🇪🇺Еврокомиссия провела второе в этом году крупное заимствование на рынках и привлекла 11 млрд евро через выпуск общеевропейских облигаций.
∙Сделка прошла в формате синдицированного размещения: несколько крупных банков (Goldman Sachs, JP Morgan, Natixis, NatWest, Nordea) собрали заявки от инвесторов по всему миру и «распродали» бумаги в один день. Спрос превысил предложение примерно в 15–17 раз по каждому из выпусков.
∙Фактически, это доразмещение уже существующих облигаций ЕС. Дополнительно продали 6 млрд евро 7‑летних бумаг с погашением в 2032 году и 5 млрд евро 20‑летних с погашением в 2045‑м.
∙Все привлечённые средства идут в общий «котёл» единой схемы фондирования ЕС. Из него финансируются программы NextGenerationEU (пост‑ковидное восстановление, зелёная и цифровая трансформация) и разные инструменты помощи, включая поддержку Украины.
∙По сути, Брюссель выступает как общий заемщик для стран-членов, набирая долги под единым флагом ЕС дешевле и стабильнее, чем национальные правительства по отдельности.
∙Для юга и востока это шанс занимать дешевле и получать гранты в обмен на реформы — фактически с дополнительным уровнем надзора из Брюсселя. Для севера (Германия, Нидерланды, Скандинавия) — риск ползучей фискальной федерализации: общий долг превращает их в доноров, а Еврокомиссию — в центр принятия решений, который всё активнее влияет на то, как выглядят национальные бюджеты, даже если формально их по‑прежнему утверждают национальные парламенты.
Общий долг ЕС формально не отнимает у стран контроль над их бюджетами, но создаёт долгосрочные общие обязательства, которые в итоге оплачиваются из национальных денег — через взносы в бюджет ЕС или новые общеевропейские налоги. Чем больше таких займов, тем бо́льшая часть фискального пространства стран оказывается заранее «зарезервированной» под обслуживание общего долга, а не под национальные приоритеты.
@econopocalypse
∙Сделка прошла в формате синдицированного размещения: несколько крупных банков (Goldman Sachs, JP Morgan, Natixis, NatWest, Nordea) собрали заявки от инвесторов по всему миру и «распродали» бумаги в один день. Спрос превысил предложение примерно в 15–17 раз по каждому из выпусков.
∙Фактически, это доразмещение уже существующих облигаций ЕС. Дополнительно продали 6 млрд евро 7‑летних бумаг с погашением в 2032 году и 5 млрд евро 20‑летних с погашением в 2045‑м.
∙Все привлечённые средства идут в общий «котёл» единой схемы фондирования ЕС. Из него финансируются программы NextGenerationEU (пост‑ковидное восстановление, зелёная и цифровая трансформация) и разные инструменты помощи, включая поддержку Украины.
∙По сути, Брюссель выступает как общий заемщик для стран-членов, набирая долги под единым флагом ЕС дешевле и стабильнее, чем национальные правительства по отдельности.
∙Для юга и востока это шанс занимать дешевле и получать гранты в обмен на реформы — фактически с дополнительным уровнем надзора из Брюсселя. Для севера (Германия, Нидерланды, Скандинавия) — риск ползучей фискальной федерализации: общий долг превращает их в доноров, а Еврокомиссию — в центр принятия решений, который всё активнее влияет на то, как выглядят национальные бюджеты, даже если формально их по‑прежнему утверждают национальные парламенты.
Общий долг ЕС формально не отнимает у стран контроль над их бюджетами, но создаёт долгосрочные общие обязательства, которые в итоге оплачиваются из национальных денег — через взносы в бюджет ЕС или новые общеевропейские налоги. Чем больше таких займов, тем бо́льшая часть фискального пространства стран оказывается заранее «зарезервированной» под обслуживание общего долга, а не под национальные приоритеты.
@econopocalypse