# Что на самом деле происходит
🛒 E-commerce в России входит в эпоху правил
Российский e-commerce продолжает расти, но главный процесс сейчас происходит не в оборотах маркетплейсов. Государство формирует правила платформенной экономики — и постепенно меняет конструкцию рынка.
📈 Доля e-commerce в российской рознице в 2026 году может достичь 25%.
Для сравнения: по итогам 2025 года рынок вырос на 28%, до 11,5 трлн рублей, а его доля в рознице достигла 18,8%.
Одновременно готовится новый пакет регулирования, а с 1 октября 2026 года вступает в силу закон о платформенной экономике.
Маркетплейсы из быстрорастущего сегмента торговли превращаются в инфраструктурный слой экономики, для которого государство устанавливает отдельные правила.
⚖️ Что меняется.
Новый пакет регулирования затрагивает скидки, ценообразование, возвраты и ответственность участников. В дорожной карте до 2027 года — защита платежей, прозрачность скидок, единая цена и более понятные правила возврата товаров.
Повестка смещается от «как развивать онлайн-торговлю» к «как должна быть устроена среда, в которой работают платформы, продавцы и покупатели».
И здесь возникает главный конфликт. Для государства регулирование должно сделать рынок более прозрачным. Для платформ — это новые ограничения и издержки. Для продавцов — изменение экономики работы с площадками. Для покупателей последствия могут проявиться в цене и ассортименте.
Вопрос регулирования становится вопросом о том, кому достанется стоимость новой модели.
📦 E-commerce — это уже не только цифра.
Последние события показали уязвимость физической инфраструктуры: перебои на складах Wildberries и Ozon привели к потерям товаров и вновь поставили вопрос об устойчивости логистической системы.
За цифровым интерфейсом стоят склады, сортировочные центры, ПВЗ, транспорт и платежная инфраструктура. Чем больше становится e-commerce, тем сильнее проблемы этой инфраструктуры влияют на экономику торговли в целом.
🏬 Что делает бизнес.
Продавцы начинают снижать зависимость от крупнейших платформ: растёт интерес к собственным интернет-магазинам и гибридным моделям продаж.
В 2025 году было зарегистрировано 9 755 новых e-commerce-доменов — на 12% больше, чем годом ранее. При этом полноценный собственный интернет-магазин есть лишь примерно у 5% селлеров.
Это не обязательно означает уход с маркетплейсов. Скорее формируется другая модель: маркетплейс становится одним из каналов продаж, а не единственной торговой инфраструктурой бизнеса.
💰 Следующий вопрос — экономика.
Стоимость присутствия на платформах растёт. Во II квартале 2026 года совокупная нагрузка на продавцов с учётом комиссий и логистики оценивалась примерно в 47,8% стоимости товара на Ozon и 42,7% на Wildberries.
По оценкам участников рынка, рентабельность селлеров за это время сократилась втрое. Поэтому следующий этап — проверка новых правил реальной экономикой. Важно будет увидеть, как они повлияют на комиссии, цены, ассортимент, возвраты, логистику и маржинальность продавцов. Именно здесь станет понятно, удалось ли через регулирование создать более устойчивый рынок или часть новых издержек просто переместится от платформ к продавцам и покупателям.
🏛 Главное.
Российский e-commerce входит в фазу институционализации.
Сначала главным было масштабирование платформ. Затем — борьба за продавцов, покупателей и инфраструктуру. Теперь начинается этап, когда государство определяет правила платформенной экономики, а бизнес и платформы ищут в них устойчивую модель.
Поэтому главный вопрос уже не только в том, кто станет крупнейшим маркетплейсом.
Вопрос в том, какую модель платформенной экономики Россия в итоге создаст — и кто будет нести её стоимость.
🛒 E-commerce в России входит в эпоху правил
Российский e-commerce продолжает расти, но главный процесс сейчас происходит не в оборотах маркетплейсов. Государство формирует правила платформенной экономики — и постепенно меняет конструкцию рынка.
📈 Доля e-commerce в российской рознице в 2026 году может достичь 25%.
Для сравнения: по итогам 2025 года рынок вырос на 28%, до 11,5 трлн рублей, а его доля в рознице достигла 18,8%.
Одновременно готовится новый пакет регулирования, а с 1 октября 2026 года вступает в силу закон о платформенной экономике.
Маркетплейсы из быстрорастущего сегмента торговли превращаются в инфраструктурный слой экономики, для которого государство устанавливает отдельные правила.
⚖️ Что меняется.
Новый пакет регулирования затрагивает скидки, ценообразование, возвраты и ответственность участников. В дорожной карте до 2027 года — защита платежей, прозрачность скидок, единая цена и более понятные правила возврата товаров.
Повестка смещается от «как развивать онлайн-торговлю» к «как должна быть устроена среда, в которой работают платформы, продавцы и покупатели».
И здесь возникает главный конфликт. Для государства регулирование должно сделать рынок более прозрачным. Для платформ — это новые ограничения и издержки. Для продавцов — изменение экономики работы с площадками. Для покупателей последствия могут проявиться в цене и ассортименте.
Вопрос регулирования становится вопросом о том, кому достанется стоимость новой модели.
📦 E-commerce — это уже не только цифра.
Последние события показали уязвимость физической инфраструктуры: перебои на складах Wildberries и Ozon привели к потерям товаров и вновь поставили вопрос об устойчивости логистической системы.
За цифровым интерфейсом стоят склады, сортировочные центры, ПВЗ, транспорт и платежная инфраструктура. Чем больше становится e-commerce, тем сильнее проблемы этой инфраструктуры влияют на экономику торговли в целом.
🏬 Что делает бизнес.
Продавцы начинают снижать зависимость от крупнейших платформ: растёт интерес к собственным интернет-магазинам и гибридным моделям продаж.
В 2025 году было зарегистрировано 9 755 новых e-commerce-доменов — на 12% больше, чем годом ранее. При этом полноценный собственный интернет-магазин есть лишь примерно у 5% селлеров.
Это не обязательно означает уход с маркетплейсов. Скорее формируется другая модель: маркетплейс становится одним из каналов продаж, а не единственной торговой инфраструктурой бизнеса.
💰 Следующий вопрос — экономика.
Стоимость присутствия на платформах растёт. Во II квартале 2026 года совокупная нагрузка на продавцов с учётом комиссий и логистики оценивалась примерно в 47,8% стоимости товара на Ozon и 42,7% на Wildberries.
По оценкам участников рынка, рентабельность селлеров за это время сократилась втрое. Поэтому следующий этап — проверка новых правил реальной экономикой. Важно будет увидеть, как они повлияют на комиссии, цены, ассортимент, возвраты, логистику и маржинальность продавцов. Именно здесь станет понятно, удалось ли через регулирование создать более устойчивый рынок или часть новых издержек просто переместится от платформ к продавцам и покупателям.
🏛 Главное.
Российский e-commerce входит в фазу институционализации.
Сначала главным было масштабирование платформ. Затем — борьба за продавцов, покупателей и инфраструктуру. Теперь начинается этап, когда государство определяет правила платформенной экономики, а бизнес и платформы ищут в них устойчивую модель.
Поэтому главный вопрос уже не только в том, кто станет крупнейшим маркетплейсом.
Вопрос в том, какую модель платформенной экономики Россия в итоге создаст — и кто будет нести её стоимость.