Реки державинской стремление
с змеящимися в ней хвощами.

На берегах её — в творение
мы верили и обещали.

Как будто запасались загодя
всем тем, что трудно приумножить,

планктон искристый в тёмных заводях
веслом стараясь не тревожить.

По молодости барским вызовом
казалось нам под облаками,

что было некогда записано
на аспидной доске мелками.

II
Теперь острей чутьё звериное
после бутылки на веранде.

Нудьё артельное пчелиное
слышнее в блекнущей лаванде.

По-августовски оголённую,
доступную дождю и зною,

люблю подругу обретённую,
уже теряемую мною,

и разумею очевидное:
у долгой жизни есть заданье

вернуть себя в допервобытное
космическое состоянье.