Николай Николаевич наблюдает dan repost
Наблюдал вчера весь день за бурлением по поводу возможного снятия Михаила Матвеева с думских выборов, и даже почудилась тень парламентаризма во всей этой истории. По крайней мере, выглядит это уже не просто как предвыборный конфликт региональных кандидатов (и депутатов, потому что к травле Матвеева подключился его коллега Константин Затулин), а как отражение куда более масштабных процессов.
В нашей богоспасаемой Госдуме сейчас вырисовывается ровно та же драма, что и в европейской политике - столкнулись лоббисты с разными подходами к вопросам миграции. Матвеев - ее противник вне рамок оргнабора, Затулин и некий Живайкин за миграцию и широкие права для мигрантов в России.
Затулин со своей линией на смягчение правил чем‑то напоминает немецкого госдеятеля Анналену Бербок - такой же акцент на балансе и учете гуманитарных факторов. А риторика Матвеева - жесткая, эмоционально заряженная, но обращенная к многочисленным бытовым и криминальным проблемам от миграции - по типу воздействия очень похожа на выступления представителей более консервативных сил в немецком парламенте. Вроде Маркуса Фронмайера из АдГ.
И в этом, мне кажется, заключается самое интересное - в разных странах дискуссии о миграции становятся точкой, где неизбежно сталкиваются не просто разные мнения, а целые политические направления. И то, что мы видим сейчас - часть этого процесса.
Забавно, что Матвеев представитель КПРФ, а не, например, куда более подходящей для таких споров ЛДПР. А вот к центристу-единороссу Затулину и его балансирующей, многонациональной позиции в целом вопросов нет. Хотя иногда рьяная защита иноземной социальной группы выглядит странновато, но воспринимается больше как личная боль этого депутата.
При этом нельзя забывать, что у каждой стороны в этом конфликте есть и сугубо внутренние мотивы: электоральные, внутрипартийные, медийные. Но общий вектор от этого не меняется - тема миграции остается главным полем открытого внутриполитического противостояния, и у нас, и в Европе. Что делает историю вокруг депутата Матвеева не просто предвыборным, а - парламентским и смысловым конфликтом. А это уже интересная политическая геометрия, которая не всегда заметна за отдельными громкими фразами и событиями.
В нашей богоспасаемой Госдуме сейчас вырисовывается ровно та же драма, что и в европейской политике - столкнулись лоббисты с разными подходами к вопросам миграции. Матвеев - ее противник вне рамок оргнабора, Затулин и некий Живайкин за миграцию и широкие права для мигрантов в России.
Затулин со своей линией на смягчение правил чем‑то напоминает немецкого госдеятеля Анналену Бербок - такой же акцент на балансе и учете гуманитарных факторов. А риторика Матвеева - жесткая, эмоционально заряженная, но обращенная к многочисленным бытовым и криминальным проблемам от миграции - по типу воздействия очень похожа на выступления представителей более консервативных сил в немецком парламенте. Вроде Маркуса Фронмайера из АдГ.
И в этом, мне кажется, заключается самое интересное - в разных странах дискуссии о миграции становятся точкой, где неизбежно сталкиваются не просто разные мнения, а целые политические направления. И то, что мы видим сейчас - часть этого процесса.
Забавно, что Матвеев представитель КПРФ, а не, например, куда более подходящей для таких споров ЛДПР. А вот к центристу-единороссу Затулину и его балансирующей, многонациональной позиции в целом вопросов нет. Хотя иногда рьяная защита иноземной социальной группы выглядит странновато, но воспринимается больше как личная боль этого депутата.
При этом нельзя забывать, что у каждой стороны в этом конфликте есть и сугубо внутренние мотивы: электоральные, внутрипартийные, медийные. Но общий вектор от этого не меняется - тема миграции остается главным полем открытого внутриполитического противостояния, и у нас, и в Европе. Что делает историю вокруг депутата Матвеева не просто предвыборным, а - парламентским и смысловым конфликтом. А это уже интересная политическая геометрия, которая не всегда заметна за отдельными громкими фразами и событиями.