего щёлоковское МВД, и Горбачёва, устроившего в рядах элит полноценные чистки. Хрущёв после смещения в 1964 году и вовсе говорил, что тот факт, что его оказалось возможным просто сместить — его, Хрущёва, очевидная заслуга перед СССР. И это чистая правда.
Но ни Андропов, ни Горбачёв, ни Ельцин, ни даже Путин где-то до 2015 года черту, прочерченную именно что XX съездом, никогда не переходили: с элитами по-волчьи нельзя. Только за самые лютые косяки.
Все изменилось, видимо, после дела Улюкаева, а к 2025 году сломалось окончательно. Такого уровня репрессий против элит у нас действительно не было со сталинских времён. Отъем собственности? Во все поля. Посадки? Полно на всех этажах. Заказные убийства? Не знаю, что случилось конкретно со Старовойтом, но уверен, среди менеджеропада точно есть хотя бы пара человек, ушедших не по своей воле. Ну, а нет — так будут.
Что там конкретно КПРФ хотела сделать своим заявлением — неведомо, да и плевать на них. Но символизма в этом решении хоть отбавляй. «Теперь снова можно».
И это, как ни странно, хорошо. Ещё немного баллов к «аппетиту к демонтажу». Захотят ли рано или поздно элиты какую-то новую институциональную конструкцию или сделку, которая их обезопасит? Конечно, захотят. Вряд ли каждый из них спит и видит встречу с асфальтом как предел мечтаний об окончании земного пути.
Ну и пожалуйста, ну и здорово, главное, чтобы к окну возможностей они не превратились окончательно в стадо безвольных загипнотизированных кроликов перед удавами в погонах. А то с них станется.
Со второй частью тезиса я согласен, а с первой, внезапно, нет. И лучшей иллюстрацией тому является, как ни странно, менеджеропад.
В чем было политическое значение XX съезда для советских элит?
Номенклатуре того времени было не просто плевать на репрессии против обычных людей, а плевать показательно. В сталинском СССР надо было показывать особенное рвение в стремлении ходить по чужим головам — других на борт высшей номенклатуры не брали. Но репрессии против своих — другое дело. И XX съездом советские элиты провели очень простую черту: с нами так нельзя. Вот нельзя и всё. Почти ни при каких обстоятельствах, кроме как прямо совсем лютых залётов.
Надо признать, это тот случай, когда советская власть исполнила обещанное. Борьба за власть после смерти Сталина была очень жёсткой, но жертвой назначили только Лаврентия Палыча — очевидно, в том числе в назидание всем, кто окажется на его месте. И тот же Андропов урок отлично выучил (в отличие от Шелепина). Берию не спас даже тот факт, что его предложения либеральных реформ в СССР были смелее перестроечных и вполне тянули на полноценную контрреволюцию — наоборот, сказал бы спасибо, что и этого не пришили.
А дальше всё, элита оставалась почти неприкосновенной — вплоть до прихода Андропова, разгромившего щёлоковское МВД, и Горбачёва, устроившего в рядах элит полноценные чистки. Хрущёв после смещения в 1964 году и вовсе говорил, что тот факт, что его оказалось возможным просто сместить — его, Хрущёва, очевидная заслуга перед СССР. И это чистая правда.
Но ни Андропов, ни Горбачёв, ни Ельцин, ни даже Путин где-то до 2015 года черту, прочерченную именно что XX съездом, никогда не переходили: с элитами по-волчьи нельзя. Только за самые лютые косяки.
Все изменилось, видимо, после дела Улюкаева, а к 2025 году сломалось окончательно. Такого уровня репрессий против элит у нас действительно не было со сталинских времён. Отъем собственности? Во все поля. Посадки? Полно на всех этажах. Заказные убийства? Не знаю, что случилось конкретно со Старовойтом, но уверен, среди менеджеропада точно есть хотя бы пара человек, ушедших не по своей воле. Ну, а нет — так будут.
Что там конкретно КПРФ хотела сделать своим заявлением — неведомо, да и плевать на них. Но символизма в этом решении хоть отбавляй. «Теперь снова можно».
И это, как ни странно, хорошо. Ещё немного баллов к «аппетиту к демонтажу». Захотят ли рано или поздно элиты какую-то новую институциональную конструкцию или сделку, которая их обезопасит? Конечно, захотят. Вряд ли каждый из них спит и видит встречу с асфальтом как предел мечтаний об окончании земного пути.
Ну и пожалуйста, ну и здорово, главное, чтобы к окну возможностей они не превратились окончательно в стадо безвольных загипнотизированных кроликов перед удавами в погонах. А то с них станется.