Как корабль назовешь...
Я обожаю читать. Сейчас в рамках своего книжного клуба перечитываю Еву Эдит Эгер "Выбор", а в рамках сообщества Маркес "Август реальности" читаю Джеймса Клира "Атомные привычки".
Атомные привычки я намерено обходила стороной много лет. Я ненавижу слово «привычки» (писала об этом недавно), а «атомные» внутри превращались во взрывные, а мне такое вообще не надо. Но я так люблю Олю и доверяю ей, что вот я нахожу себя читающей Джеймса Клира. И местами мне удивительно откликается.
Например, он говорит о том, что вместо того, чтобы ставить цели лучше фокусироваться на системах. Я же еще со времен Секты всегда говорила, что результат от нас не зависит — это совокупность удачи и усилия. А вот усилие на 100% зависит от нас. Клир идет шире и предлагает держать фокус на системе действий. Согласна.
Еще одна идея, которая вызвала у меня резонанс связана с тем, что наша идентичность влияет на то, как мы действуем. У Джеймса Клира идентичность — это специфический класс убеждений: убеждения о том, кто я. Например, «я бросаю курить» означает: курение всё ещё принадлежит моей идентичности, а я сейчас пытаюсь ему сопротивляться. А вот «Я не курю» переносит отказ от сигареты из области усилия в область самосогласованности: закурить будет означать вступление в противоречие со своим представлением о себе.
Но он не предлагает просто заменить одну формулировку другой. Новая идентичность должна получить доказательства. Каждое новое действие попадает в копилку свидетельств за определённую версию себя; постепенно накопленные голоса меняют то, во что человек о себе верит.
Любопытно, что это часть переплелась у меня с другой потрясной книгой, которую я недавно слушала "Beyond belief" by Nir Eyal. Там убеждение — это модель реальности, которая определяет, что мы замечаем, как истолковываем происходящее и какое действие считаем возможным. «Я не умею быть последовательной» — не просто мнение о себе, оно заранее объясняет срывы, делает их более заметными и снижает вероятность следующей попытки. Эяль предлагает оценивать убеждения по тому, какое поведение они делают вероятным: одни лишают агентности, другие её увеличивают.
То есть Эяль в основном показывает движение сверху вниз:
А Клир добавляет движение снизу вверх:
И в этом месте в мою память ворвалась концепция из нарративной практики — наши убеждения формируют призму, через которую мы оцениваем свои действия. Те, которые согласованы с нашими убеждениями о себе вплетаются в нарратив, а те, которые отличаются — отбрасываются. Если я убеждена, что я человек, который ничего не доводит до конца, то все законченные проекты будут выброшены из истории, те, которые будут поддерживать это убеждение получать вес и усиливать убеждение.
Джеймс Клир предлагает начать действовать по-новому, чтобы усилить новую идентичность, а нарративная практика предлагает чуть посветить фонариком в прошлое и найти все те иистории, где я уже так проявлялась и эти действия мне доступны.
Получается три разных направления работы:
🧡У Нира Эяля: какое убеждение организует моё восприятие и ограничивает возможное?
🧡В нарративной практике: какие события моя доминирующая история исключила, обесценила или не связала между собой?
🧡У Джеймса Клира: какое маленькое действие даст дополнительное свидетельство предпочитаемой версии себя?
Я, кстати, не удержалась и залезла в науку ибо Клир как-то очень уж однозначно топит за то, что идентичность нужна для поддержания нужного поведения. Но наука скорее поддерживает формулировку:
Но не поддерживает:
Обожаю, когда мой мозг начинает плести косички из всего, что я читала и делала.
Я обожаю читать. Сейчас в рамках своего книжного клуба перечитываю Еву Эдит Эгер "Выбор", а в рамках сообщества Маркес "Август реальности" читаю Джеймса Клира "Атомные привычки".
Атомные привычки я намерено обходила стороной много лет. Я ненавижу слово «привычки» (писала об этом недавно), а «атомные» внутри превращались во взрывные, а мне такое вообще не надо. Но я так люблю Олю и доверяю ей, что вот я нахожу себя читающей Джеймса Клира. И местами мне удивительно откликается.
Например, он говорит о том, что вместо того, чтобы ставить цели лучше фокусироваться на системах. Я же еще со времен Секты всегда говорила, что результат от нас не зависит — это совокупность удачи и усилия. А вот усилие на 100% зависит от нас. Клир идет шире и предлагает держать фокус на системе действий. Согласна.
Еще одна идея, которая вызвала у меня резонанс связана с тем, что наша идентичность влияет на то, как мы действуем. У Джеймса Клира идентичность — это специфический класс убеждений: убеждения о том, кто я. Например, «я бросаю курить» означает: курение всё ещё принадлежит моей идентичности, а я сейчас пытаюсь ему сопротивляться. А вот «Я не курю» переносит отказ от сигареты из области усилия в область самосогласованности: закурить будет означать вступление в противоречие со своим представлением о себе.
Но он не предлагает просто заменить одну формулировку другой. Новая идентичность должна получить доказательства. Каждое новое действие попадает в копилку свидетельств за определённую версию себя; постепенно накопленные голоса меняют то, во что человек о себе верит.
Любопытно, что это часть переплелась у меня с другой потрясной книгой, которую я недавно слушала "Beyond belief" by Nir Eyal. Там убеждение — это модель реальности, которая определяет, что мы замечаем, как истолковываем происходящее и какое действие считаем возможным. «Я не умею быть последовательной» — не просто мнение о себе, оно заранее объясняет срывы, делает их более заметными и снижает вероятность следующей попытки. Эяль предлагает оценивать убеждения по тому, какое поведение они делают вероятным: одни лишают агентности, другие её увеличивают.
То есть Эяль в основном показывает движение сверху вниз:
То, во что я верю, организует моё восприятие и поведение.
А Клир добавляет движение снизу вверх:
То, что я регулярно делаю, создаёт доказательную базу для новой веры в себя.
И в этом месте в мою память ворвалась концепция из нарративной практики — наши убеждения формируют призму, через которую мы оцениваем свои действия. Те, которые согласованы с нашими убеждениями о себе вплетаются в нарратив, а те, которые отличаются — отбрасываются. Если я убеждена, что я человек, который ничего не доводит до конца, то все законченные проекты будут выброшены из истории, те, которые будут поддерживать это убеждение получать вес и усиливать убеждение.
Джеймс Клир предлагает начать действовать по-новому, чтобы усилить новую идентичность, а нарративная практика предлагает чуть посветить фонариком в прошлое и найти все те иистории, где я уже так проявлялась и эти действия мне доступны.
Получается три разных направления работы:
🧡У Нира Эяля: какое убеждение организует моё восприятие и ограничивает возможное?
🧡В нарративной практике: какие события моя доминирующая история исключила, обесценила или не связала между собой?
🧡У Джеймса Клира: какое маленькое действие даст дополнительное свидетельство предпочитаемой версии себя?
Я, кстати, не удержалась и залезла в науку ибо Клир как-то очень уж однозначно топит за то, что идентичность нужна для поддержания нужного поведения. Но наука скорее поддерживает формулировку:
Идентичность может направлять, облегчать и стабилизировать соответствующее ей поведение.
Но не поддерживает:
Без соответствующей идентичности устойчивое поведение невозможно.
Обожаю, когда мой мозг начинает плести косички из всего, что я читала и делала.