Меддах рассказывает о необычайном (18+)


Kanal geosi va tili: Rossiya, Ruscha
Toifa: Kitoblar


Литературный мигрант
Не пропагандист, а просветитель
Для связи с автором канала: @VasApollinaris

Связанные каналы  |  Похожие каналы

Kanal geosi va tili
Rossiya, Ruscha
Statistika
Postlar filtri


Этот админ пытался сбежать от ответственности, но она его настигла

Завтра в ЦВЛ (уже любимое и родное место) представлю другое любимое и родное место — ИМИ МГИМО, и повод для выхода в свет во всех смыслах замечательный!

Лекторию "Драгоман" исполняется год! Центр восточной литературы и Издательский дом МГИМО предложили мне выступить в рамках летнего фестиваля ЦВЛ и поговорить немного о современной африканской литературе (любовь к Глобальному Югу ширится и множится!)

Название "Хор нестройных африканских голосов: что мы слышим и что хотим услышать" незамысловатое, зато сразу даёт нужный мне фокус: я хочу подсветить то, что переводится на русский язык (этого не так уж много, но оно есть! и хотелось бы, чтобы этот сегмент стал заметнее — там хватает своих жемчужин), и немного поговорить о трендах, проблемах идентичности и о том, как читает такую литературу не регионовед (не претендую на такие почести!), а аналитик — тут тоже есть своя специфика восприятия.

Буду рада увидеться-обняться со всеми знакомыми и незнакомцами!

⏺Когда? Завтра, 22 августа в 14:00
📍Где: Москва, ул. Моховая, 6/8
⏺Ссылка на регистрацию: https://leninka.timepad.ru/event/4135963/

#админ_выходит_в_люди #мероприятия


Тот редкий и бесценный момент, когда автор действительно почувствовал твою любовь

#Замбия #МубангаКалимамуквенто #ПтицаСкорби #Инспирия


Две китайские новинки: ожидаемая и неожиданная

🇦🇲 Я очень ждала, когда анонсируют выход автобиографической книги "Мой Алтай" Ли Цзюань (李娟. 我的阿勒泰, 2010). И не только из-за одноимённого сериала, который мощно прошёлся по пабликам в год выхода. Просто давно тянет в Гоби.
➕Издательство [Ad Marginem]
➕Перевод Надежды Хузиятовой

Этот поэтичный сборник — о жизни на краю земли, детстве и юности на пастбищах далёкой китайской провинции, возвращении домой после долгих лет, проведённых в большом городе, и обретении новых точек опоры в простых мелочах повседневной жизни.

🇦🇲 Но я совсем не ожидала анонса романа Цай Чунды "Судьба" (蔡崇达. 命运, 2022), который является частью трилогии "Золотая родина" (金色故乡)
➕Издательство [Дом Историй]
➕Перевод Анны Самариной

Девяностодевятилетняя Цай Улоу давно готова покинуть бренный мир — и даже немного сердится на судьбу за то, что та всё никак не ставит точку. Но когда женщина чувствует: "запоздалая гостья" наконец близко, она зовёт правнука и решает рассказать ему пять историй, которые определили всю её жизнь.

Почти целый век одной человеческой жизни: смена власти, эмиграция в Малайзию, разрушение привычного мира, любовь к семье и родной земле. Но за большой историей здесь скрывается другая — очень личная: история человека, который ещё в детстве решил поспорить с тем, что ему предначертано.

Это книга о памяти, корнях и странной вещи, которую мы называем судьбой.


➡️ По описанию напомнило прекрасный роман Миринэ Ли "8 жизней госпожи Мук" (Mirinae Lee. 8 lives of a Century-Old Trickster, 2023), который в этом году вышел в издательстве [NoAge]

#Китай #ЛиЦзюань #МойАлтай #AdMarginem #ЦайЧунда #Судьба #ДомИсторий


Отзыв на третий том "Точки зрения Всеведущего Читателя" выдам в этот раз в формате "списка кайфовых моментов"

📍 Повышение уровня в одиночку главного читателя: Докча, который лучше всех знает Джунхёка, рискнул им притвориться — всё равно никто не раскусит, а ему достаточно прикинуться высокомерным засранцем и дело в шляпе

📍 Борьба с нетрушными фанатами, антифанатами и незадачливыми плагиаторами: Докча от души глумится над Провидцами, которые не снизошли до того, чтобы дочитать роман, но теперь пытаются из себя что-то строить. Тот самый момент, когда годы одиночества в сети фандоме окупились сторицей и великой махинацией с вбросами дезинформации — Докча может себе это позволить!

📍 Разблокирован навык "неожиданная ассоциация": со стороны кажется, что "Три способа выжить в разрушенном мире" — это почти что иссекайные "Голодные игры", особенно когда созвездия прекращают бунтовать и снова начинают улюлюкать, когда квесты превращаются в кровавую баню с драконами и подставами: "В самые опасные для людей моменты, как сейчас, созвездия тут же устраивают вечеринку" (Ночь Провидцев)

📍 Один из самый крутых (и самых спойлерных ⚠️) моментов третьего тома стало открытие нового скилла"Точка зрения от первого лица" — который дал Докче возможность не только притвориться Джунхёком, но и на пару мгновений ПОБЫТЬ ИМ и посмотреть на мир его глазами. Пробирает до мурашек!

📍 Докча продолжает рефлексировать на тему своих отношений с новеллой и её главным героем (бесконечное пространство для лавхейта!). Теперь он задаётся нетривиальным вопросом, остаются ли люди, попавшие в сюжет новеллы, людьми, или они начинают жить по законам авторского мира и становятся его творениями. Возникает проблема субъектности — чую, недалеко до экзистенциального кризиса.

Отношения с Джунхёком всё ещё на уровне "я поливаю его матами, но это по большой любви!" Как в этой цитате: "Придурок, несомненно, считает себя в этот миг просто неотразимым. ...Ну, если честно, он был ничего так..." (Точка зрения главного героя)

📍 Экскурс в историю Кореи для чайников заказывали? Чего я меньше всего ожидала (да, я умудряюсь жить в мире без спойлеров — очень удобно!), так это дорамного воссоздания битвы на равнине Хвансан между армиями Пэкче и Силлы и столкновения врагов-созвездий — генерала Кебэка и генерала Ким Юсина. Я о Ким Юсине что-то начитала после просмотра дорамы "Королева Сондок" (которая обрывается на подавлении восстания Пидама, а оно было за 13 лет до Хвансана, что заставило меня пойти штудировать интернет — интересно же!), но в Читателе он открылся с неожиданной стороны! Мой внутренний историк радуется таким популяризациям.

⏺Список можно продолжать, но на этом, пожалуй, остановлюсь, чтобы не впасть в грех озорства-спойлерства! Напомню, что уже вышел четвёртый том (жду с ним встречи) и только-только открылся предзаказ на пятый том! Обещают выдать в сентябре (я за ними не успеваю).

#Корея #singNsong #Всеведущий #Кислород


Готовлюсь к мероприятию, на 1/4 живу в режиме "одна неделя — один африканский автор"

От Мозамбика перешла к Замбии (соседи же — вполне логично!), от испаноязычного пространства к англоязычному, от мужского голоса к женскому, от одной бедности-голода-разрухи к другой бедности-голоду-разрухе (с — стабильность).

Мубанга Калимамуквенто. Птица скорби (Mubanga Kalimamukwento. The Mourning Bird, 2019) пер. Чулкова Светлана

Роман о том, как рушится жизнь девочки Чичи после смерти родителей и маленького брата, вполне вписывается в расхожие представления о неблагополучии африканских стран, где отсутствует система социальной защиты, слабая медицинская помощь, голод, беспризорничество-попрошайничество детей, фиксируется безнаказанное насилие не просто в рамках общества, но и внутри семей, которые должны были бы быть оплотом безопасности и взаимопомощи. Всё это было ожидаемо. Но была пара непривычных-нетипичных моментов.

Вот один из них: очень много внимания уделяется оттенкам цвета кожи. С одной стороны делается акцент на том, как много народов населяет одну страну (и это также подчёркивается на уровне общения, когда в одной семье могут говорить на трёх-четырёх языках), с другой, изменения в оттенке кожи — это первый признак подступающей болезни, а в романе аккуратными штрихами подсвечивается проблема резкого роста смертности из-за распространения ВИЧ-инфекции в Замбии в 90-е годы.

Мы говорим: чёрные/чернокожие

Они говорят:

Ожерелье из фальшивого жемчуга, что переливалось как настоящее, и шесть браслетов из слоновой кости прекрасно оттеняли её шоколадную кожу.

Ладони у Сандры были рыжего оттенка, и лишь костяшки пальцев оставались чёрными, в тон папиной коже.

Цвет кожи у него был светло-коричневый, губы — густого пурпурного цвета, оттенённые тёмными глазами.

Губы его потрескались, стали сухими и болезненно красными, а когда-то нежная до бархатистости шоколадная кожа стала серой и покрылась болячками.

А что случилось с её кожей? Ведь у тёмной кожи обязательно должен быть какой-то оттенок — бежевый, оранжевый, коричневый… Её же кожа стала бугристой и бесцветной. Лишь костяшки пальцев оставались сочно-шоколадными, отстаивая право на красоту.

Кожа у него была терракотовой, а его тугие афрокосички смешно торчали в разные стороны.

В последнее время я редко её вспоминала. И тут, как специально, мимо прошла сухощавая женщина с муравейниковым цветом кожи.

Анастасия Нчимунья — красивая, высокая, со светло-кремовой кожей и тёплым проникновенным взглядом. Её карие глаза глядят с экрана прямо на меня.

Джемима была высокой и обладала кожей золотистого оттенка — именно золотистого, а не желтушного, как у меня в холодную погоду.

Я снова взглянула на брата. Серо-коричневый цвет его лица был в точности как у нашей мамы. Цвет муравейника.

#Замбия #МубангаКалимамуквенто #ПтицаСкорби #Инспирия


По долгу службы — по зову сердца читаю сборник рассказов мозамбикского писателя Миа Коуту, который в том году издал Центр книги Рудомино. Честно признаюсь — я не самый большой поклонник малой формы, но эти истории — лучшее, что я читала за последние годы. Такой там невероятный язык, такая потрясающая образность, такие детали жита-быта, истории-политики, частного-общественного, мира этого и потустороннего... Настоящая находка!

Но вот вам один короткий рассказ, который я бы банально и приземлённо переиначила как "почему я не могу с утра отодрать голову от подушки". А всего делов-то — надо просто пересадить её на Луну!

#Мозамбик #МиаКоуту #Ароматы #Рудомино


Июль был ко мне не менее жесток, чем июнь, поэтому я могу похвастаться только одним прочитанным романом, но он стоит многих, поэтому ни о чём не жалею.

Чхве Ынён. Светлая ночь (최은영. 밝은 밤, 2021) в переводе Евгении Дамбаевой. Издательство [Строки]
🌾 По возможности обратите внимание на отзыв самой переводчицы

🟢Да, это снова роман о том, как во все времена в Корее быть женщиной непросто — их ломает об колено то история, то общество, то близкие по крови, то собственный страх вырваться из порочного круга устаревших, но неистово воспроизводимых установок.

Но: смотря из дня сегодняшнего в день вчерашний и позавчерашний, обращаясь к опыту своих предшественниц, Чиён, главная героиня, находит не только незаживающие травмы и кровоточащие сожаления, но и невероятную силу духа, которая позволила всем женщинам её семьи — матери, бабушке и прабабушке — выстоять перед лицом немыслимых потрясений и невзгод (а там и японская оккупация, и Корейская война, и послевоенные голод-разруха-внутренняя миграция, и турбулентный период экономического подъёма, но морального спада, и потеря ребёнка, а вместе с ним и себя, и порицаемый всеми развод, который превращает женщину в глазах других в пустое место — у каждого времени свои вызовы)

🟢Да, это роман о том, что общество предъявляет женщинам огромный список требований, среди которых жирным шрифтом выделяются: молчи, терпи, будь покорна и благодарна, не жалуйся, довольствуйся малым, не рассчитывай на большее.

Но: героиням удаётся (кому-то на мгновение, кому-то навсегда) поставить себя и свои желания на первое место. Чиён развелась с тем, кто ей изменял, оставила Сеул, уехала в прибрежный город и там нашла не только душевный покой и силы идти дальше, но и утраченные связи, без которых ощущала себя перекати-полем.

🟢Да, этот роман о потерях, о разорванных связях, о невыразимой тоске. Он о том, как трудно преодолеть обиды и недопонимания, о том, как матерям и дочерям порою легче жить друг от друга на расстоянии, чем откровенно расписываться в собственных слабостях и каяться в ошибках.

Но: он также о том, как женщины способны быть друг для друга величайшей радостью, надеждой, опорой, спасительным воспоминанием, солнечным лучом, который пробивается сквозь мрак. Отношения Самчхон и Сэби, Ёнок и Хвичжи, Ёнок и тётушки Мёнсук, Чиён и её бабушки — это примеры трогательной и чистой, бескорыстной и безграничной любви, которая способна исцелить самые глубоки раны и рассеять въевшиеся в кожу и кости страхи.

Резюмируя, скажу: это чудесная история, которую я искренне советую прочитать всем тем, кто устал от корейских "самокопаний" — порой они бывают целебнее любого хиллинга.

⭐️ Девушка на моём плече крепко спала с выражением умиротворения на лице. За окном стоял ясный день. Тяжесть на плече казалась приятной. Я подумала обо всех тех женщинах, которые подставляли своё плечо мне. Они тоже встречали других женщин, которые готовы были подставить им своё плечо. Женщин, которые думали: «Как же ты, должно быть, устала, что заснула так крепко! Поспи, пусть тебе будет хоть немного удобнее». Кажется, что в этом нет ничего особенного, но иногда такие жесты придают сил жить дальше. И той, кто опирается на плечо, и той, кто его подставляет. Подумав о том, что такое мгновение снизошло и ко мне, словно луч солнца, пробивающийся сквозь тучи, я почувствовала облегчение. (Глава 14, сцена в метро)

#monthcovers #итоги #Корея #ЧхвеЫнён #СветлаяНочь #Строки


Как себя чувствуют удалëнщики, которые не могут сбежать с работы домой... (будем считать, что для начальника Кана офис – что дом родной)

#Корея #манхва #ЗавтраСноваНаРаботу

2k 0 1 20 87

Что-то я как Царь Кащей чахну над множеством золотых материалов. Пора выдавать дайджест, чтобы ничего не упустить и не потерять

☕️ В Коммерсанте вышло интервью Алины Перловой (тг Письма династии Минь) с Хань Шаогуном, чей роман "Словарь Мацяо" в её блестящем переводе попал в короткий список премии "Ясная Поляна"
⚫Кстати, недавно Алина подсветила очень длинное и невероятно увлекательное интервью Джереми Чэна с Янь Лянькэ для Paris Review
⚫А ещё в журнале Смысловая 226 опубликованы фрагменты из романа Сяо Хун "Сказания о Хулане" (萧红. 呼兰河传, 1940), которые были переведены в рамках мастерской CWS под руководством Алины (часть 1, часть 2, часть 3)

☕️ Кинопоиск опубликовал развёрнутое интервью, которое Кирилл Батыгин (тг Музыка перевода) взял у Чжан Сяомань (автора книги "Моя мама — уборщица") и её мамы Чжан Чуньсян. Бонусом идут дополнительные четыре вопроса, которые не вошли в основной текст
⚫Кстати, 24 июля в ЦВЛ Кирилл презентует книгу Эдварда Вонга "На краю империи: Судьба одной семьи на фоне истории Китая", которая недавно вышла в издательстве [Альпина нон-фикшн]

☕️ На канале медиа "Смысловая 226" вышло интервью Натальи Ломыкиной с индонезийским писателем Экой Курниаваном о романе "Красота - это горе".
⚫Кто пропустил встречу с писателем на апрельской ярмарке нон-фикшн, ищите запись беседы на канале издательства [Фантом Пресс]. Писатель подсвечивает пару очевидно-неочевидных моментов касательно того, как функционирует литература на тех дальних берегах

☕️ На портале Kyodo News вышло интервью с писателем Харуки Мураками, который спустя три года наконец-то выпустил новый роман — "История Кахо" (впервые главным героем будет женщина)

☕️ Как вы могли заметить, этот админ очень любит читать интервью с писателями. Всем, кто разделяет моё пристрастие, советую обратить внимание на тг-канал Мам, выключи свет!, где вышло несколько уникальных интервью с тайскими писателями (их дефицит на нашем книжном пространстве — моя личная боль): с Утхитом Хемамуном, автором романа "Сказители" (вышел в издательстве [Азбука] в 2024 г. в переводе с английского Олега Алякринского), с тайско-китайской писательницей Пим Вантэчават (в [Доме историй] в 2025 г. вышел её дебютный роман "Месяц светит по просьбе сердца моего"), и неизвестной для русскоязычного читателя писательницей Тиданан Лыангпхиенсамут, которая стала самой молодой победительницей в истории престижной литературной премии Юго-Восточной Азии S.E.A. Write Award

Надеюсь, эти материалы скрасят ваши выходные!

📷 На фото жители моей "тайской" переведённой и непереведённой полочки!

#админ_против_склероза #дайджест


Возвращаюсь после двухнедельного онлайн-затвора с новыми анонсами. Издатели этим летом нас радуют пусть и немногочисленными, но яркими индийскими анонсами

🤩 В издательство [Corpus] скоро выйдет сборник рассказов Салмана Рушди "Одиннадцатый час" (Salman Rushdie. The Eleventh Hour: A Quintet of Stories, 2025) в переводе Любови Трониной. Смотрю на свою "рушдийную полочку" и понимаю: придётся однажды устроить год чтений его романов, чтобы всё это одолеть.
— Оговорюсь: по умолчанию в этом канале учитывается, что Рушди не является "чисто индийским" писателем. Однако происхождение у него соответствующее, и Индия в его романах — далеко не призрак и не флешбэк, поэтому я не всегда прописываю эту формулу, что он "британо-американо-индийский писатель". Идентичности писателей — отдельный предмет для обсуждения.

🤩 Также в обозримом будущем издательство [Фантом Пресс] пополнит нашу "гошевскую коллекцию" ещё одним его романом — "Голодным приливом" (Amitav Ghosh. The Hungry Tide, 2004) в переводе несравненной Марии Александровой. В этом романе экоповестка внедрена не для "красного словца", что крайне любопытно и довольно нетипично.

Но пока вы ждёте выхода этих книг, уже сейчас можно прочитать уникальный для наших широт и долгот индийский роман от издательства [Строки], местом действия которого стал южноиндийский штат Телангана (Телингана), а сюжет сконцентрирован на судьбе маленьких людей во времена больших перемен (если вы ничего не знаете про движение индийских марксистов-маоистов наксалитов, то очень советую обратить внимание на эту историю).

🤩 Рутвика Рао. Плодородная земля (Ruthvika Rao. The Fertile Earth, 2024) в переводе Юлии Полещук.

Дворец Дешмухов — крупнейших землевладельцев Ируми — воплощённое богатство и власть. Здесь выросли сестры Виджая и Шри, в семье, что много лет вершила правосудие, собирала налоги и жестоко наказывала провинившихся.
Совсем иначе выглядит мир братьев Кришны и Ранги, сыновей прачки.
Несмотря на разделяющую их пропасть, между Виджей и Кришной зарождается крепкая дружба, которой не место в обществе, где происхождение определяет судьбу. Но одна их детская шалость оборачивается трагедией, которая навсегда меняет их судьбы, а её последствия будут преследовать их долгие годы.
Много лет спустя, пока Индия переживает эпоху потрясений, а в Ируми приходят наксалиты — марксистское ультралевое повстанческое движение, Виджая и Кришна вновь находят друг друга. Однако теперь между ними стоят не только воспоминания о прошлом, но и непреодолимая пропасть классового неравенства, борьба за землю и стремительно меняющийся мир.

➡️ Постараюсь в ближайшее время поделиться с вами впечатлениями о "Плодородной земле". Но уже сейчас могу сказать, что начало стремительно затянуло меня в манговые рощи выдуманной деревеньки Ируми.

#Индия #СалманРушди #ОдиннадцатыйЧас #Корпус #АмитавГош #ГолодныйПрилив #ФантомПресс #РутвикаРао #ПлодороднаяЗемля #Строки #анонсы


За июнь была прочитана всего одна книга, но она легко заменит те десятки талмудов, которые прочёл сам автор, чтобы выдать ёмкое, филигранное, остроумное и острословное повествование о том, что из себя сегодня представляет бурлящий котёл людей-идей в богоспасаемых Соединённых Штатах Америки.

Максим Сучков. Пост-Америка. Как и почему меняются США. Эволюция идей, истории людей и эскизы будущего (2026)
💙 Канал автора: @postamerica

Казалось бы, почему в сугубо литературном канале промелькнула научно-популярное страноведческое исследование? (если оставить за скобками тот факт, что сам админ по долгу службы и по зову сердца — политаналитик).

💙Очевидный ответ: автор — один из ведущих российских американистов, который уже не один десяток лет пристально следит за тем, как "град на холме" привлекает взоры всего мира и отталкивает сердца тех, кто "режимом не вышел" (хотя и у этого правила бывали исключения). В формате эссе, которые разбиты на четыре блока (что происходит в Америке; как меняются идеи, создавшие Америку; что говорят об Америке увлечения её жителей; как выжить и сохранить величие в мире будущего) он сумел нащупать болевые точки современного американского общества (и даже местами поставить парочку диагнозов), выявить причины происхождения множественных кризисов, не побоявшись окунуться в дебри американской истории, а также лёгкими росчерками пера нарисовать контуры портрета современного американца.

Всё это даёт важное и даже глубинное понимание истоков тех сюжетов, которые из раза в раз поднимают американские современные писатели, будь то великий Джонатан Франзен, психоаналитичный Нейтан Хилл или резонансный Колсон Уайтхед (как раз сейчас читаю недавно вышедший на русский язык роман "Однажды в Гарлеме" — семейную сагу, замаскированную под криминальный роман в декорациях Нью-Йорка 60-х, а в "Пост-Америке" автор не обходит молчанием проблемы расизма, влияния критической расовой теории, борьбы за гражданские права и рождения культуры отмены, и подсвечивает примечательную смену вектора и распространение критического взгляда на собственное комьюнити со стороны современных афроамериканских инфлюенсеров, что, несомненно, поможет лучше понять мотивы и контексты Уайтхеда).

Есть в этом исследовании и место для Азии, поскольку американо-китайское противостояние сегодня во многих аспектах и на разных уровнях является системообразующим явлением. Несмотря на все ковидные волны синофобии и множащиеся антимигрантские нарративы (и это в стране, созданной мигрантами для мигрантов!), в 2023 г. азиаты составляли 6,4% от всего американского общества, что довольно ощутимо (и я это тоже улавливаю по стремительно растущему списку свежих мигрантских романов), но борьба с "понаехавшими" началась не вчера — достаточно вспомнить Закон об исключении китайцев 1882 г., о котором писала в романе "Четыре сокровища неба" Дженни Тинхуэй Чжан.

💙Неочевидный ответ: "Пост-Америку" нельзя понять, опираясь только на политические дебаты, экономические показатели и бытовые зарисовки. Трансформация государства и общества не происходит в одночасье, и теми, кто ветер перемен способен тонко уловить на первых порывах воздуха, являются писатели. Поэтому ценителей классической американской литературы порадуют множественные цитаты и отсылки к романам, которые легли в основу (всё ещё) формирующейся американской идентичности. Даже для меня (несостоявшегося американиста) там были неожиданные интерпретации (например, романа "Пойди, поставь сторожа" Харпер Ли, но не буду спойлерить!)

💙 Вердикт: искренне советую всем заинтересованным познакомиться с этой книгой и в качестве привлечения внимания покажу её на фоне кусочка моей "американской полочки" — свидетельства моей несвершившейся карьеры, но сохраняющейся любви.

Чтобы погрузиться в тему поглубже, советую два крутых подкаста с автором книги:
💙Когда Америка перестаёт быть Америкой (подкаст ИМИ "Внешняя политика" с Софьей Бабкиной)
💙Кто предал Америку? Максим Сучков о кризисе идей в современных США (подкаст РСМД с Юлией Мельниковой)

#monthcovers #итоги #Россия #США #МаксимСучков #ПостАмерика


Паралич воли пока ещё не отпустил, так что продолжаю подсвечивать интересное-нетипичное. В этом году [Inspiria] выдала аж ДВА палестинских романа Сьюзан Абульхавы. Один уже вышел ("Жестокому миру вопреки"), второй — "Рассветы в Дженине" (Susan Abulhawa. Mornings in Jenin, 2010) ждём в августе. Перевод Юлии Фокиной.

Аннотация: Палестина, 1948 год. В одно мгновение привычный мир рушится: сотни тысяч людей вынуждены покинуть свои дома. У молодой матери отнимают младенца — и с этого мгновения судьба семьи Абульхеджа раскалывается навсегда.

Лишённые дома, они находят приют в лагере беженцев в Дженине, где пытаются заново собрать свою жизнь из осколков прошлого. Их история разворачивается через судьбу Амаль — девочки, рождённой в изгнании; её брата, потерявшего все в борьбе за свободу; и сына, украденного в детстве и выросшего по другую сторону конфликта — солдата, которому суждено стать врагом собственной крови.

#Палестина #США #СьюзанАбульхава #РассветыВДженине #ЖестокомуМируВопреки #Inspiria

2.6k 2 13 12 74

Настроение сейчас совсем не читабельное, но это не повод прятать от вас невероятной крутости и красоты книги. Жёлтый двор прислал долгожданную новинку-старинку — "Шанхайский фокстрот" Му Ши-ина (穆時英. 上海狐步舞, 1930-е гг.) в переводе с китайского Виталия Андреева!

Дивное оформление Ника Теплова лучше передадут фотографии самого Двора — мне на такое художество и талантов не хватит. Отмечу лишь, что иллюстрации взяты из шанхайского журнала 1930-х годов "Лянъю" (良友 или The Young Companion).

Я же со своей колокольни призываю вас обратить внимание на этот сборник рассказов.

⭐️ Герои рассказов Му Ши-ина (1912-1940) не в силах устоять перед ночными огнями большого города. Охваченные любовной лихорадкой, они теряют голову в погоне за наслаждениями, обманывают друг друга и самих себя, влезают в долги, смеются, плачут и танцуют до изнеможения. Неоновые вывески тянут цветные пальцы, распахиваются двери ночных клубов, в стекле бокала смеются женские глаза... Это истории Шанхая 1930-х годов — короткой и блистательной эпохи, города молодых, отчаянных и безнадёжно потерянных людей.

#Китай #МуШиИн #ШанхайскийФокстрот #ЖёлтыйДвор

2k 0 14 15 109

Казалось бы, что может быть общего у Руанды и Ирана (помимо исторических травм, коих полным-полно на теле любой страны)? Внезапный ответ: жакаранда!

Оба романа, которые теперь у меня соседствуют на полке, посвящены тому, что эхо чудовищного прошлого будет раздаваться сквозь поколения, чтобы потомки помнили, какой ценой было построено их "лучшее будущее".

📖
Гаэль Фай. Жакаранда (Gaël Faye. Jacaranda, 2024) Франция / Руанда
Пер. с франц. Тимофея Петухова [Phantom Press]

📖
Сахар Делиджани. Дети жакаранды (Sahar Delijani. Children of the Jacaranda Tree, 2013) Иран / США
Пер. с англ. Натальи Холмогоровой [Эксмо]

#Франция #Руанда #ГаэльФай #Жакаранда #Иран #США #СахарДелиджани #ДетиЖакаранды


Мояневский гештальт закрыт!

Пожарились на солнце в городке писателей Переделкино с Милой и Иваном Юрьевичем (и ещё парой добрых знакомых), дабы своими глазами узреть великого китайского нобелевского лауреата.

Возможно, меня бы триггернули скромные 20 минут беседы, если бы я не послушала перед этим прямую трансляцию встречи Мо Яня в Эксмо, а так вполне себе сложилась полная картинка, а к нему одно интересное дополнение: в Переделкино Мо Янь рассказал, что самым болезненным для него был роман "Большая грудь, широкий зад", на который было потрачено много сил (физических и душевных).

Он старался описать сильную женщину, которая борется с феодальными устоями Китая: да, она родила 8 детей от 6 разных мужчин (а всё потому, что законный супруг оказался немощным, но во всём по традиции обвинили женщину), своими силами вырастила и своих детей, и детей их детей, и при этом не сломалась — на всех хватило материнской любви. Образ матери и женщины получился нетипичным (и он внезапно сравнил Шангуань Лу с Аксиньей из его любимого "Тихого дона" с тем посылом, что, мол, её тоже типичной не назовёшь — вот в какую сторону вообще не думала!).

Итог: Мо Яня послушала, "Чесночные баллады" подписала, переделкинский яблочный пирог попробовала. День прожит не зря.

#Китай #МоЯнь #БольшаяГрудьШирокийЗад #ЧесночныеБаллады


Моё сердце уже давно отдано Политвостоку, но после того, как они анонсировали крутейший проект про открытие Азии российскими востоковедами, их вообще хочется носить на руках!

➡️ Причина проста: одно время я была буквально одержима литературой путешествий (мои книжные полки не дадут соврать). К тому же, если звёзды сойдутся и я вернусь в магистратуру, надеюсь дописать свой диссер про взгляд российских путешественников на Персию 19 века, поэтому всех ангажировано и от всего сердца призываю обратить внимание на эту тему!

📎Для участия в лектории необходима регистрация. По всем вопросам пишите на адрес politvostok@gmail.com

#анонс #Политвосток #админу_пора_в_путь


Списки-списки-списочки мои

Каждый раз, как какое-нибудь авторитетное издание выкатывает списки в духе «100 великих романов всех времён и народов», читающая общественность начинает делиться на три категории: обожаю, осуждаю, да как-то пофиг.

Я себя отношу к промежуточной категории: мне любопытно, но не всё, поскольку интерес мой лежит в нетипичной плоскости: я отслеживаю динамику вхождения в такие выборки азиатских и африканских романов, ибо многое переводится, но сколько задерживается? («много званых, мало избранных» ага)

В 2024 году нас развлекал NYT, выдав два списка — критиков/писателей (типа профессиональный) и читателей (любители). 99% избранных азиатских-африканских романов были мигрантскими — это неудивительно. Было три пересечения: «Сочувствующий» Вьет Тхань Нгуена (в том году как раз вышел мини-сериал по роману с Робертом Дауни-мл. во многих ролях), «Американха» Чимаманды Нгози Адичи и «Патинко» (у нас «Дорога в тысячу ли») Мин Чжин Ли (сериал, снятый по роману, считается американским, при всём корейском касте; в США и книга, и экранизация пользуются популярностью). В читательском списке «чистокровкой» был только Харуки Мураками, список разбавили мигранты Халед Хоссейни (Афганистан), Абрахам Вергезе (и опять профессионалы включили в его адрес игнор), Оушен Вуонг (Вьетнам) и Яя Гьяси (Гана).

Профессионалы же обратили внимание на Хан Ган (зря что ли она в том же году Нобеля отхватила), Маржан Сатрапи (Иран), Хуа Сюя (второе поколение тайваньских мигрантов), Хишама Матара (ливийское происхождение) и Мохсина Хамида (Пакистан).

В этом году по стопам NYT пошли The Guardian и тоже выкатили два списка. У читателей выборка не пестрит многообразием. Из азиатов нам выдали только индийцев (зато каких!): «Достойного жениха» Викрама Сета, «Хрупкое равновесие» Рохинтона Мистри (самый неожиданный кандидат), «Бога мелочей» Арундати Рой и «Детей полуночи» Салмана Рушди. У критиков/писателей повеселее: на Рушди-Рой-Мистри они сошлись, но разбавили их Африкой: Чинуа Ачебе (Нигерия), Дж. Кутзее (ЮАР), Чимамандой Нгози Адичи (Нигерия), Цици Дангарембгой (Зимбабве) и чутка Кореей в лице Хан Ган.

Неизменно радует одно: практически все вышеозначенные авторы переведены на русский язык, а значит мы не так уж отстаём от западной издающе-читающей общественности, хотя, конечно, хотелось бы одним глазком посмотреть на наши списки… Найдут ли там себе местечко условные азиаты и африканцы?

#список #заметки #админ_прокрастинирует


Последние дни ловлю цитаты, пересказы и отрывки из питерских встреч Мо Яня с почитателями. Много интересного, ироничного и вдумчивого, но след томительного ожидания оставил этот комментарий писателя в разговоре с Максимом Мамлыгой в "Подписных":

⭐️ В прошлом году я вместе с моим другом китайским каллиграфом господином Ван Чжэнем ездил на Дальний Восток и в Сибирь. Мы побывали в Иркутске, на Байкале, на острове Сахалин, во Владивостоке. И это пробудило в нас много вдохновения. Мы написали немало стихов и иероглифов. Идея возникла после прочтения "Острова Сахалин" Чехова. В его времена поездка на остров была не столь удобной, как сегодня, потому что он потратил более полугода на переезды сначала на поезде, потом на каретах, потом на кораблях и так далее. И когда он сплавлялся на корабле по реке Амур, то с ним в одной каюте жил и путешествовал китайский чиновник!

И вот когда я это прочитал, я сразу подумал: как хорошо было бы, если б появилась пьеса, описывающая путешествие Чехова вместе с китайцем по реке Амур. Но к этой пьесе сам я ещё пока не приступил, пока начитываю материал.


Надеюсь однажды прочитать такую пьесу... Признаться, я и сама однажды решилась рвануть на Сахалин после знакомства с заметками Чехова... Без гроша в кармане, но с безудержным любопытством

#Китай #МоЯнь


Анонсировали новые научно-популярные книжки, которые ясно дают понять: мы очень хотим понять Восток, но делаем это нередко через "третьи руки", чтобы не так сложно было. Это тоже вариант, но на деле не такой простой как кажется: надо счищать внешние-западные-мигрантские-ангажированные пласты, чтобы добраться до сути проблем. Для меня — интеллектуальное упражнение, для кого-то "и так сойдёт".

📚 В издательстве [Corpus] спустя полвека после выхода в свет в России наконец-то выйдет известное журналистское изыскание о травме рождения современной Индии — "Свобода приходит в полночь" Доминика Лапьера и Ларри Коллинза (Larry Collins and Dominique Lapierre. Freedom at Midnight, 1975). Научный редактор книги Илья Спектор кратко поясняет, почему её надо воспринимать с долей скепсиса, но при этом читать определённо стоит (всё же дискурс задают не самые обстоятельные-достоверные-глубокие, но те, которые хорошо вписались в тренды и получили широкую огласку)

📚 В издательстве [Альпина нон-фикшн] в скором времени обещают выдать ещё одно журналистское изыскание, но обращённое прежде всего вглубь, а не вовне: Эдвард Вонг (экс-руководитель пекинского бюро The New York Times) решил вернуться на родину своих родителей, чтобы выяснить, какое страшное прошлое скрывал его отец. Копания вылились в книгу под названием "На краю империи. Судьба одной семьи на фоне истории Китая" (Edward Wong. At the Edge of Empire: A Family’s Reckoning with China, 2024).

⭐️ Приехав в качестве журналиста работать в Китай в надежде исследовать прошлое отца, он оказался в стране в период грандиозных преобразований. Став свидетелем экономического бума и роста могущества Китая на международной арене, Вонг также наблюдал острые этнические конфликты в Синьцзяне и Тибете, а также студенческие протесты в Гонконге.

Акценты уже считываются предельно ясно: западная-мигрантская оптика + вкрапления в духе "Века амбиций" Эвана Озноса. Любопытно будет сравнить

#Индия #СвободаПриходитВПолночь #Corpus #Китай #ЭдвардВонг #НаКраюИмперии #Альпина



20 ta oxirgi post ko‘rsatilgan.