❗️Государственная доля
Поговорили с Адвокатской газетой об антикоррупционных исках
Повод: определение Верховного Суда от 4 августа 2026 года по делу № 20-КГПР26-8-К5
🔻Это означает, во-первых, что имущество, включая деньги, лиц, обвинённых в коррупции, а также аффилированных с ними лиц, не может включаться в конкурсную массу в делах о банкротстве.
На них имеет право только государство, которое решает в каком размере, к кому и когда предъявить иск.
Это делает чиновников, других подконтрольных по законодательству о коррупции лиц, их родных и близких, а также номинальных и доверенных лиц токсичными контрагентами в гражданском обороте. Все риски вступления в гражданско-правовые отношения с такими гражданами ложатся на кредиторов без каки-либо компенсаций и сроков давности.
🔻Во-вторых, становится бесполезным институт залога, если в друг выяснится, что залогодатель был вовлечён коррупционные схемы и имущество изымается в рамках «антикоррупционного» дела судом общей юрисдикции.
Это значит, что при подготовке сделок, например с ипотекой, следует проводить дополнительное расследование и проверять не входит ли залогодатель в круг лиц, формально, или неформально причастных к имущественной сфере потенциального ответчика по иску в порядке подп. 8 п. 2 ст. 235 ГК.
Это удорожает комплаенс-процедуры.
Здесь следует помнить, что неформальную связь прокуроры часто доказывают материалами параллельно идущих уголовных дел, к которым никто кроме них не имеет доступа.
🔻В-третьих, остаётся нерешённым вопрос о праве конкурсных кредиторов из «банкротного» дела вступить в процесс по «антикоррупционному» иску прокурора в суде общей юрисдикции и отстаивать там имущество ответчика, как потенциальную часть конкурсной массы, а также вопрос о возможности возбуждения и необходимости приостановления в арбитражном суде дела банкротстве, пока государство не изымет коррупционные активы в суде общей юрисдикции.
Это требует внесения поправок в процессуальные законы и в закон о банкротстве.
Позиция Верховного Суда ожидаемо направлена против любой легализации плодов коррупционной деятельности, но при этом независимые добросовестные кредиторы оказываются полностью отстранены от распределения имущества «токсичного» должника, а вероятность реального удовлетворения их требований стремится к нулю.
#коррупция
🔹 Адвокатская газета
Поговорили с Адвокатской газетой об антикоррупционных исках
Повод: определение Верховного Суда от 4 августа 2026 года по делу № 20-КГПР26-8-К5
Будучи и законодателем, и правоприменителем, государство ставит свой имущественный интерес выше и реализует его внеочередном порядке.
🔻Это означает, во-первых, что имущество, включая деньги, лиц, обвинённых в коррупции, а также аффилированных с ними лиц, не может включаться в конкурсную массу в делах о банкротстве.
На них имеет право только государство, которое решает в каком размере, к кому и когда предъявить иск.
Это делает чиновников, других подконтрольных по законодательству о коррупции лиц, их родных и близких, а также номинальных и доверенных лиц токсичными контрагентами в гражданском обороте. Все риски вступления в гражданско-правовые отношения с такими гражданами ложатся на кредиторов без каки-либо компенсаций и сроков давности.
🔻Во-вторых, становится бесполезным институт залога, если в друг выяснится, что залогодатель был вовлечён коррупционные схемы и имущество изымается в рамках «антикоррупционного» дела судом общей юрисдикции.
Это значит, что при подготовке сделок, например с ипотекой, следует проводить дополнительное расследование и проверять не входит ли залогодатель в круг лиц, формально, или неформально причастных к имущественной сфере потенциального ответчика по иску в порядке подп. 8 п. 2 ст. 235 ГК.
Это удорожает комплаенс-процедуры.
Здесь следует помнить, что неформальную связь прокуроры часто доказывают материалами параллельно идущих уголовных дел, к которым никто кроме них не имеет доступа.
🔻В-третьих, остаётся нерешённым вопрос о праве конкурсных кредиторов из «банкротного» дела вступить в процесс по «антикоррупционному» иску прокурора в суде общей юрисдикции и отстаивать там имущество ответчика, как потенциальную часть конкурсной массы, а также вопрос о возможности возбуждения и необходимости приостановления в арбитражном суде дела банкротстве, пока государство не изымет коррупционные активы в суде общей юрисдикции.
Это требует внесения поправок в процессуальные законы и в закон о банкротстве.
Позиция Верховного Суда ожидаемо направлена против любой легализации плодов коррупционной деятельности, но при этом независимые добросовестные кредиторы оказываются полностью отстранены от распределения имущества «токсичного» должника, а вероятность реального удовлетворения их требований стремится к нулю.
#коррупция
🔹 Адвокатская газета