Сидели стенали давеча с подругой о тяжком житие-бытие в офисе и проносящейся рядом жизни нашей молодой и тут ей вспомнились времена её работы стюардессой. Далее с её слов:
Был у нас коллега один, стюард. Парень, надо сказать, специфичный, с едким чувством юмора и отсутствием субординации, ибо слал он в пешее эротическое в случае своего недовольства всех и вся - и наглых пассажиров и высокомерных командиров, как-то, видимо, не его это было - тележку по салону весь день толкать с выражением лица "улыбаемся и машем". И как-то видимо в один прекрасный день, точнее полёт, терпение его лопнуло. Выслушав очередное хамство от какого-то пузана из бизнес-класса, паренек, на удивление остальных, не выругался и до места назначения летел со спокойствием удава. Как только самолет коснулся земли и закончил руление, он молча достал из бара банку пива, открыл её, выпустил резиновый трап (что карается всеми смертными грехами) и скатился по нему с пивом в руке и ушёл в закат на глазах у изумлённой публики (шучу, в отдел кадров, писать по собственному желанию).
Кажется, у меня появился новый герой.
Был у нас коллега один, стюард. Парень, надо сказать, специфичный, с едким чувством юмора и отсутствием субординации, ибо слал он в пешее эротическое в случае своего недовольства всех и вся - и наглых пассажиров и высокомерных командиров, как-то, видимо, не его это было - тележку по салону весь день толкать с выражением лица "улыбаемся и машем". И как-то видимо в один прекрасный день, точнее полёт, терпение его лопнуло. Выслушав очередное хамство от какого-то пузана из бизнес-класса, паренек, на удивление остальных, не выругался и до места назначения летел со спокойствием удава. Как только самолет коснулся земли и закончил руление, он молча достал из бара банку пива, открыл её, выпустил резиновый трап (что карается всеми смертными грехами) и скатился по нему с пивом в руке и ушёл в закат на глазах у изумлённой публики (шучу, в отдел кадров, писать по собственному желанию).
Кажется, у меня появился новый герой.