На что способна любовь, если речь идет об архитектуре?
__
Например, заставить великого нидерландского зодчего-модерниста Пита Блома построить русский капром прямо среди чопорного голландского городка!
***
Блом, автор знаменитых кубических домов в Роттердаме, в 1988-м спроектировал виллу в Амерсфорте для бизнесмена де Вала. Этот факт сам по себе примечателен — убежденный социалист, Блом презирал элитарность и считал, что архитектура должна служить простым людям, потому принципиально не проектировал частные дома для богатых. Но тут вмешалась любовь!
Дело в том, что у заказчика де Вала была русская жена — Йенна Пруша, пианистка, эмигрировавшая из СССР. Пруша выросла в Иркутске, поэтому муж решил сделать ей подарок — построить дом, отсылающий формами к родной Сибири. Блом же, будучи фанатом всего русского: Татлина, Рахманинова, хрущевок — сблизился с Йенной, с упоением слушая ее рассказы о том, как бабушка учила ее играть на фортепиано под крышей протопленной избы.
Архитектора окончательно убедило взяться за работу обещание Йенны организовать в доме зал для занятий сольфеджио для местных детей, подобно тому, где она училась сама.
Вариации на тему избовой четырехскатной кровли стали логичным развитием идей кубического дома Блома. Четыре луковичные маковки напоминали церковное пятиглавие, а зеленоватый цвет рам и остекления — сибирские леса.
***
Удивительно, как работа с одними и теми же отсылками приводит к подобию результата: вилла Пруши и де Валла вполне уместно бы смотрелась на улицах Иркутска 2000-х. Архитектурным исследователям это напоминание: иногда ведущую роль в формообразовании может сыграть не архитектор или девелопер, а его жена! Если любовь может связать Сибирь и Голландию, то у нее воистину нет преград!
__
Например, заставить великого нидерландского зодчего-модерниста Пита Блома построить русский капром прямо среди чопорного голландского городка!
***
Блом, автор знаменитых кубических домов в Роттердаме, в 1988-м спроектировал виллу в Амерсфорте для бизнесмена де Вала. Этот факт сам по себе примечателен — убежденный социалист, Блом презирал элитарность и считал, что архитектура должна служить простым людям, потому принципиально не проектировал частные дома для богатых. Но тут вмешалась любовь!
Дело в том, что у заказчика де Вала была русская жена — Йенна Пруша, пианистка, эмигрировавшая из СССР. Пруша выросла в Иркутске, поэтому муж решил сделать ей подарок — построить дом, отсылающий формами к родной Сибири. Блом же, будучи фанатом всего русского: Татлина, Рахманинова, хрущевок — сблизился с Йенной, с упоением слушая ее рассказы о том, как бабушка учила ее играть на фортепиано под крышей протопленной избы.
Архитектора окончательно убедило взяться за работу обещание Йенны организовать в доме зал для занятий сольфеджио для местных детей, подобно тому, где она училась сама.
Вариации на тему избовой четырехскатной кровли стали логичным развитием идей кубического дома Блома. Четыре луковичные маковки напоминали церковное пятиглавие, а зеленоватый цвет рам и остекления — сибирские леса.
***
Удивительно, как работа с одними и теми же отсылками приводит к подобию результата: вилла Пруши и де Валла вполне уместно бы смотрелась на улицах Иркутска 2000-х. Архитектурным исследователям это напоминание: иногда ведущую роль в формообразовании может сыграть не архитектор или девелопер, а его жена! Если любовь может связать Сибирь и Голландию, то у нее воистину нет преград!