ГЛУБЖЕ БАЙКАЛА

189 человек в больницах, а власти не могут договориться даже о том, откуда пришла инфекция.

После смерти пациентки от лёгочной чумы в Шелехове под наблюдение госпитализировали почти две сотни контактировавших: 114 человек в одной больнице, 63 в другой, ещё 12 - в противочумном НИИ. Сейчас устанавливают и тех, кто контактировал уже с самими госпитализированными.

Параллельно развернулся спор о происхождении заразы. ТАСС со ссылкой на зампрезидента Российской академии образования Геннадия Онищенко сообщил, что погибшая вернулась в родной регион из Бурятии. Глава республики Алексей Цыденов это опроверг: женщина Бурятию не посещала, очагов чумы в республике нет, в том числе на границе с Монголией, а источник заражения связан с "иными обстоятельствами".

Пока федеральный чиновник говорит одно, глава республики прямо противоположное, двести человек лежат под наблюдением и слушают, как начальство выясняет, чем они заболели.

🦭Подписывайся на "Глубже Байкала" — канал о настоящей жизни Бурятии.⚡️

⚠️В Иркутской области возможно появилась чума. В больнице Шелехова умерла пациентка, учреждение закрыли на карантин, а что за инфекция — официально не говорят.

С 1 октября Центральная районная больница Шелехова в Иркутской области не принимает новых пациентов и не выписывает находящихся внутри. Карантин введён из-за опасной инфекции, название которой власти не раскрывают. Глава Шелеховского района Максим Модин, объявив о карантине, обещал подробности во второй половине дня.

Остальное — на уровне версий и неофициальных источников. В местных пабликах предполагают, что речь о чуме, комментаторы ссылаются на знакомых среди медиков и в ведомствах. Сообщается, что погибшая прилетела из Таиланда и лежала с лёгочной чумой. По информации горожан, девушка поступила с признаками пневмонии, находилась на ИВЛ, а заразиться могла на работе — её якобы укусила лабораторная крыса в Иркутском противочумном институте. Жители также пишут о прибывшей из Москвы проверке и о том, что в детских садах раздали маски и перчатки. 

Утром ситуацию обсуждали на срочном заседании в правительстве области, губернатор Игорь Кобзев сообщил, что во встрече участвовала главный санитарный врач страны Анна Попова.

Срочное совещание с участием главного санврача страны и проверка из Москвы — это уровень реагирования, который не разворачивают из-за рядового случая. При этом название инфекции людям не сообщают. 
Люди сегодня не знают точно, что происходит, но знают, что им чего-то не говорят. 

🦭Подписывайся на "Глубже Байкала" — канал о настоящей жизни Бурятии.⚡️

Медведи в Бурятии виноваты. Минприроды России виновато. Местная власть — просто рядом стояла.

Провластные медиа начали массово писать о нападениях хищников: гибель людей, прогнозы ухудшения, требование срочных и жёстких мер. Виновник назван прямо — политика федерального Минприроды, которое ограничило охотников в правах и сделало добычу медведя невыгодной. В Народном Хурале призывают изменить правила и рассказать Москве, как из-за «заботы о природе» в регионах гибнут люди.

Чего в этих текстах нет? Нет ни слова о том, почему медведь вообще идёт к человеку. Нет вырубок, из-за которых зверь теряет кормовую базу. Нет стихийных свалок у посёлков, работающих как круглосуточная столовая. Нет напоминания, что свалки — ответственность муниципалитетов. Нет имени ни одного местного чиновника.

Схема простая. Когда проблему видно всем и замолчать её нельзя, назначают виноватого подальше — такого, до которого читатель не дотянется и который не ответит. Минприроды России удобно: оно в Москве, местную прессу не читает. Назвать вместо него главу района или республиканское ведомство — совсем другой жанр и совсем другие последствия для редакции.

Что же случилось на сессии Хурала? Депутат Тумэн Дондоков выступил с обращением о медведях. Цифры он привёл серьёзные: с начала года в республике добыто более 200 бурых медведей, по данным госмониторинга в Бурятии обитает 6113 особей, а в сентябре погибли два человека — 7 сентября житель села Хуртаган в Закаменском районе, через два дня на тропе испытаний в Баргузинском районе нашли тело 61-летнего туриста.

Претензии депутата адресованы федеральному законодательству. Разрешение на добычу действует 30 дней при сезоне в 184 дня, потом процедуру нужно проходить заново и платить снова. Сбор за добычу медведя — 3 тысячи рублей плюс пошлина 650. Применять оружие в населённых пунктах и в 200-метровой зоне вокруг них запрещено, даже если зверь зашёл в дом. Итог — добывается лишь 20% от установленного лимита. Дондоков обратился к сенатору Александру Варфоломееву и депутатам Госдумы от Бурятии: вернуть разрешение на весь сезон, снизить сборы, разрешить отстрел в сёлах при прямой угрозе. Бурприроднадзор ещё 28 августа направил в Минприроды России аналогичное письмо.

Что республика при этом сделала сама: 24 бригады охотников, рейды с полицией и Росгвардией, запрет массовых мероприятий у леса, закрытые туристические тропы, рекомендация не выходить к лесу в темноте, вознаграждение за добытого медведя поднято с 6 до 15 тысяч рублей.
Теперь о том, почему эта риторика появилась именно сейчас. Два погибших за сентябрь — это тот рубеж, после которого молчать нельзя: люди в районах задают вопросы прямо, и ответ «ситуация на контроле» больше не работает. Нужна версия произошедшего, в которой есть виновный, — и версия нашлась максимально удобная. Минприроды России.

Но сам разговор идёт не о причинах, а о патронах. Отстрел — мера быстрая, наглядная и полностью зависящая в данный момент от Москвы: разрешат — отчитаемся, не разрешат — виноваты они.

Удобная конструкция, в которой наша местная власть не проигрывает ни при каком исходе.

🦭Подписывайся на "Глубже Байкала" — канал о настоящей жизни Бурятии.⚡️

Свалка на 14,8 гектара обошлась администрации в 50 тысяч рублей — это 3,4 тысячи за гектар отравленной земли.

Сразу две истории за неделю, и обе про одно и то же.
Первая — Заиграевский район. Специалисты Россельхознадзора по Иркутской области и Бурятии нашли нелегальную свалку твёрдых коммунальных отходов на землях сельхозназначения. Площадь — 14,8 гектара. Это участок, предназначенный для того, чтобы на нём что-то росло. Администрации городского поселения «Онохойское» выдали предписание убрать отходы, но убирать никто не стал. Тогда надзорное ведомство инициировало привлечение администрации к ответственности по ч. 25 ст. 19.5 КоАП — неисполнение в срок законного предписания органа госнадзора. Суд назначил штраф 50 тысяч рублей.

Вторая — Кабанский район. Восточно-Байкальская межрайонная природоохранная прокуратура обследовала свалку бытовых отходов в посёлке Селенгинск. В земляных углублениях на площади около 3,5 тысячи квадратных метров обнаружили субстанцию с продуктами нефтяного происхождения. Природоохранный прокурор обратился в суд с иском к органу местного самоуправления — то есть снова к администрации.

Обратите внимание на общую конструкцию. В обоих случаях нарушитель — не безымянный частник с самосвалом, а местная власть. В обоих случаях нарушение выявили не они сами, а надзорные органы со стороны. И в обоих случаях механизм один: предписание, игнор, суд.
Теперь про цену вопроса. 50 тысяч рублей за 14,8 гектара — это 3 378 рублей за гектар. Средняя семья в Улан-Удэ отдаёт сопоставимую сумму за месяц отопления. Для администрации это не наказание, а строчка в смете: заплатить штраф дешевле и проще, чем вывозить и утилизировать тысячи тонн мусора. Как рационально!

А платим за всё это мы. В квитанции есть строка за обращение с ТКО, и она растёт вместе с остальными тарифами — с 1 октября коммуналка в республике дорожает почти на 9%, а к 2029 году платёж вырастет на 60%. Деньги за вывоз мусора собираются исправно. Мусор при этом оказывается на сельхозземле и в яме с нефтепродуктами в тридцати километрах от Байкала.

И круг замыкается там, где мы его уже видели. Помните 34 обращения о медведях за сутки? Медведь приходит к людям не из вредности — он приходит на запах. Стихийная свалка у посёлка работает как круглосуточная столовая для хищника. Дальше выезжают охотинспекторы с бригадами, и зверя отстреливают. Причину при этом никто не убирает — она просто получает штраф в 50 тысяч и остаётся лежать на месте.

Схема региональной власти выглядит так: проблему создаёт местная администрация, обнаруживает её федеральный надзор, оплачивает штраф бюджет того же поселения, то есть опять налогоплательщик, а последствия разгребают жители — те, кто дышит, пьёт воду и встречает медведя у ограды. Ответственности в этой цепочке нет ни у кого.

Пока штраф за 14,8 гектара свалки для администрации стоит столько, свалки будут появляться снова и снова.

🦭Подписывайся на "Глубже Байкала" — канал о настоящей жизни Бурятии.⚡️