На днях продолжились обсуждения госрегулирования игровой индустрии в России: на этот раз предложили создать чёрный список запрещённых игр наравне с белым списком хороших и правильных. Авторы озабочены наличием в иностранных играх воздействия на подсознание и вредоносного кода.
Не первый раз предпринимается попытка запретить что-нибудь игровое — полтора года назад я уже давал комментарии насчёт вреда шутеров после резонансной стрельбы в ПГУ. И как я уже говорил, нам придётся объяснять государству (при том, что многие чиновники играют в игры, в т.ч. и влиятельные) — что хорошо, а что плохо, что может сработать, а что наоборот принесёт вред, что можно реализовать, а что технически или организационно невыполнимо.
В плане регулирования геймдева у нас есть хороший и культурно близкий референс — Китай. Так уж получилось, что Танки Онлайн — единственная самостоятельно вышедшая в Китае онлайн-игра из России (3dtank.com). Я как руководитель получил очень запоминающийся опыт работы с китайскими коллегами, чиновниками и игроками; увидел в деле, как работает китайское законодательство по нашей тематике. Хорошо работает. Собственно, потому и стараюсь вразумить наш геймдев, что регуляторы неизбежно и к нам придут не сегодня-завтра и пора завязывать с безответственным мошенничеством в погоне за баблом.
Игровая индустрия, как и кинематограф, имеет огромное влияние на людей и в особенности на детей. Как образование и медицина, она должна регулироваться, должна работать в интересах общества, а не во вред ему.
Так вот Китай, хоть и запрещает вредный контент, но уделяет явно больше внимания теме игровой зависимости у детей. Настолько, что им разрешено играть в онлайн-игры не больше 3 часов в неделю и тратить в них не больше 200 юаней (~2000 руб.) в месяц. Всё это, разумеется, не может работать без системы идентификации игрока, что в свою очередь позитивно сказывается на внутриигровом общении (вы ведь понимаете, какую лексику в голосовых чатах онлайн-игр слышит ваш ребёнок, когда все анонимны и безнаказанны?)
Китай может себе позволить вводить такие ограничения, потому что имеет самый крупный игровой рынок на планете ($45.8 млрд выручки от 744.1 млн игроков за 2022), но даже при этом действует неспеша (уже более 20 лет), методично и с анализом результатов. Наш же и без того небольшой рынок ($2.4 млрд за 2021), побитый санкциями и уходом большого количества студий из страны (рынок сократился по некоторым оценкам в 5 раз ~$0.5 млрд за 2022), лежит лапками кверху. Подражать Китаю в запретах, но без наличия собственной развитой индустрии — отличный способ убить её окончательно, а игроков отправить в серую зону. Так что лечить стоит нежно, с приоритетом на поддержке, а не запретах. Впрочем, лутбоксы стоит явно запретить чем раньше, тем лучше — это уже и до британских учёных дошло.
В целом радует, что наше государство обратило наконец-то внимание на индустрию игр. Не в самый, конечно, благодатный момент, но тут могут быть даже новые возможности кроме очевидных проблем.
По теме меня попросили прокомментировать коллеги с телеканала Рифей (да-да, как пиво из интервью с Антоновым) — запись тут.
Не первый раз предпринимается попытка запретить что-нибудь игровое — полтора года назад я уже давал комментарии насчёт вреда шутеров после резонансной стрельбы в ПГУ. И как я уже говорил, нам придётся объяснять государству (при том, что многие чиновники играют в игры, в т.ч. и влиятельные) — что хорошо, а что плохо, что может сработать, а что наоборот принесёт вред, что можно реализовать, а что технически или организационно невыполнимо.
В плане регулирования геймдева у нас есть хороший и культурно близкий референс — Китай. Так уж получилось, что Танки Онлайн — единственная самостоятельно вышедшая в Китае онлайн-игра из России (3dtank.com). Я как руководитель получил очень запоминающийся опыт работы с китайскими коллегами, чиновниками и игроками; увидел в деле, как работает китайское законодательство по нашей тематике. Хорошо работает. Собственно, потому и стараюсь вразумить наш геймдев, что регуляторы неизбежно и к нам придут не сегодня-завтра и пора завязывать с безответственным мошенничеством в погоне за баблом.
Игровая индустрия, как и кинематограф, имеет огромное влияние на людей и в особенности на детей. Как образование и медицина, она должна регулироваться, должна работать в интересах общества, а не во вред ему.
Так вот Китай, хоть и запрещает вредный контент, но уделяет явно больше внимания теме игровой зависимости у детей. Настолько, что им разрешено играть в онлайн-игры не больше 3 часов в неделю и тратить в них не больше 200 юаней (~2000 руб.) в месяц. Всё это, разумеется, не может работать без системы идентификации игрока, что в свою очередь позитивно сказывается на внутриигровом общении (вы ведь понимаете, какую лексику в голосовых чатах онлайн-игр слышит ваш ребёнок, когда все анонимны и безнаказанны?)
Китай может себе позволить вводить такие ограничения, потому что имеет самый крупный игровой рынок на планете ($45.8 млрд выручки от 744.1 млн игроков за 2022), но даже при этом действует неспеша (уже более 20 лет), методично и с анализом результатов. Наш же и без того небольшой рынок ($2.4 млрд за 2021), побитый санкциями и уходом большого количества студий из страны (рынок сократился по некоторым оценкам в 5 раз ~$0.5 млрд за 2022), лежит лапками кверху. Подражать Китаю в запретах, но без наличия собственной развитой индустрии — отличный способ убить её окончательно, а игроков отправить в серую зону. Так что лечить стоит нежно, с приоритетом на поддержке, а не запретах. Впрочем, лутбоксы стоит явно запретить чем раньше, тем лучше — это уже и до британских учёных дошло.
В целом радует, что наше государство обратило наконец-то внимание на индустрию игр. Не в самый, конечно, благодатный момент, но тут могут быть даже новые возможности кроме очевидных проблем.
По теме меня попросили прокомментировать коллеги с телеканала Рифей (да-да, как пиво из интервью с Антоновым) — запись тут.