Ещё хочу добавить про Польшу.
В мае 1939 года заместитель наркома иностранных дел СССР Владимир Потёмкин с официальным визитом прибыл в Варшаву - это была попытка наладить союзнические отношения перед лицом растущей угрозы со стороны Германии.
Визит состоялся 10 мая 1939 года. Потёмкин встретился с министром иностранных дел Польши Юзефом Беком. В ходе беседы советский представитель передал ключевую мысль: СССР не отказал бы в помощи Польше, если бы та в ней действительно нуждалась. Он чётко заявил, что Москва предлагает незамедлительно заключить договор о взаимопомощи и совместной борьбе против агрессора.
Позже, 25 мая, советский полпред в Варшаве Николай Шаронов снова беседовал с Беком. Он сказал:
То есть речь шла не только о декларациях, но и о практической подготовке - например, о проработке военных сценариев.
Однако Польша отвергла все предложения.
Ключевой барьер это категорическое нежелание Польши пропускать советские войска через свою территорию в случае войны. Без этого эффективная совместная оборона была невозможна - у СССР просто не было общей границы с Германией в тех районах, где ожидалось наступление.
Давние обидки сыграли роль, министр Бек, по некоторым свидетельствам, формулировал это так:
А кроме того, Польша в тот момент параллельно вела диалог с Великобританией и Францией, которые как бы выступали главными гарантами её безопасности. Как итог - ставку поляки сделали не на тех))
11 мая 1939 года польский посол в Москве Вацлав Гжибовский, действуя по инструкциям из Варшавы, официально сообщил советской стороне, что Польша не считает возможным заключение пакта о взаимопомощи с СССР.
Ну нет, так нет. Мы всё равно решим все свои вопросы, но уже заключив договор с Германией.
В мае 1939 года заместитель наркома иностранных дел СССР Владимир Потёмкин с официальным визитом прибыл в Варшаву - это была попытка наладить союзнические отношения перед лицом растущей угрозы со стороны Германии.
Визит состоялся 10 мая 1939 года. Потёмкин встретился с министром иностранных дел Польши Юзефом Беком. В ходе беседы советский представитель передал ключевую мысль: СССР не отказал бы в помощи Польше, если бы та в ней действительно нуждалась. Он чётко заявил, что Москва предлагает незамедлительно заключить договор о взаимопомощи и совместной борьбе против агрессора.
Позже, 25 мая, советский полпред в Варшаве Николай Шаронов снова беседовал с Беком. Он сказал:
«Чтобы помочь завтра, надо быть готовым сегодня, то есть заранее знать о необходимости помогать».
То есть речь шла не только о декларациях, но и о практической подготовке - например, о проработке военных сценариев.
Однако Польша отвергла все предложения.
Ключевой барьер это категорическое нежелание Польши пропускать советские войска через свою территорию в случае войны. Без этого эффективная совместная оборона была невозможна - у СССР просто не было общей границы с Германией в тех районах, где ожидалось наступление.
Давние обидки сыграли роль, министр Бек, по некоторым свидетельствам, формулировал это так:
с немцами Польша рискует потерять свободу, а с русскими - свою душу.
А кроме того, Польша в тот момент параллельно вела диалог с Великобританией и Францией, которые как бы выступали главными гарантами её безопасности. Как итог - ставку поляки сделали не на тех))
11 мая 1939 года польский посол в Москве Вацлав Гжибовский, действуя по инструкциям из Варшавы, официально сообщил советской стороне, что Польша не считает возможным заключение пакта о взаимопомощи с СССР.
Ну нет, так нет. Мы всё равно решим все свои вопросы, но уже заключив договор с Германией.