Магия Истины

Давайте расставим точки над i в вопросах финансовой нечистоплотности Лины Булатниковой. В её человеческой нечистоплотности они уже расставлены, там всё предельно ясно. 

Теперь про деньги:
1). У меня нет оснований утверждать, что она воровала деньги, собранные на производство дронов "Мурзолёт". Теперь, когда всплыли эти записи, подозрения, конечно, усилились, но это всё ещё не факты.
2). Фактами они смогут стать, если люди, которые донатили ей на дроны, поинтересуются у самой Лины судьбой своих донатов. Что на них было произведено, в какие подразделения отправлено (ну по аналогии с тем, какие отчёты о выдачах выкладываем мы). Мы со многими подразделениями взаимодействуем, сможем проверить её информацию. Если Лина будет удалять такие вопросы от тех, кто ей отправлял деньги - это и будет, по сути ответ.
3). Также фактами подозрения смогут стать, если люди, отправлявшие ей деньги, напишут заявление в следственные органы по факту возможного мошенничества, и следственные органы проведут проверку и подтвердят или опровергнут подозрения. 

Претензии ко мне, что нужно было рассказать всё раньше, а не просто перестать репостить её сборы осенью 2024-го, я принимаю. Но, повторюсь, до недавнего времени речь шла о необязательности и неадекватном поведении Лины, как это описано выше, а не о том, что она может что-то украсть и, вполне возможно, так и делает. Если я буду о каждом встреченном необязательном или странном человеке писать - это надо бросить работу и заниматься только этим.

И, конечно, никто и близко не мог предположить, что Булатникова делает то, что присутствует на опубликованном недавно аудио - клевещет, выдумывает и распространяет фейки и сплетни обо всех нас, включая покойного Мурза. А также напрямую взаимодействует с людьми, которые довели Мурза до смерти и с их прокси (например, Оксану Кобелеву), с целью координированной информационной атаки.

Предыдущее

Пик ситуации пришелся на момент укропского вторжения в Курск в августе 2024-го года, когда я вместе с группой своих связистов экстренно убыл на Курск. Тогда снова Булатникова перестала отвечать уже на мои на звонки и сообщения. Я пожал плечами и решил, что если она в одностороннем порядке прекращает взаимодействие, то я не буду её ни удерживать, ни уговаривать, ни прогонять.

Дело в том, что можно было бы, конечно, вынести ситуацию в публичное поле, но поскольку Булатникова боится настоящей публичности, когда за слова и дела приходится отвечать — она бы снова и снова начала рассказывать, что она не она, что были непреодолимые препятствия и что всё нормально. И эта санта-барбара могла бы бесконечно затянуться.

У меня же есть свой и достаточно богатый опыт работы, который говорит мне, что самое хреновое в работе с людьми — это когда они начинают морозиться и врать. После этого работу с такими людьми надо сворачивать. Что я и сделал.

Поэтому я не стал требовать с Булатниковой отчеты за 70 дронов публично. Я посчитал, что, если у неё есть хоть какие-то совесть и понятия — она сама с этим отчетом должна прийти первой. Ибо это — вопрос соблюдения договоренностей (см.выше).

Но — СПОЙЛЕР! — она так и не пришла. Один из моих замов, Новатор, до последнего в Лину верил, и даже поехал в Ростов — специально, чтобы обсудить с ней новые условия. Она, как и обычно, не ответила ему ни да, ни нет. Впрочем, он сам об этом возможно расскажет.

Далее об этих проблемах я сообщил Татьяне Николаевне, которая вообще и о чём не подозревала, поскольку Лина прекрасно общалась с ней как ни в чём не бывало. Мы решили, что Лина — просто безответственная зумерша, ленивая, неспособная на институциональное строительство (с) Т.Н., неспособная отвечать за свои слова и действия, неспособная организовать людей и выдать результат, а главное —неспособная это признать. Но при этом — достаточно хитрая и артистичная, чтобы умело пускать пыль в глаза, которая из кожи вон лезет, чтобы казаться той, кем не является. Таковое не есть преступление, просто вот такой человек – ну, не тянет человек, бывает.

Также я сказал Татьяне, что работать с ней не хочу, и, наверное, уже не буду.

Что я, со своей стороны, выполнил свои обязательства перед Мурзом - погибшим другом и братом, и что он бы сейчас понял мою позицию. Как он это делал всегда.

Стал вопрос, что делать со сборами на «Мурзолеты», который проводит Татьяна. Татьяна сказала, что публичный разрыв отношений с Линой ударит по репутации Мурза, потому что это он за нее просил, и безгранично порадует охраноту, и поэтому она просто тихо уберёт её из списка проектов, а людям в частном порядке в боте будет объяснять, что наша команда с ней разошлись. Так и было сделано.

Пожалуй, на этом я закончу этот лонгрид, хотя есть еще много чего добавить в нюансах.

Скажу только, что, считая Булатникову просто безответственным человеком, который не оправдал мое доверие, и, по факту, доверие Мурза — я Булатникову врагом не считал. Я считал её человеком, который старался казаться тем, кем не является, который попытался поднять груз, который был ей не по силам, и при этом слишком закомплексованным и высокомерным, чтобы признаться в этом. Булатникова показала, что она — не человек Дела, каковой пыталась показаться и Мурзу, и мне, и всем остальным.

Но это — несмертельные грехи. Такое бывает. Этим объясняется мое долгое молчание, когда мне задавали по ней вопросы.

Но теперь, после прослушивания известных записей, я убедился, что, помимо этого, Ангелина Булатникова – лживая мразь и иуда, предавшая всё, что когда-то декларировала, и долгое время «в крысу», скрытно занимавшаяся откровенным вредительством людям, которые ей когда-то поверили.

Но подробнее об этом позже.
Продолжение следует.

С Линой Булатниковой нас познакомил Мурз. Осенью 2023 года. В Донецке, вскоре после своего знакомства с ней. Представил её мне как волонтера, которая помогает одному из артиллерийских подразделений 1-го Добровольческого корпуса. Один из представителей этого подразделения был с ними, и ему от меня были выданы телефоны с артблокнотами.

После этого мы с Булатниковой стали периодически общаться. В основном это общение тоже было связано с Мурзом, так как Мурз многие вещи по понятным причинам передоверял мне. Где-то в декабре 2023-го Лина пожаловалась мне, что обратилась к Мурзу с проектом по изготовлению дронов, Мурз обратился к Акелле в КЦПН, а Акелла в этом отказал.

Я попросил её изложить, что это за проект. Она его описала — выслушав ее, я высказал тогда свою оценку: производство FPV-дронов-камикадзе — проект крайне затратный,  требующий постоянных серьезных средств на поддержание. Тянуть такое на системном уровне за донаты – нецелесообразно. Потом ко мне обратился уже Мурз. И попросил меня помочь Лине с этим проектом со словами: «Главное — начать, а там посмотрим, что получится».

Тут надо сразу немного отойти в сторону. Андрей и женщины – это отдельная глубокая тема. Андрей был — без преувеличения — рыцарем и спасателем. Как в романах Вальтера Скотта или Рафаэля Сабатини. И когда он видел женщину в беде или даже просто испытывающую некие затруднения — он всегда старался помочь. Часто — даже откладывая дела. Часто — сильно рискуя. Например, многие помнят историю из его молодости, когда они вдвоем дрались против 5-х в Москве, просто спасая прохожую,  т.е. какую-то вообще незнакомую ему женщину — от приставания гопников. Таков он был.

К чему это я? К тому, что помочь женщине в беде для него было просто делом Чести и Принципов, и (сколько я его помню) такие ситуации никогда не носили никакой иной коннотации и интересов, кроме самых прямых – «просто помочь, потому что так надо». И помогал он им не потому, что это были ЕГО женщины, а потому что – см. выше.

Для меня же Андрей был больше, чем другом — он был братом. Просил (именно просил) он меня редко, и поэтому, когда просил — это сразу становилось для меня задачей первого приоритета. Поэтому еще в декабре я позвонил Лине и начал думать, как это все запустить. Сошлись на том, что я просто дам буст её проекту. Условно: мы оплачиваем и покупаем комплектующие на 100 дронов  (на тот момент, из заказанного Линой это стоило около 2-2,3 млн рублей). 

Далее она с её командой собирает дроны. Тестит их. Доводит их до приемлемого качества. Далее партиями по 10 шт. они выдаются в подразделения. Подразделения мы согласуем с ней вдвоем. Далее подразделения присылают видео боевой работы. Идет PR, в котором я и Мурз тоже участвуем — с реквизитами её карт идёт сбор средств на дальнейшую закупку комплектующих, которые закупать будет уже она сама и ее люди. После выдачи 100 дронов я из проекта выхожу и помогаю лишь информационно и PRом.

Важное также! Я изначально выдаю не деньги, а закупаю комплектующие (те, которые она укажет) и никак не лезу в проект на микро-контроле. Меня интересует только конечный результат с произведенными дронами. С другой стороны, если она просит помочь – конечно, тоже в помощи не откажем.

В итоге: Лина получает буст своего проекта, с которым она везде бегает, подразделения получают FPV-дроны, которые используются для уничтожения противника, Мурз помогает «женщине-в-беде», я — помогаю Мурзу = еще один кирпич в фундамент победы, т.е. все выигрывают. 100 дронов, кто понимает – это немало, но по меркам фронта – это ничто, 3-4 дня работы среднего расчета. Но 2 млн. – это все же деньги, за которые надо отчитаться.

Сказано — сделано, комплектующие пошли в закупку. Это было еще при жизни Мурза. В целом по раннему взаимодействию с Булатниковой "ничего не предвещало". Свой недостаток технических знаний она компенсировала рекрутингом людей, среди которых были довольно неплохие специалисты. На ней же были в основном руководяще-менеджерские функции.

Все, что меня интересовало — это просто результат.

Продолжение