Артем Соколов || German Wings dan repost
Выборы в ФРГ любого уровня с участием "Альтернативы для Германии" - торжество "Закона Годвина".
Пока АдГ была компактной политической силой с ограниченной поддержкой, её критиковали как любую иную маргинальную группировку неонацистов вроде НДПГ. Образ "партии профессоров" быстро остался в далёком прошлом.
Когда АдГ набрала популярность, а затем стала лидером в опросах и выиграла земельные выборы в Тюрингии, объяснять природу её существования и её успехи мейнстримовым силам стало сложнее. И главное - появилась потребность объяснить избирателю, почему самая популярная политическая сила в стране не имеет права быть допущенной к её управлению.
На помощь пришли образы 1933 г. Тогда нацисты за счёт популистской демагогии на фоне кризиса веймарских институтов пришли к власти, Гитлер стал рейхсканцлером и установил национал-социалистическую диктатуру. Поэтому vox populi в чистом виде противен демократическим практикам и должен быть ограничен лучшими людьми города. "Желающий странного" народ следует укоротить и разъяснить, как сильно он заблуждается.
Данная схема в своей основе не соответствует историческим фактам.
Во-первых, НСДАП пришла к власти не в результате свободных выборов. В 1932 г. партия нацистов была крупнейшей в рейхстаге, но уже в конце года начала терять голоса. Не получили нацисты абсолютного большинства и на выборах в марте 1933 г. уже после назначения Гитлера канцлером. Полную победу на выборах НСДАП одержала только в ноябре 1933 г. в условиях безальтернативного голосования и запрета других политических сил. Страхи современного мейнстрима о неразумных избирателях на основе исторического опыта выглядят искусственными.
Во-вторых, назначение Гитлера рейхсканцлером произошло не из-за высоких резульиатов НСДАП на выборах. Большая фракция нацистов в рейхстаге, конечно, была одним из аргументов в пользу назначения их лидера главой немецкого правительства, но не главным и не единственным. Капитанов экономики и камарилью вокруг рейхспрезидента Гинденбурга пугало растущее влияние коммунистов, раздражала затянувшаяся правительственная чехарда и волновали нерешенные социально-экономические проблемы. В сложившихся условиях Гитлер выглядел удобным временным решением для успокоения ситуации. В правительстве и рейхстаге нацистов опекали консерваторы-националисты, считавшие положение полностью контролируемым. Ошибку в избыточной самоуверенности обнаружили слишком поздно.
Иными словами, успех нацистов был определен закулисными интригами тогдашних элит, утративших чувство политической реальности, а не обманутым избирателем. Брандмауэр против АдГ не учитывает веймарский опыт, а представляет его в сильно видоизменённом виде. Раздражённый избиратель скорее вправе ощущать на себе дух "Закона против образования новых партий" 1933 г., чем ощущение "народного фронта" против экстремистов.
Пока АдГ была компактной политической силой с ограниченной поддержкой, её критиковали как любую иную маргинальную группировку неонацистов вроде НДПГ. Образ "партии профессоров" быстро остался в далёком прошлом.
Когда АдГ набрала популярность, а затем стала лидером в опросах и выиграла земельные выборы в Тюрингии, объяснять природу её существования и её успехи мейнстримовым силам стало сложнее. И главное - появилась потребность объяснить избирателю, почему самая популярная политическая сила в стране не имеет права быть допущенной к её управлению.
На помощь пришли образы 1933 г. Тогда нацисты за счёт популистской демагогии на фоне кризиса веймарских институтов пришли к власти, Гитлер стал рейхсканцлером и установил национал-социалистическую диктатуру. Поэтому vox populi в чистом виде противен демократическим практикам и должен быть ограничен лучшими людьми города. "Желающий странного" народ следует укоротить и разъяснить, как сильно он заблуждается.
Данная схема в своей основе не соответствует историческим фактам.
Во-первых, НСДАП пришла к власти не в результате свободных выборов. В 1932 г. партия нацистов была крупнейшей в рейхстаге, но уже в конце года начала терять голоса. Не получили нацисты абсолютного большинства и на выборах в марте 1933 г. уже после назначения Гитлера канцлером. Полную победу на выборах НСДАП одержала только в ноябре 1933 г. в условиях безальтернативного голосования и запрета других политических сил. Страхи современного мейнстрима о неразумных избирателях на основе исторического опыта выглядят искусственными.
Во-вторых, назначение Гитлера рейхсканцлером произошло не из-за высоких резульиатов НСДАП на выборах. Большая фракция нацистов в рейхстаге, конечно, была одним из аргументов в пользу назначения их лидера главой немецкого правительства, но не главным и не единственным. Капитанов экономики и камарилью вокруг рейхспрезидента Гинденбурга пугало растущее влияние коммунистов, раздражала затянувшаяся правительственная чехарда и волновали нерешенные социально-экономические проблемы. В сложившихся условиях Гитлер выглядел удобным временным решением для успокоения ситуации. В правительстве и рейхстаге нацистов опекали консерваторы-националисты, считавшие положение полностью контролируемым. Ошибку в избыточной самоуверенности обнаружили слишком поздно.
Иными словами, успех нацистов был определен закулисными интригами тогдашних элит, утративших чувство политической реальности, а не обманутым избирателем. Брандмауэр против АдГ не учитывает веймарский опыт, а представляет его в сильно видоизменённом виде. Раздражённый избиратель скорее вправе ощущать на себе дух "Закона против образования новых партий" 1933 г., чем ощущение "народного фронта" против экстремистов.