Мои приоритеты (уже было здесь, но можно повторить).
Периодически меня спрашивают, кому доверять в политике, какие взгляды приемлемы, а какие нет, где границы допустимого. Где свое, а где - чужое. Попробую обрисовать политические координаты, позволяющие в наиболее общих чертах оценить близость позиции того или иного человека или движения к моей. Пожалуй, в этой системе нет ни зацикленности на обсуждении прошлого, ни апелляции к абстрактной, не детализируемой ”оппозиционности”.
Итак, есть четыре основополагающих момента.
Первый - справедливость. В России даже не азиатские, а африканские показатели неравенства. С каждым годом общество становится все более пирамидально, а социальные лифты все более ржавеют, причем на вершине пирамиды, скопив невероятные состояния, оказываются люди, не просто не заслуженные, но не связывающие свою личную судьбу и судьбу своей семьи со страной. Каким образом достигать социальной справедливости и перераспределение доходов в пользу народа - вопрос дискуссионный, но если вы считаете, что лучше лет сто терпеть высокодуховных воров-патриотов, чтобы не пришли безнравственные воры-атлантисты, то это не ко мне. Равно как и ворам-реформаторам не аннулируется содеянное, исходя из их приверженности “прогрессивным ценностям”.
Второй - прогресс. Я выступаю за новую индустриализацию, уважение к научной картине мире, борьбу с лженаукой и соответствующей дурью, хлынувшей в нашу страну в конце 80-х. Нравится мне такое выражение - “штурм неба”. Вот я за штурм неба, за полет Гагарина (смысл выражения, конечно, намного шире). Каким образом необходимо возрождать науку, образование и производство, бить по рукам мракобесам - вопрос тоже дискуссионный, но если вы считаете, что ходить хороводы в лаптях в заповедной глуши вокруг истуканов или гороскопная мистика - это свое-родное, а заводы и космодромы - лишнее, то это не ко мне.
Третий - Россия больше, чем РФ. Никогда не понимал, что можно праздновать 12 июня, а развал единой страны в 1991 году вопреки мнению граждан является не просто трагедией, но и тяжким историческим преступлением, от которого пострадали сотни миллионов человек. Каким образом нужно собирать разорванные земли, какие народы должны вновь объединиться, а какие навсегда хлопнули дверью - вновь вопрос дискуссионный, те, кто считают, что за границам РФ нет никакой России и жаждет, чтобы нас отовсюду изгнали - это не ко мне.
Четвертый - русские. Так получилось, что Россия собралась вокруг русского народа - досталась ему такая непростая историческая ноша. Русские - это не “связующий надэтнический клей”, это стержень страны, нравится это кому-то или нет. Великие добрые русские не ужасны, они созидательны. Каким образом русский фактор должен проявляться в политике - вопрос дискуссионный, но если вы считаете, что это фашизм, страшная угроза для россиянства, поскреби - найдешь татарина, и сам разговор о нации вас крайне смущает, то это тоже не ко мне.
Периодически меня спрашивают, кому доверять в политике, какие взгляды приемлемы, а какие нет, где границы допустимого. Где свое, а где - чужое. Попробую обрисовать политические координаты, позволяющие в наиболее общих чертах оценить близость позиции того или иного человека или движения к моей. Пожалуй, в этой системе нет ни зацикленности на обсуждении прошлого, ни апелляции к абстрактной, не детализируемой ”оппозиционности”.
Итак, есть четыре основополагающих момента.
Первый - справедливость. В России даже не азиатские, а африканские показатели неравенства. С каждым годом общество становится все более пирамидально, а социальные лифты все более ржавеют, причем на вершине пирамиды, скопив невероятные состояния, оказываются люди, не просто не заслуженные, но не связывающие свою личную судьбу и судьбу своей семьи со страной. Каким образом достигать социальной справедливости и перераспределение доходов в пользу народа - вопрос дискуссионный, но если вы считаете, что лучше лет сто терпеть высокодуховных воров-патриотов, чтобы не пришли безнравственные воры-атлантисты, то это не ко мне. Равно как и ворам-реформаторам не аннулируется содеянное, исходя из их приверженности “прогрессивным ценностям”.
Второй - прогресс. Я выступаю за новую индустриализацию, уважение к научной картине мире, борьбу с лженаукой и соответствующей дурью, хлынувшей в нашу страну в конце 80-х. Нравится мне такое выражение - “штурм неба”. Вот я за штурм неба, за полет Гагарина (смысл выражения, конечно, намного шире). Каким образом необходимо возрождать науку, образование и производство, бить по рукам мракобесам - вопрос тоже дискуссионный, но если вы считаете, что ходить хороводы в лаптях в заповедной глуши вокруг истуканов или гороскопная мистика - это свое-родное, а заводы и космодромы - лишнее, то это не ко мне.
Третий - Россия больше, чем РФ. Никогда не понимал, что можно праздновать 12 июня, а развал единой страны в 1991 году вопреки мнению граждан является не просто трагедией, но и тяжким историческим преступлением, от которого пострадали сотни миллионов человек. Каким образом нужно собирать разорванные земли, какие народы должны вновь объединиться, а какие навсегда хлопнули дверью - вновь вопрос дискуссионный, те, кто считают, что за границам РФ нет никакой России и жаждет, чтобы нас отовсюду изгнали - это не ко мне.
Четвертый - русские. Так получилось, что Россия собралась вокруг русского народа - досталась ему такая непростая историческая ноша. Русские - это не “связующий надэтнический клей”, это стержень страны, нравится это кому-то или нет. Великие добрые русские не ужасны, они созидательны. Каким образом русский фактор должен проявляться в политике - вопрос дискуссионный, но если вы считаете, что это фашизм, страшная угроза для россиянства, поскреби - найдешь татарина, и сам разговор о нации вас крайне смущает, то это тоже не ко мне.