Перед вчерашним Цаем Минляном в ГЭС-2 мне в глаза закапали убойную штуку, превратившую в кашу периферическое зрение и расширившую зрачки.
В них, правда, даже это не помогло уместить назначение фильма «Вернуться домой», который тайванец снял в Лаосе, во время отпуска со своей «музой» Аноном Хонхынсаем. Сонм статичных кадров, отсутствие нарратива, чехарда домов как пейзажей и ландшафтов как порогов перед совместным со зрителем процессуальным ритуалом. Затем кино отправили на Мостру и показали вне конкурса в 2025-м.
Окей, применительно к Минляну не принято рассуждать о постановке задач или целеполагании, всё привыкли сводить к его гениальной интуиции в работе со временем. Для меня же его фильмы всегда презентовали куда менее распространенный среди художников дар — талант интуита-математика. Пока одни мыслят симфониями, а другие — уравнениями, Цай берет разбег (без него никуда режиссерам т.н. «медленного кино») и по известной лишь ему механике раскидывает по партитуре теоремы. Получается непрозрачная темпоральность. И происходящее даже не берётся бодаться с непроисходящим, их ритм уравнивается с первых секунд. Гений, да.
А в «Вернуться домой» мужик профанирует. Внятную стратегию авторского поведения, определенную попервой — выбрать объект, в диапазоне от узкоколейки рынка до статуи Будды, и обводить его контуром П-образной монтажной фразы, — бросает в обмен на старческую иронию. Как то голландские углы, кренящие дома и диагоналями ломающие настроение; как то кадры с иерархиями значений — под пологом кошки, на табуретках дети, за столом взрослые; как то ничем не мотивированное, одно на весь фильм движение камеры (Анон подметает, любуйтесь).
Весь этот захудалый праздник необязательности вроде как и приглашает зрителя к содействию, только аккуратистские смешки и каламбуры, заметные разве что преданной публике, выдают средневзвешенность каждого решения.
Пусть Минляну и отгрузили кэш за такой отпуск, но никто же не уговаривал человека кормить собственную лень фрагментами реставраций буддистских статуй (разруха, ае), эмансипировать природу по усталым методичкам (выдерживая, то бишь, почтенное расстояние), искать в пространстве знаки для собственного либидо (чистка фруктов как фрикция, покосившиеся кровли в покосившихся кадрах — импотенция).
Ждём следующего Цая! И не страдаем.
В них, правда, даже это не помогло уместить назначение фильма «Вернуться домой», который тайванец снял в Лаосе, во время отпуска со своей «музой» Аноном Хонхынсаем. Сонм статичных кадров, отсутствие нарратива, чехарда домов как пейзажей и ландшафтов как порогов перед совместным со зрителем процессуальным ритуалом. Затем кино отправили на Мостру и показали вне конкурса в 2025-м.
Окей, применительно к Минляну не принято рассуждать о постановке задач или целеполагании, всё привыкли сводить к его гениальной интуиции в работе со временем. Для меня же его фильмы всегда презентовали куда менее распространенный среди художников дар — талант интуита-математика. Пока одни мыслят симфониями, а другие — уравнениями, Цай берет разбег (без него никуда режиссерам т.н. «медленного кино») и по известной лишь ему механике раскидывает по партитуре теоремы. Получается непрозрачная темпоральность. И происходящее даже не берётся бодаться с непроисходящим, их ритм уравнивается с первых секунд. Гений, да.
А в «Вернуться домой» мужик профанирует. Внятную стратегию авторского поведения, определенную попервой — выбрать объект, в диапазоне от узкоколейки рынка до статуи Будды, и обводить его контуром П-образной монтажной фразы, — бросает в обмен на старческую иронию. Как то голландские углы, кренящие дома и диагоналями ломающие настроение; как то кадры с иерархиями значений — под пологом кошки, на табуретках дети, за столом взрослые; как то ничем не мотивированное, одно на весь фильм движение камеры (Анон подметает, любуйтесь).
Весь этот захудалый праздник необязательности вроде как и приглашает зрителя к содействию, только аккуратистские смешки и каламбуры, заметные разве что преданной публике, выдают средневзвешенность каждого решения.
Пусть Минляну и отгрузили кэш за такой отпуск, но никто же не уговаривал человека кормить собственную лень фрагментами реставраций буддистских статуй (разруха, ае), эмансипировать природу по усталым методичкам (выдерживая, то бишь, почтенное расстояние), искать в пространстве знаки для собственного либидо (чистка фруктов как фрикция, покосившиеся кровли в покосившихся кадрах — импотенция).
Ждём следующего Цая! И не страдаем.