Арестанты

Заключённых продолжают принуждать к контрактам

Александр Бакаев, отбывавший срок в курской ИК-9, осенью 2022 года смог избежать контракта с ЧВК «Вагнер». Тогда в колонию приехали представители ЧВК и перевели в отдельный барак более двухсот заключённых, которых вербовали на войну. Бакаев позже рассказывал, что их окружили десять вооружённых человек и вызвали на них наряд.

После огласки вербовку в этой колонии остановили, а Бакаев написал в адвокатском опросе, что «не собирается участвовать в каких-либо военных действиях», а «наличие какой-либо его подписи на документах, связанных с военной службой, будет являться принуждением».

В июле этого года заключённый с адвокатом начали обжаловать приговор и готовились к суду присяжных. Бакаев на войну всё так же не собирался, о чём говорил знакомым. Однако 31 июля он внезапно сообщил сестре, что подписал контракт, после чего связь с ним пропала. Куда направили Бакаева — неизвестно, как и обстоятельства подписания контракта.

Заключённые и их родственники неоднократно жаловались на принуждение, создание невыносимых условий, отправку в ШИЗО, побои, пытки и угрозы изнасилования с целью заставить их подписать контракт. Со временем методы становились только жёстче, а зэков — всё меньше, но власти объясняют это «гуманизацией» законодательства.

🤩 — подпишись

«Если женщины оказались на войне, это признак того, что в стране очень хреново»

Минобороны пыталось создать экспериментальные подразделения из женщин, завербованных в колониях, выяснило издание «Вёрстка». Заключённых набирали на контракт якобы на год для тактической медицины — вытаскивать раненых с передовой и оказывать им первую помощь, а также эвакуировать тела погибших. На войне женщины ожидаемо оказались в аду.

Первую группу, набранную в 2024 году, даже не подготовили — большинство женщин быстро погибли даже не при выполнении боевых задач, рассказал сотрудник ведомства: «Сами себя повыпиливали, пьяный самострел, гранату в блиндаж, от наркотиков кто-то загнулся, кого-то из ревности убили». Второй набор обучали опытные «вагнера», но и те были шокированы, когда узнали, что работать придётся с женщинами.

«Вообще если женщины оказались на войне, это признак того, что в стране очень хреново. Если бы я был командиром и мне бы сказали, что сейчас привезут в моё подразделение женщин — я бы открещивался как мог», — говорил один из инструкторов.

Среди этих заключённых была Людмила Полтаракова, отбывающая длительный срок за сбыт — она записывала обращение с требованием вернуть её в колонию и сообщала об изнасиловании. В тексте есть вся история Людмилы. Она уже полтора года остаётся на передовой, выжив после двух ранений и преследования со стороны командования. Сейчас, вместо командира-насильника, завели уголовное дело на неё саму.

Как и Людмила, почти все завербованные заключённые столкнулись с насилием, а также с поборами и угрозами обнуления. Часть из них отправили работать в госпитали, а другую часть — на передовую, где женщинам угрожали не только дроны.

«Злоупотребление началось сразу же… Первый же комбат, который пришёл к нам, сказал, что может отправить нас на передовую, где тут же гибнут, а может сохранить при госпитале. Но для этого девушки должны к нему прийти ночью», — вспоминает одна из них.

Больше всего шокирует, что после насилия или во время отношений, которые завязывались по взаимному согласию, девушки беременели, но даже в этом случае контракт с ними не расторгали. Они продолжали выполнять тяжёлую работу в положении, а родившихся детей отбирали и отправляли родственникам.

Оставшиеся в живых начали понимать, что срок заключения в колонии у них вышел, а с войны их никто не отпустит. Собеседники издания сообщают, что эксперимент в итоге свернули как провальный и неуправляемый, но женщин Минобороны и сейчас зазывает «в беспилотные войска» — даже юных студенток от 18 лет.

🤩 — подпишись