Дом Книги

Кортадо — эспрессо с капелькой вспененного молока — то, что надо. Пять минут до спуска на станцию, семнадцать — три остановки, — еще пять на подъем, девять минут до сада. Марина взглянула на наручные часики: она возьмет капучино в ларьке на углу, тринадцать минут до студии, эфир ровно в девять, она успевает — как всегда. Если ритм будет сбоить, она заметит.

У нее внутри тикает. Всегда. Время. Она чувствует его всем телом.

Под самым красивым хвостом павлина скрывается самая обычная куриная жопа. Так что меньше пафоса, господа.

Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на диеты, жадных мужчин и плохое настроение.

Всю жизнь я страшно боюсь глупых. Особенно баб. Никогда не знаешь, как с ними разговаривать, не скатываясь на их уровень.

Есть люди, в которых живет Бог, есть люди, в которых живет дьявол, а есть люди, в которых живут только глисты.

Если женщина идет с опущенной головой – у нее есть любовник! Если женщина идет с гордо поднятой головой – у нее есть любовник! Если женщина держит голову прямо – у нее есть любовник! И вообще – если у женщины есть голова, то у нее есть любовник.

В моей старой голове две, от силы три мысли, но они временами поднимают такую возню, что кажется, их тысячи.

«Какой смысл умываться по утрам? Чтобы быть бодрым? А какой смысл быть по утрам бодрым? Какой вообще смысл быть по утрам?»

«Зови меня Хозяин. Не ошибешься».

«Кто лучше старого ворона может знать, что такое одиночество».