Строительный юридический форум dan repost
Колонка председателя Оргкомитета СЮФ
Почему право на стройке должно говорить на языке денег, сроков и технологий
В строительстве существует любопытная профессиональная иллюзия: если договор составлен подробно, риски проекта находятся под контролем.
Но стройка живет не только в договоре. Она зависит от готовности комплектов РД и фронта работ, поставок, последовательности СМР, критического пути и решений, которые принимаются быстрее, чем оформляются дополнительные соглашения.
Можно возложить на подрядчика ответственность за срыв срока. Но если заказчик поздно передал РД, не обеспечил строительную готовность или долго согласовывал замену оборудования, ссылка на конечную дату мало что объясняет.
Для квалификации нарушения этого, возможно, достаточно. Для управления проектом — нет.
Необходимо установить, какое событие действительно повлияло на критический путь, возник ли простой и какие смежные работы оказались заблокированы.
Особенно хорошо это видно на дополнительных работах.
Юристы обычно начинают анализ с того, соблюден ли порядок уведомления и согласования. Строители с того, можно ли продолжать работы без изменения проектного решения. Финансисты с вопроса, из какого источника оплачивать возникший объем.
Все три вопроса правильные. Проблемы начинаются тогда, когда на них отвечают независимо друг от друга.
Отказ согласовать дополнительную работу может быть юридически обоснован. Но если без нее нельзя закрыть контур здания, провести испытания или запустить следующего подрядчика, цена такого отказа измеряется уже не стоимостью спорного объема. К ней добавляются простой, нарушение последовательности работ, удорожание ресурсов и перенос срока ввода объекта.
Обратная ситуация не лучше. Решение «сначала выполнить, потом оформим» сохраняет темп на площадке, но уничтожает доказательственную базу. Через полгода стороны спорят уже не о цене работ, а о том, давалось ли поручение вообще.
Строительный юрист не обязан составлять ППР или рассчитывать календарно-сетевой график. Но он должен понимать, где находится спорная операция, что от нее зависит и каким документом инженерное решение превращается в обязательство сторон.
Поэтому сильная правовая функция спрашивает не только, кто несет риск, но и сколько он стоит, когда реализуется и может ли сторона реально им управлять.
Право на стройке должно говорить на языке денег, сроков и технологий не ради модной междисциплинарности.
Это необходимо по более прозаической причине: другого языка строительный проект просто не понимает.
Об этом будем говорить 17 сентября на Строительном юридическом форуме.
Почему право на стройке должно говорить на языке денег, сроков и технологий
В строительстве существует любопытная профессиональная иллюзия: если договор составлен подробно, риски проекта находятся под контролем.
Но стройка живет не только в договоре. Она зависит от готовности комплектов РД и фронта работ, поставок, последовательности СМР, критического пути и решений, которые принимаются быстрее, чем оформляются дополнительные соглашения.
Можно возложить на подрядчика ответственность за срыв срока. Но если заказчик поздно передал РД, не обеспечил строительную готовность или долго согласовывал замену оборудования, ссылка на конечную дату мало что объясняет.
Для квалификации нарушения этого, возможно, достаточно. Для управления проектом — нет.
Необходимо установить, какое событие действительно повлияло на критический путь, возник ли простой и какие смежные работы оказались заблокированы.
Особенно хорошо это видно на дополнительных работах.
Юристы обычно начинают анализ с того, соблюден ли порядок уведомления и согласования. Строители с того, можно ли продолжать работы без изменения проектного решения. Финансисты с вопроса, из какого источника оплачивать возникший объем.
Все три вопроса правильные. Проблемы начинаются тогда, когда на них отвечают независимо друг от друга.
Отказ согласовать дополнительную работу может быть юридически обоснован. Но если без нее нельзя закрыть контур здания, провести испытания или запустить следующего подрядчика, цена такого отказа измеряется уже не стоимостью спорного объема. К ней добавляются простой, нарушение последовательности работ, удорожание ресурсов и перенос срока ввода объекта.
Обратная ситуация не лучше. Решение «сначала выполнить, потом оформим» сохраняет темп на площадке, но уничтожает доказательственную базу. Через полгода стороны спорят уже не о цене работ, а о том, давалось ли поручение вообще.
Строительный юрист не обязан составлять ППР или рассчитывать календарно-сетевой график. Но он должен понимать, где находится спорная операция, что от нее зависит и каким документом инженерное решение превращается в обязательство сторон.
Поэтому сильная правовая функция спрашивает не только, кто несет риск, но и сколько он стоит, когда реализуется и может ли сторона реально им управлять.
Право на стройке должно говорить на языке денег, сроков и технологий не ради модной междисциплинарности.
Это необходимо по более прозаической причине: другого языка строительный проект просто не понимает.
Об этом будем говорить 17 сентября на Строительном юридическом форуме.