Что нового в исследованиях РАС у взрослых
За последние четыре недели вышли три работы, которые могут пригодиться в клинической практике. Они помогают точнее ставить вопросы, которые мы можем задать клиенту, хотя не проверяют эффективность психотерапии.
1. Почему высокого балла по опроснику недостаточно для диагноза
Childs и коллеги изучили 245 взрослых, впервые обратившихся для диагностики РАС. Среди людей с высокими баллами по опроснику 35% не получили диагноз после клинической оценки. Высокие баллы были связаны также с тревогой и депрессивными симптомами. Неблагоприятный опыт детства сам по себе не различал тех, кто получил диагноз, и тех, кто его не получил.
Это исследование одной клиники; оно не объясняет причины расхождения в каждом отдельном случае. Нам тут могут быть интересны границы диагностических шкал и необходимость учитывать историю развития и текущее состояние человека.
Childs et al., 22.09.2026:
https://doi.org/10.1177/136236132614856122. Как способы защиты могут вести к истощению
Cooke и коллеги изучили рассказы 78 взрослых, переживших насилие. Аутичные участники описывали маскировку, молчание о происходящем и отстранение как способы пережить небезопасную ситуацию. Эти способы могли помогать в моменте, но со временем сопровождались истощением, изоляцией и снижением повседневного функционирования.
Это качественное исследование. Оно не доказывает, что именно эти способы вызывают аутистическое выгорание. Часть аутичных участников не имела подтверждённого диагноза. Но перед нами снова встаёт вопрос, постоянно возникающий в работе с РАС: какую цену человек платит за внешне успешное совладание?
Cooke et al., 28.09.2026:
https://doi.org/10.1177/257395812614897853. Что уточнять, когда человек говорит о самоповреждении
Eldeeb и коллеги сравнили 520 аутичных подростков и взрослых. У участников с самоповреждениями за последние полгода значительно чаще встречались сообщения о суицидальных мыслях и попытках в течение жизни. Среди способов самоповреждения удары по себе и вмешательство в заживление ран отмечались чаще порезов.
Выборка сравнительно большая, но 21% участников были младше 18 лет, а сведения собраны по самоотчётам. Работа показывает связь, но не позволяет предсказать попытку у конкретного человека. Для нас это повод уточнять способ, функцию и давность самоповреждения и отдельно оценивать суицидальный риск.
Eldeeb et al., 21.09.2026:
https://doi.org/10.1002/aur.70370Отдельных сильных новинок по привязанности и эффективности психотерапии взрослых с РАС за этот период я не нашла, как и ожидала.