Первое посещение «Фаренгейта» ещё связано с моим любимым рассказом Виктора Пелевина — «Хрустальный мир».
Дело в том, что клуб расположен недалеко от места, где улица Шпалерная заканчивается у Смольного. А в рассказе как раз два юнкера патрулируют Шпалерную, чтобы не пропустить древнего демона в этот самый Смольный. А жил я в тот приезд в месте, где Шпалерная начинается. И вот после «Фаренгейта» я решил прогуляться до дома по этой улице — от начала и до конца. Чтобы не было скучно, включил
аудиоверсию рассказа и таким образом телесно совпал с нарративом.
Сейчас пытаюсь понять, почему этот рассказ у меня любимый. И первое, что приходит на ум, — его атмосфера: Питер, ненастье, промозглость. Герои, которые в это неуютное время пытаются правильно расположиться на своих лошадях и скоротать время. Катастрофизм, наполняющий воздух вокруг: рассказ закончился, автоматически включились новости, и я как раз пришёл к началу Шпалерной.
И буква «Ш». Разговор героев строится вокруг антропософии Рудольфа Штейнера, который вдруг становится Освальдом Шпенглером и снова возвращается к Штейнеру. Шпалерная закручивает эту «Ш».
На концерте 3 октября «Алек Петук Оркестр» сыграет новую песню с альбома «Ветер и слезы» — «Кукла, колдун». Это будет премьера, весь альбом выйдет
16 октября. Она у меня ассоциируется как раз с Лёшей Омским, и там есть такие слова:
«Ш-ш-ш» — осыпается квартал
Снег как вата... вата... вата...
Я вот сижу и думаю: наверное эта навязывающая «Ш» с той прогулки по Шпалерной. Ну, будем прояснять.