Что стоит за возвращением людей в офис
Похоже, эпоху тотальной удаленки начали хоронить раньше времени. Крупные компании одна за другой возвращают сотрудников в офисы, причем речь идет уже не только о консервативных банках или государственных структурах. Руководители технологических компаний, которые еще несколько лет назад рассказывали о новом мире без границ, теперь все чаще говорят о командной работе, корпоративной культуре и необходимости личного присутствия.
При этом сама идея удаленной работы никуда не исчезла и, скорее всего, уже никуда не исчезнет. За последние годы появился целый социальный класс - цифровые кочевники. Люди, которые работают из любой точки мира, не привязаны к одной стране, могут менять города и континенты, сохраняя при этом профессию, доход и привычный образ жизни. Несколько лет назад это казалось красивой мечтой для избранных, а сегодня это часть мировой экономики, которая будет только расти.
Поэтому разговоры о смерти удаленки выглядят довольно странно. Удаленная работа уже победила, и спорить с этим, кажется, бессмысленно. Вопрос теперь не в том, сохранится ли она как явление, а в том, где проходят ее границы и какие профессии действительно способны существовать вне офиса.
Есть сферы, для которых удаленный формат подходит практически идеально. Программисты, дизайнеры, аналитики, часть маркетинга, отдельные виды консультирования - там, где результат можно описать цифрами, кодом, текстом или готовым продуктом, физическое присутствие постепенно перестает быть обязательным условием. Более того, именно такие специалисты сегодня формируют глобальный рынок труда, где конкуренция идет уже не между компаниями одного города и даже не между странами, а между людьми со всего мира.
Но есть и другая работа, где большую роль играют доверие, личные отношения, передача опыта и понимание контекста. Там результат далеко не всегда можно измерить цифрами, а ценность человека определяется не только его компетенциями, но и способностью быть частью системы. Культуру невозможно отправить вложением в письмо, доверие не возникает автоматически после десятка созвонов, а сильные команды, как ни странно, часто формируются не на совещаниях, а в случайных разговорах после них.
Мне кажется, именно здесь многие компании и ошиблись. Они решили, что процессы и есть система. Но процессы можно перенести куда угодно: провести совещание из дома, поставить задачу из самолета, подписать документы из другой страны. Система устроена сложнее. Она состоит из отношений, привычек, конфликтов, авторитета, негласных правил и ощущения общей цели. Пока все это существует, организация может работать практически в любом формате. Если этого нет, никакой офис не спасет.
И вот это, как мне кажется, самое интересное в нынешнем споре. Он ведь давно уже не про удаленку и не про желание руководителей вернуть людей за рабочие столы. Речь идет о гораздо более сложном вопросе: способен ли современный мир сохранить человеческие связи в эпоху, когда физическое присутствие постепенно перестает быть необходимостью. Ответа на этот вопрос пока нет. Но есть ощущение, что именно вокруг него в ближайшие годы будет строиться новая культура работы.
Похоже, эпоху тотальной удаленки начали хоронить раньше времени. Крупные компании одна за другой возвращают сотрудников в офисы, причем речь идет уже не только о консервативных банках или государственных структурах. Руководители технологических компаний, которые еще несколько лет назад рассказывали о новом мире без границ, теперь все чаще говорят о командной работе, корпоративной культуре и необходимости личного присутствия.
При этом сама идея удаленной работы никуда не исчезла и, скорее всего, уже никуда не исчезнет. За последние годы появился целый социальный класс - цифровые кочевники. Люди, которые работают из любой точки мира, не привязаны к одной стране, могут менять города и континенты, сохраняя при этом профессию, доход и привычный образ жизни. Несколько лет назад это казалось красивой мечтой для избранных, а сегодня это часть мировой экономики, которая будет только расти.
Поэтому разговоры о смерти удаленки выглядят довольно странно. Удаленная работа уже победила, и спорить с этим, кажется, бессмысленно. Вопрос теперь не в том, сохранится ли она как явление, а в том, где проходят ее границы и какие профессии действительно способны существовать вне офиса.
Есть сферы, для которых удаленный формат подходит практически идеально. Программисты, дизайнеры, аналитики, часть маркетинга, отдельные виды консультирования - там, где результат можно описать цифрами, кодом, текстом или готовым продуктом, физическое присутствие постепенно перестает быть обязательным условием. Более того, именно такие специалисты сегодня формируют глобальный рынок труда, где конкуренция идет уже не между компаниями одного города и даже не между странами, а между людьми со всего мира.
Но есть и другая работа, где большую роль играют доверие, личные отношения, передача опыта и понимание контекста. Там результат далеко не всегда можно измерить цифрами, а ценность человека определяется не только его компетенциями, но и способностью быть частью системы. Культуру невозможно отправить вложением в письмо, доверие не возникает автоматически после десятка созвонов, а сильные команды, как ни странно, часто формируются не на совещаниях, а в случайных разговорах после них.
Мне кажется, именно здесь многие компании и ошиблись. Они решили, что процессы и есть система. Но процессы можно перенести куда угодно: провести совещание из дома, поставить задачу из самолета, подписать документы из другой страны. Система устроена сложнее. Она состоит из отношений, привычек, конфликтов, авторитета, негласных правил и ощущения общей цели. Пока все это существует, организация может работать практически в любом формате. Если этого нет, никакой офис не спасет.
И вот это, как мне кажется, самое интересное в нынешнем споре. Он ведь давно уже не про удаленку и не про желание руководителей вернуть людей за рабочие столы. Речь идет о гораздо более сложном вопросе: способен ли современный мир сохранить человеческие связи в эпоху, когда физическое присутствие постепенно перестает быть необходимостью. Ответа на этот вопрос пока нет. Но есть ощущение, что именно вокруг него в ближайшие годы будет строиться новая культура работы.