«Мужчина — это вторая работа, за которую не платят»: почему в 32 года я навсегда удалила Tinder в Новосибирске
Мне 32 года. Я живу на Правом берегу, в ипотечной двушке у метро Гагаринская. У меня хорошая должность в маркетинге, абонемент в фитнес и абсолютная, железобетонная уверенность: современный мужчина мне не нужен.
Еще пару лет назад я, как и многие, верила в сказки о «крепком сибирском плече». Я честно ходила на свидания, тратила время, энергию и деньги на маникюры-укладки, чтобы раз за разом сталкиваться с одной и той же суровой реальностью. Сибиряки обмельчали, и я готова разложить по полочкам, почему я выбрала одиночество.
Готовьте помидоры, мужчины.
Тип первый: «Непризнанный гений из Академгородка»
Его звали Илья, ему было 34. Два высших, работает в каком-то НИИ, рассуждает о квантовой физике и закате цивилизации. Мы гуляли по лесам Академгородка, и мне казалось — вот он, умный, глубокий человек.
Реальность: На третье свидание мы пошли в кофейню. Когда принесли счет на 1200 рублей, Илья тяжело вздохнул, посмотрел мне в глаза и сказал: «Знаешь, я сейчас на мели, наука в нашей стране не ценится. Заплатишь?»
Я заплатила. А потом узнала, что этот «гений» живет с мамой в Щ, его зарплата меньше моего платежа по ипотеке, и он искренне считает, что женщина должна любить его исключительно за богатый внутренний мир, параллельно покупая ему продукты.
Тип второй: «Альфа-самец на Прадо»
Сергею было 40. Он подъехал к моей работе на огромном черном внедорожнике, пах дорогим парфюмом и сразу повез меня ужинать в «PuppenHaus». Он не спрашивал, сколько стоит счет, он решал проблемы. Казалось бы — мечта, а не мужик?
Реальность: За этот ужин мне сразу же выставили моральный прайс. Уже на втором свидании Сергей заявил:
«Я не потерплю, чтобы моя женщина торчала в офисе. Твоя задача — создавать уют, варить борщи и всегда быть в настроении, когда я прихожу уставший. И да, никаких корпоративов и встреч с подругами по пятницам».
То есть за кусок стейка и поездки на пассажирском сиденье я должна была продать свою свободу, отказаться от карьеры и стать бесплатной прислугой-психотерапевтом с функцией интима. Спасибо, я сама могу купить себе стейк.
Тип третий: «Современный пополамщик»
Артём был из IT. Прогрессивный, стильный, мы познакомились в баре на Ленина. Он сразу сказал: «Я за равноправие. Женщина — это партнер». Мы делили счета в ресторанах ровно 50/50, вплоть до копейки за лишний соус. Окей, я зарабатываю, меня это не смущало.
Реальность: Равноправие закончилось ровно в тот момент, когда мы попробовали жить вместе. Мы скидывались на коммуналку и продукты поровну. Но после работы Артём ложился на диван с приставкой — он ведь «устал, писал код». А «партнер» в моем лице шла к плите готовить ужин на двоих, мыть посуду и закидывать вещи в стиралку. Когда я спросила, почему быт не делится 50/50, он искренне возмутился: «Ну ты же женщина! Тебе что, сложно для любимого человека тарелку супа налить?»
Горький вывод
Я закрыла для себя этот проект под названием «поиск отношений».
Современные мужчины разучились быть опорой. Они хотят либо удобную мамочку, которая будет восхищаться их посредственностью, либо бесплатную домработницу, либо покорную рабыню. Они кричат о меркантильности женщин, хотя сами меркантильнее в сто раз: они хотят получить полный спектр услуг (быт, секс, поддержка), не вложив при этом ни копейки ни материальных, ни душевных сил.
Сейчас я прихожу вечером в свою чистую квартиру. Мне не нужно ни под кого подстраиваться, не нужно выслушивать жалобы на начальника-самодура или делить счет за кофе. Я наливаю себе бокал вина, смотрю с балкона на огни Красного проспекта и понимаю: мужчина сегодня — это просто нерентабельная инвестиция моего времени.
Я свой выбор сделала. И, судя по моим подругам, нас таких в Новосибирске с каждым днем становится все больше. Женщины просто устали тащить на себе тех, кто называет себя сильным полом.
