Коллеги, немного по следам Вилмы Буччи (Wilma Bucci).
Эмоциональная схема у клиента:
«Когда я показываю потребность, другой раздражается или исчезает».
Допустим, терапевт откликается иначе, например, сохраняет интерес, не отстраняется.
Но.
Этот новый опыт сможет повлиять на схему лишь в том случае, если соединится с ее аффективным ядром (например, с телесной уязвимостью, ожиданием опасности и импульсом к отступлению, которые и организуют старый паттерн).
Если клиент лишь, скажем, интеллектуально замечает доброжелательность терапевта, а активированное состояние страха остается от нее отщепленным, новый опыт схему не обновляет.
Он откладывается рядом – как исключение. Что-нибудь в духе: «Ну да, сейчас он добрый, но это ничего не значит».
Получается, что изменение схемы, по Буччи, требует не только нового события (если бы все было так просто), но и его связывания со старой эмоциональной организацией – в момент, когда она активирована (или, другими словами, нужно, чтобы этот новый опыт регистрировался как релевентный для старой эмоциональной организации).
Филип Бромберг о том же писал, хотя и на своем языке – что новый опыт должен случиться, пока диссоциированное я-состояние присутствует здесь, в отношениях, а не обсуждается из безопасного далека.
Эмоциональная схема у клиента:
«Когда я показываю потребность, другой раздражается или исчезает».
Допустим, терапевт откликается иначе, например, сохраняет интерес, не отстраняется.
Но.
Этот новый опыт сможет повлиять на схему лишь в том случае, если соединится с ее аффективным ядром (например, с телесной уязвимостью, ожиданием опасности и импульсом к отступлению, которые и организуют старый паттерн).
Если клиент лишь, скажем, интеллектуально замечает доброжелательность терапевта, а активированное состояние страха остается от нее отщепленным, новый опыт схему не обновляет.
Он откладывается рядом – как исключение. Что-нибудь в духе: «Ну да, сейчас он добрый, но это ничего не значит».
Получается, что изменение схемы, по Буччи, требует не только нового события (если бы все было так просто), но и его связывания со старой эмоциональной организацией – в момент, когда она активирована (или, другими словами, нужно, чтобы этот новый опыт регистрировался как релевентный для старой эмоциональной организации).
Филип Бромберг о том же писал, хотя и на своем языке – что новый опыт должен случиться, пока диссоциированное я-состояние присутствует здесь, в отношениях, а не обсуждается из безопасного далека.