Персефонафест (осенняя рапсодия)– А-а, блат, не успевай! – воскликнул жирный перс, и, вывалившись с водительского кресла маршрутки, рванул сразу в ближайшее кусты. Хотя, разумеется, это был не перс, а таджик. Но таджики и персы очень похожи. И рожей, и кожей. Народность же одна – иранская. Одна судьба, как говорится, один народ.
Но, нет – всё-таки, судьбы разные. Одни морями тёплыми по бокам обложилась. Ядерный костерок раздувают на азиатском арьегарде. Другие же давным-давно ушли на восток в пески Евразии. Ушли и не вернулись. Не слышно их, не видно, нет их в мировой повестке дня. Сидят себе бедными родственниками на неудобных скалах. Но зато теперь у них есть целая Москва.
Благочестивый перс приехал покорять столицу, и сейчас, видимо, сильно захотел поссать. Не в силах справиться с этой физиологической потребностью, свойственной, правда, не только персам-иранцам-таджикам, он неуклюже бежал к кустам, и складки спинного жира колыхались волнами под его футболкой. Через некоторое время, с той же максимальной скоростью, насколько позволяла ему его жирная комплекция, он выбежал из кустов, сел в свою маршрутку и уехал. Торопился, видимо. А что делать, осень на дворе. Не расслабишься, не забалуешь. Лето закончилось, а вместе с ним и отпуска. Большинство пляжнолежащих вернулось домой. Это начало осени, это начало рабочего дня. Самый что ни на есть час пик. Змейки очередей выстроились на остановках. Везите, везите нас, персы, на работу! Работать хотим! Деньги – работай, калым – плати.
На конечную подъехала ещё одна газелька, и ситуация повторилась. Та же осень, то же утро, те же пожелтевшие кусты. Такой же бегущий в кусты перс. По-видимому, это новый, осенне-ссаный вид спорта. Хотя, рядом – вот тебе, пожалуйста, целая Мега с туалетами! Ссы себе, перс, по-человечески, ссы – не хочу! Но, видимо, поздно – традиция уже сложилась. А традициями древние народы сильны. И на конечной, возле остановки «Мега-Химки» средь русских берёз ссут персидские традиционалисты.
Третий, четвёртый... Закралось подозрение. Может там у них, всё-таки, диспетчерская в кустах, и они бегут отмечаться? Четвёртый перс, правда, никуда не торопился, шёл по протоптанной тропинке вразвалочку. А выходя из кустов, на ходу поправлял штаны. В отличие от коллег этот перс ожирением не страдал, был красив, как победитель мужского конкурса таджикской красоты. Нос крючком, кожа копчёная, волосы смоляные с дымком-проседью. Высокий, статный, великолепный, как Ксеркс. Ссущий дьявол.
Так почему же на маршрутках одни таджики работают? Неужели мы, русские, разучились крутить баранку? Почему же стих в салонах русский шансон? Неужели мы перестали машины не только выпускать, но и водить? Впрочем, делать автомобили мы никогда и не умели.
Представилась сцена. Коммерческий автопарк, отдел кадров. Молодой парень с котомкой в затёртой джинсовке, в стоптанных пыльных башмаках стоит перед эй-чар-менеджером. Стоит, стесняясь сесть на свободный перед ним стул. Лицо у парня уставшее и исхудавшее, а взгляд спокойный и святой. Он просит устроить его на работу.
– Из Подоберезино я. Роботу исчу. В деревне домов живых осемь штук осталось. Остальные позаколочены все, та разрушены. Не живя там нихто. Старики помре, а молодь в город вся подавши. Вот и мне матушка сказала, езжай-ка и ты, сынок. В городе, чай, и роботу, и невесту найдёшь. Водить-то я умею, стаж есть, в армии я-то ЗИЛ водил. Посмотрите, вот мой пачпорт, докУмент, вот мои права. Ещё я умею плести корзины из бересты.
Но нет на самом деле у него никаких прав. И работы, как и правды, здесь ему не найти. Холодный женский голос офисной крыски безапелляционно ему отвечает: «Простите, но мы русских не берём...»
Таджики, персы, иранцы... Учил водительскому искусству меня тоже, кстати, таджик…
Читать дальше ЗДЕСЬ @oldmimerkomi.
