Ироничный админ

ГКЧП и Брестский мир.

Сегодня, в 35-ю годовщину попытки государственного переворота поговорим о символизме исторических параллелей.

Советская власть с чего начала, тем по сути и закончила.

Изначальный состав делегации, который отправлялся от имени новой советской власти в Брест-Литовск подписывать мирное соглашение с немцами, был представлен большевиками (Иоффе, Скольников, Камнев позже присоединился Радек) и левыми эсерами (Биценко и Масловский). Выглядело не очень красиво, для всего мира организаторы октябрьского переворота были немецкими шпионами, Радек вообще гражданин Австро-Венгрии, получалась кайзеровская Германия сама с собой договаривается.

Тогда в делегацию были включены матрос – некто Федор Олич или Акулич – в разных источниках по-разному; солдат – Николай Беляков и рабочий Павел Обухов, иногда пишут Н.А. Обухов.

И вот утром 17 ноября (старый стиль) 1917 года перед отправкой поезда с делегацией из Петрограда в Брест-Литовск обнаружилось, что в делегации не представлено крупнейшее сословие России – крестьяне. Проблема была решена быстро – на площади у Московского вокзала был пойман первый попавшийся мужик и силой запихан в вагон. Это оказался некий Роман Сташков, мужчина неопределенного возраста, происхождения и рода занятий, но выглядевший, как крестьянин – зипун, лапти, борода. Ему пообещали денег, и он согласился присутствовать на переговорах. (фото 1 — прибытие советской делегации на переговоры)

В Брест-Литовске Сташков беспробудно пил, даже не смог поставить подпись под финальным документом. Когда советская делегация покидала Брест-Литовск, крестьянин отказался выходить из номера гостиницы, после долгих уговоров всё же согласился выехать обратно в Петроград. На этом следы человека, представлявшего большую часть населения огромной империи на заключении судьбоносного соглашения, теряются.

Таково было начало власти большевиков.
Теперь переносимся в конец.

На одном из последних совещаний перед путчем, конкретно 16 августа 1991 года, заговорщики поняли, что состав ГКЧП отражает весь аппаратный спектр советской власти – партийные функционеры, представители правительства, основные силовики, руководство промышленности и даже высшей власти в лице вице-президента Янаева, но нет простых людей – колхозников. И тогда в Москву, якобы на совещание, был вызван председатель колхоза им. Ленина Новомосковского района Тульской области Василий Стародубцев. Василий Александрович ещё возглавлял «Крестьянский союз СССР», совершенно декоративная организация, созданная для того, чтобы озвучивать какие-либо заявления от имени советских колхозников.

Стародубцев прибыл в Москву 18 августа и тут же был поставлен в известность, что принудительным порядком включен в состав членов ГКЧП. (фото 2 — Стародубцев на пресс-конференции путчистов)

Символический круг замкнулся – о крестьянах советская власть всегда думала в последнюю очередь.