Рубильник, гигаватты и джуны, которые не нужныПобывали на этом вашем BIS Summit 2026 в кластере Ломоносов. Спикеров интересных было много и даже Александр Шойтов пусть и с опозданием, но заглянул на огонек.
Утренняя пленарка началась с экзистенциального блица про отношение к ИИ, который должен был обрисовать роли, кто тут оптимист, кто пессимист. Замминистра энергетики Эдуард Шеремецев сравнивал появление технологии с появлением огня: «Технология и помогает, и жжет». Дальше стало понятно, что имелось в виду гигаватты. Дата-центры США потребляют уже 32 ГВт, Китай — около десяти, у России пока порядка пяти, к 2030 обещают 14-15.
Аудитор Счетной палаты Светлана Орлова неожиданно пришла с цифрами. Возврат в бюджет за прошлый год с помощью технологии ИИ составил 294 млрд руб. (годом ранее 34 млрд), с одного оператора связи за махинации с тарифами — 2,5 млрд. Интересно кому Счетка платит за интернет.
Лютиков из ФСТЭК успокоил: по нормативке ИИ — это просто программное обеспечение. Промпт-инъекции, по сути, те же SQL-инъекции, с которыми «наши отцы сталкивались в семидесятых». Только теперь их пишет не человек, а сама модель. ФМБА рассказали про модель на данных 3000 спортсменов, предсказывающую сердечно-сосудистые риски. А Игорь Качалин из НТЦ ЦК напомнил, пока регионы уже используют ИИ, но владельцы часто не знают, где у них модели и кто их обучал. Банк России отчитался бодро, но консервой с прошлого мероприятия по финтеху.
После обеда сессия про риски и уже с бизнесом. Блиц дал ожидаемо разнобой: галлюцинации — лечатся тюнингом, утечки — лечатся закрытым контуром , но главный, операционный риск — кто отвечает за ошибку агента создал много споров. Крайнов из Яндекса оценил, что около 90% рисков — это атаки с применением ИИ, спорить никто не стал.
Спор погорячее вызвал теневой ИИ. Алексей Малинский из Норникеля заявил, что нет ни одной крупной организации, где сотрудники не гоняли бы чувствительные данные во внешние чаты, «потому что удобно». Рецепт Крайнова единственный, сделать внутренний контур настолько удобным, чтобы наружу не хотелось, «иначе никакие запреты и заборы не помогут». Яндекс еще похвастался внутренним либерализмом, мол запретов нет, пользуйтесь хоть клодом, хоть астрой, хоть, прости господи, ГигаЧатом (от ред.).
Но по-настоящему горячим спор стал, когда дошли до вечного вопроса «кто крайний». Крайнов (простите) напомнил, что яндексовские беспилотники «на пару порядков, а то и на три, безопаснее человека» — миллионы километров без аварий. Касперская парировала в лоб: а если все он однажды кого-то задавит? Посадить-то будет некого — а это прямой путь к недоверию к технологии. Тут же подкинули пример и потолще, мол топовые зарубежные модели, по сообщениям, доводят одиноких людей до беды, которую по эту сторону границы называют именем одного ведомства. Что будет, если подобное случится с продуктом Яндекса, за кем закрепят ответственность? Крайнов выкручивался долго, но вывел: подход «главное — кого посадить» ему не нравится, потому что цель ведь уменьшить количество неприятностей, а не нарастить число осужденных. А под конец выдал, пожалуй, лучшую цитату дня:
«Нас часто спрашивают, что будет делать человек, когда ИИ научится делать все лучше него. Мы, кажется, нашли ответ: сидеть за искусственный интеллект. Его же посадить не можем». И уточнил: пока не решимся доверить ИИ решения целиком, у человека останутся ровно две роли — сидеть за него и сажать других.
С кадрами было проще и циничнее. На вопрос, не заменят ли связки агентов целые команды, Крайнов отрезал: «джуны не нужны и никогда не были нужны» — держать сотрудника, который работает как джун, но занимает место сеньора, бессмысленно; правильный путь — брать студента старших курсов, который через два-три года дорастет до сеньора, а кто застрял в джунах на год-другой — «расставайтесь, он не годится».
Итог дня сформулировала сама Касперская: «У нас шесть человек — и они дали разный ландшафт рисков». Тема не изучена, консенсуса нет. Честнее, пожалуй, и не скажешь.
@antiinfosec
